Когда он вернется - Карен Рэнни

Но это был не Магнус Драммонд, а только служанка.

– Вам приказано спуститься в зал, мисс, – глядя в пол, сказала девушка.

Изабел встала, завернувшись в одеяло.

– Меня опять будут показывать?

В течение двух последних лет ее, словно овцу на аукционе, демонстрировали всем мужчинам, приезжавшим в Фернли по делу. Восхваляли ее достоинства и назначали выкуп за невесту всем, кого это интересовало.

Большинство мужчин, которых Магнус считал достаточно богатыми, чтобы позволить себе взять в жены его дочь, были уже в возрасте. Как правило, они выглядели старше своих лет, а их богатство свидетельствовало об успешно идущих делах. Очень часто они говорили об умерших женах и о необходимости найти няньку для своих многочисленных отпрысков.

Служанка понимающе улыбнулась.

– Отец велел вам надеть свое лучшее платье, мисс, потому что, возможно, вас ожидает ваш будущий муж.

С губ Аласдера было готово сорваться проклятие, но он сдержался. Он занимался торговлей по всему свету и шал, как важно сохранять спокойное выражение лица и быть сдержанным. Но еще никогда ему не было так трудно оставаться хладнокровным, как сейчас.

– Мне не нужна жена! – отрезал он. – Я хочу владеть землей, которая мне принадлежит.

– Тогда придется подождать, пока не вынесет свое решение суд, – сказал Драммонд и, глядя поверх головы Аласдера, поднял руку и нетерпеливым жестом подозвал кого-то из-за его спины.

Аласдер повернул голову. На пороге стояла девушка, которую он видел в развалинах. Ее темные волосы обрамляли бледное лицо и ниспадали до самой талии. При виде Аласдера ее до того упрямо сжатые губы разомкнулись, но тут же снова сжались. Обеими руками, сжатыми в кулаки, она схватилась за свою полосатую юбку. Короткий жакет был застегнут до самого верха. Было видно, как она па минуту задержала дыхание, а потом выдохнула так резко, что ее грудь натянула материю жакета. Было ясно, что ее застали врасплох.

– Моя дочь, – сказал Драммонд, хотя этого можно было и не говорить. Она была вылитая мать.

Девушка не шевельнулась, она уставилась в пол, будто выщербленные камни представляли для нее огромный интерес.

– Изабел, – позвала девушку мать.

Изабел. Это имя ей подходит, подумал Аласдер. Заставив себя отвести от нее взгляд, он снова посмотрел на Драммонда.

– Я не стану торговаться, Макрей. Вы получите землю и мою дочь за цену, которую я вам назову. Но если у вас нет денег, все останется так, как сейчас.

Аласдер почувствовал, что Драммонда ничуть не расстроит, если он уйдет ни с чем.

– Я возьму землю, а жена мне ни к чему.

– Она здоровая и достаточно послушная, – сказал Драммонд, словно описывая лошадь. – Я не сомневаюсь, что у нее будет многочисленное потомство в отличие от ее матери.

Он шелкнул пальцами, и Изабел подошла к нему. Драммонд схватил ее за юбку и притянул к себе.

– У нее хорошие зубы. – Взяв девушку за челюсть, он заставил ее открыть рот. – У нее уже была в детстве оспа, значит, больше она не заразится. У нее хорошая фигура с приличными выпуклостями, не с такими, чтобы торчали кости, но и не с такими большими, чтобы задушить вас.

Изабел закрыла глаза, и ее лицо залилось краской.

Аласдер встал, с шумом отодвинув скамью.

– С меня довольно, Драммонд. – Представление, устроенное отцом девушки, вызывало у него отвращение. – Я пришел лишь за тем, чтобы вернуть свою землю.

– А они неразделимы, Макрей, и за цену, которую я назову. Берите их обеих или не получите ничего.

Аласдер не сомневался, что Драммонд выполнит свою угрозу. Он перевел взгляд с униженной девушки на картину, висевшую над камином, и заметил девиз, выгравированный на мече: «Верность». А кому и чему должен хранить верность он? Этой девушке, на которой женится против своего желания? Или земле, которой его семья никогда не сможет по-настоящему владеть, а он из-за нее разорится?

Деньги, которые Аласдер скопил за долгие годы странствий по свету, были предназначены для расширения верфи. Он хотел построить более быстроходные корабли, чем его «Стойкий». Он изменит и усовершенствует корпус нового корабля и сможет создать прекрасного лебедя, который превзойдет по красоте, бесшумности и быстроходности все существующие суда.

Решение, как понял Аласдер, было принято, как только он ступил на землю Макреев. А может быть, и раньше, когда он мальчишкой сидел на полу у камина рядом с братьями и слушал рассказы матери и отца о Гилмуре. Возможно, это было даже не решение, а дар его родителям и многим другим шотландцам, которым пришлось пожертвовать всем ради того, чтобы выжить.

Взгляд Аласдера упал на мать девушки. Она смотрена на него глазами, полными отчаяния и мольбы. Она хотела, чтобы ее дочь уехала прочь из этого дома, и было нетрудно понять почему. Драммонд с такой легкостью третировал Изабел, что это, видимо, вошло у него в привычку.

– Ну так что? – потребовал ответа Магнус. Он встал и оттолкнул от себя Изабел. Та споткнулась и, вскрикнув, упала на пол. Аласдер подскочил к ней и помог подняться. Вставая, она подавила стон, но Аласдер его услышал.

– Вам нехорошо? – тихо спросил он.

– Все в порядке, – прошептала она побелевшими Гунами, прежде чем посмотреть на отца.

Что это за человек, который вызывает такой страх у собственной дочери?

– Я заплачу вашу цену, Драммонд. За Гилмур и за Изабел.

– Тогда мы заключим договор.

Взглядом он приказал жене покинуть зал. Ли сложила рукоделие и вместе с дочерью вышла.

Когда через час Аласдер подошел к ожидавшему его Дэниелу, тот спросил:

– Как все прошло?

– Я купил землю.

Все произошло с такой скоростью, что Аласдер все еще не мог опомниться. Он оглянулся на крепость и произнес, сам не веря своим словам:

– А завтра я женюсь.

Глава 4

Сегодня день ее свадьбы.

Изабел стояла у окна своей спальни и думала о том, не является ли такая погода в день ее свадьбы дурным предзнаменованием. Утренний туман сменился грозой и проливным дождем, барабанившим по окнам в явном неодобрении. Даже стены ее комнаты, казалось, плакали сыростью, будто наказывая девушку за ее намерение.

Она не будет плакать.

Говорить о том, что она не хочет выходить замуж, бесполезно. Так уж устроен мир. Дочерей выдают замуж отцы с возможно большей для себя выгодой. Этот жених по крайней мере молодой и здоровый.

У Изабел уже был некоторый опыт общения с теми мужчинами, которые просили ее руки. Она, например, знала имя того трясущегося старика, который попытался ее лапать, и характер беззубого судьи, которому приглянулся ее зад. Ей сказали, где они живут и чего ждут от жсны – плодовитости, роли няньки для своих детей и обязанностей сиделки для себя, когда они окончательно состарятся.