Любовь и смерть в толпе - Наталья Андреева

Тоже не роскошь, но зато ты едешь! Куда-то движешься. И есть шанс, что приедешь вовремя. На свою основную работу. Которая приносит мало денег, но дает чувство глубокого удовлетворения. Твоя халтура денег приносит достаточно, но полностью поглощает те положительные эмоции, которые доставляет основная работа.

Первая половина дня пролетает незаметно. Ты выходишь из здания института и видишь Касю. А кто она в твоей жизни? Подруг у тебя немного. А главное: Апельсинчик затмила всех. Люська — эгоистка. Не по злобе, а потому что она человек яркий, эмоциональный. А эта женщина прямая ее противоположность. Объединяет их одно: обе некрасивы. Но Люська так ослепительно некрасива и так наплевательски к этому относится, что перед ней невозможно устоять. Ее энергия бьет через край, наряды вызывающи, волосы ярко выкрашены, а глаза жирно подведены. Она всегда берет инициативу в свои руки и неизменно одерживает верх. И как итог: у нее красавец муж и двое очаровательных детишек. Старшая «детишка», а точнее детина, в этом году школу уже оканчивает.

А почему вдруг ты взялась их сравнивать? А потому. Ты смотришь на Касю, и во взгляде у тебя беспомощность. В ответ на ее немой вопрос. Ну как ей помочь? Стоит, руки опущены вдоль тела. Поза, выражающая покорность. Кася чуть выше среднего роста, полновата, у нее круглое лицо, слишком уж простенькое, наивные глаза, русые волосы заплетены в короткую толстую косу. Коса перекинута через плечо. Женщина тридцати с лишком лет с косичкой, заплетенной по-детски. Волосы схвачены мохнатой резинкой наивного розового цвета. На ней бесформенный свитер и джинсы. Возможно, ей следует сменить прическу. Или одежду. А скорее всего, образ жизни.

Кася приехала в Москву лет десять назад. Или больше. Люба точно не знает. Знает только, что приехала Кася по вызову своей подруги, обе когда-то одновременно окончили медицинское училище. Кася в столице работу не нашла, уехала на родину, а хорошенькая подружка удачно выскочила замуж и осталась в Москве. Вскоре родила мальчика. Муж начал заниматься бизнесом и быстро разбогател. Подружка обрадовалась и тут же родила второго ребенка. На этот раз девочку. То ли ей стало скучно, то ли, поддавшись веяниям моды, она выписала из провинции Касю, в качестве компаньонки. Благо особняк, в котором поселилась семья бизнесмена, был огромным, места хватало всем.

Кася пришлась ко двору. Тихая, покорная, работящая. С медицинским образованием. Нянчилась с детьми, готовила обеды, прибиралась в доме. Зарплату ей, естественно, не платили. Считалось, что Кася — член семьи. Но когда семья развалилась, выяснилось, что это не так. Муж остался при бизнесе, подруга при алиментах на его детей, а Кася — ни с чем. Дети выросли. Мальчик окончил девятый класс и стал считать себя взрослым, тринадцатилетняя девочка уже начала носить лифчики, красить губы и грубить бывшей няньке, и Кася вдруг поняла, что они уже не дети. Нянька им больше не нужна. А подруга поняла, что еще чуть-чуть, и алименты ей платить перестанут. К тому же бывший супруг вновь женился. И по слухам, его вторая жена была беременна.

И вот подруга Каси, пока не грянул гром, поступила в институт и стала учиться на психолога. Благо базовое медицинское образование у нее было, в свое время она окончила медучилище. Люба отметила сообразительную студентку и была уверена, что у той все получится. Охотно занималась с нею дополнительно, давала советы. Эти беседы ее увлекали. Долгое время она не могла понять, кто та женщина, которая встречает ее любимицу после занятий? Сестра? Непохоже. Телохранитель? Странно. Но каждый раз, когда они, увлеченно разговаривая, выходили из дверей, Люба видела прогуливающуюся вдоль ряда киосков дурнушку, которая при виде их вся вспыхивала и кидалась им навстречу. Ее подруга невольно морщилась.

— Кто это? — не удержалась однажды от вопроса Люба.

— Это Кася, — безразлично ответила ее спутница. И все.

Но однажды они таки разговорились. И Люба услышала историю Каси. А под конец:

— Ума не приложу, что с ней делать! У меня больше нет средств ее содержать! Бывший муж почти перестал давать деньги, из особняка после развода пришлось съехать. Живем в трехкомнатной. Тесно. У нее нет регистрации. И нет профессии!

— Как так? — удивилась Люба. — Она же медицинское училище окончила!

— Но она ни дня не работала по специальности. Опять-таки, регистрация. Я не могу прописать ее в своей новой квартире, — раздраженно сказала женщина. — Зачем мне это надо? На хорошую работу без регистрации не берут, а в государственных учреждениях, куда Кася могла бы пристроиться, такая зарплата, что оплачивать съемную квартиру не по карману. А я хочу, чтобы она от нас наконец съехала. — И, увидев Любин осуждающий взгляд: — Поймите, мне надо устраивать личную жизнь! А тут еще — Кася.

— Но как она может помешать?

— А вы разве не видите? — с еще большим раздражением ответила хорошенькая брюнетка. — Она же повсюду за мной ходит! Как дуэнья, честное слово! С кем я могу познакомиться? Мне ходить на свидания с Касей? Ну какая необходимость приезжать каждый день сюда, к институту? О том, что натворили за день мои великовозрастные дети, я и дома узнаю. А они ее теперь и в грош не ставят! Понятно, что Кася каждый раз жалуется!

Люба никогда не вмешивалась в чужую жизнь. Но как там у знаменитого французского писателя Сент-Экзюпери? Мы в ответе за тех, кого приручили. Вина Каси лишь в том, что она слишком доверчива. А подруга не пришла сегодня на занятия. Где она? Кто знает. Ясно одно: там, где она сейчас, Кася ей не нужна. Люба невольно отвела взгляд.

— А где… — беспомощно начала Кася. Вопрос застыл на ее губах, имя подруги она выговорить так и не смогла.

— Послушайте, нам надо поговорить, — решительно сказала Люба. — Как ваше имя-отчество?

Она ожидала услышать что-то вроде «Кассандра Ивановна». И в самом деле, от какого имени может быть такая странная производная: Кася?

— Зовите меня просто Касей, — тихо сказала женщина. На глазах у нее выступили слезы.

— Ну-ну. Не надо реветь, — Люба крепко схватила ее за локоть и потащила в ближайшее уличное кафе.

Усадила под красный зонт с надписью «Кока-кола», спросила:

— Чай, кофе? Или, может, вы пьете?

Внимательный взгляд: лицо у Каси свежее, кожа ровная, нежно-розового цвета, мешков под глазами нет. Не похоже, чтобы женщина увлекалась спиртным.

— Нет, что вы, — замотала головой Кася. — Я спиртных напитков вообще не употребляю, Любовь Александровна!

— Вы знаете, как меня зовут?

— Конечно! Марина только о вас и говорит! Что вы такая умная! Самостоятельная!

«Марина — это ее подруга. Моя студентка». Люба вновь внимательно глянула на Касю и спросила:

— А есть хотите?

Женщина молчала. Люба, не задавая больше вопросов, принесла два кофе, шашлык и салат из помидоров-огурцов. Поставила тарелки перед Касей:

— Ешьте.

Та стала есть жадно, но аккуратно. Стараясь не показать, как сильно голодна. Люба вновь почувствовала жалость. Ну что тут поделаешь?

— Сколько вам лет? — спросила она.

— Много.

— Ну, не больше, чем мне, — усмехнулась Люба.

— А вам сколько?

— Тридцать семь.

— Мне меньше, — вздохнула Кася. — Но для того, чтобы начать жизнь сначала, все равно многовато.

— Трудовая книжка есть?

— Нет.

— Как же вы собираетесь жить? Ни стажа, ни регистрации. Никаких прав. Вы когда-нибудь думали об этом?

— Нет, — уткнулась в тарелку Кася.

— Какая безответственность! — разозлилась вдруг Люба. На глазах у Каси вновь выступили слезы.

«Не такая уж она и дурнушка, — вдруг подумала Люба. — Простое русское лицо. Милое. Полновата, да. Но опять-таки, на любителя. Многим нравятся такие вот уютные, мягкие женщины. А сама-то? -спохватилась она и невольно одернула кофточку. За зиму поправилась на четыре килограмма, надо над этим работать. — Замуж ее выдать? Тоже мне сваха! Себя сначала выдай!»

— Я ушла из дома, — еле слышно сказала Кася.

При ней не было никаких вещей: Люба очень удивилась.

— И когда вы это решили?

— Не надо так, — тихо попросила Кася.

— Не надо как?

— На «вы».

— Хорошо. И когда же ты решила уйти из дома?

— Сейчас.

— Тебе есть куда идти?

— Нет.

Люба невольно вздохнула. Нет, правда, какая безответственность! В голове вдруг мелькнуло: «Ты же хотела завести котенка. Или щенка. Вот тебе и… развлечение. А совесть у тебя есть? Ведь это же человек! Живой человек!»

— Хорошо, — кивнула она. — На какое-то время я могу тебя приютить. Я живу одна…

— Ой, спасибо, Любовь Александровна! — вспыхнула Кася. Волнение ее странным образом преображало. Она даже становилась хорошенькой. Щеки зарумянились, глаза заблестели. Нет, не дурнушка.

— Я не договорила. У меня довольно-таки тесно. Однокомнатная квартира. Да и помощница но хозяйству мне не по карману…