Пробуждение - Тина Дженкинс

— Не надо, милая!.. — прошептал он.

Парень кое-как поднялся с четверенек и бросился прочь. Потом все снова замедлилось, и Нат невольно подумал, что все случившееся предопределено и иначе просто не могло быть. Это его нетерпение, его самонадеянность и глупость, когда он решил, будто сумеет отнять у парня оружие, привели к тому, что теперь он лежит на земле и, не в силах сказать ни слова, пытается передать жене мысленный приказ как можно скорее пережать аорту, из которой — он знал — вместе с кровью вытекает его жизнь. Мэри громко звала на помощь и, опустившись рядом с ним на колени, пыталась кулаком заткнуть небольшую дырочку от пули в его груди. Она была в шоке, и Нат слышал, как стучат ее зубы. Где-то рядом суетились и кричали люди. Вот, кажется, уже и ноги начинают холодеть…

— Мне нравится эта улочка, — проговорила Мэри, когда они свернули на Ла-Бреа.

— У нас нет времени, — ответил Нат. Выражение, появившееся на лице жены, было хорошо ему знакомо.

Мэри потянулась к нему, провела рукой по его волосам. «Ну поцелуй же меня!» — подумал Нат, и Мэри действительно наклонилась и поцеловала его в уголок рта.

— Смотри на дорогу, — предупредила она и добавила: — Хотела бы я знать, над чем ты сейчас работаешь и что мешает тебе расслабиться хоть на минуту?..

Единственным, что Нат слышал теперь, был оглушительный шум собственной крови в ушах. Шум понемногу слабел, сменяясь неестественной, звонкой тишиной. Потом в небе засверкали голубые огни, рядом остановилась машина «скорой помощи», и какие-то люди склонились над ним. Их было несколько, но Нат ясно видел только одного — крупного чернокожего парня, который пристально всматривался в его лицо. Сам он уже почти ничего не чувствовал. Он как будто плыл куда-то, плавно покачиваясь на волнах спокойного, маслянисто-черного моря. Мэри… Мэри?.. Это был даже не голос, а просто мысль — бесполезный, короткий обрывок чего-то большого и важного. Боли Нат не испытывал; тело обволакивало какое-то влажное оцепенение, но боли он почти не ощущал. Возможно, боль была такой сильной, что тело просто отказывалось ее воспринимать.

«Так вот как это бывает, — думал Нат снова и снова. — Вот как это бывает!..»

— Держитесь, доктор Шихэйн! — кричал кто-то. — Не сдавайтесь, держитесь!

Огромный парамедик — его чернокожий ангел — засопел и, уложив Ната на носилки, одним движением задвинул его в нутро «скорой», словно большую скользкую рыбу. Только это скорее напоминало полет в невесомости. Несколько мгновений Нат словно парил в воздухе высоко-высоко над автомобильной стоянкой. Он видел Мэри, склонившуюся над его телом, видел испачканное кровью лицо. Потом кто-то надел на него кислородную маску.

— …Да, я врач и работаю в Калифорнийском университете Лос-Анджелеса. Ради Бога, только не используйте дефибриллятор — это кончится травматической реперфузией. Нам нужно охладить его… У вас есть охлаждающие пакеты?

Этот голос — глухой, грубый — был совсем не похож на голос Мэри.

— Держись, Нат. Пожалуйста, держись, милый!..

Мэри… моя Мэри… голубой пульсирующий свет… дышать, дышать!., холодно… дышать… как холодно!., словно ледяная вода течет по стеклу бокала… голубые ледники… совсем как в последний раз, когда мы ехали на поезде «Амтрака» через национальный парк «Глетчер» в штате Вашингтон… ты помнишь, Мэри?.. помнишь, как, прислонившись к тонкой стенке туалета, мы трахались, словно изголодавшиеся любовники?.. а ведь это была пятая годовщина нашей свадьбы…

Нат понимал, что в эти последние секунды уже не сможет сказать Мэри, как он любит ее… каким он был несносным и как он сожалеет… Это все характер. Проклятый темперамент!.. Ему оставалось только надеяться, что она догадается. Поймет… Подушка — вот все, что ему нужно. Прекрасная, мягкая подушка в крахмальной хлопчатобумажной наволочке. Она — словно прикосновение прохладной ладони к щеке. У Мэри тоже всегда были прохладные, почти холодные ладони… И кончик носа тоже. Господи, как же он устал! Прости меня, Мэри. Мне очень жаль… Я знаю, что это неправильно, но я слишком устал. Пожалуйста, позволь мне закрыть глаза и уснуть!..

— У вас есть катетер Альциса или что-то подобное?

— Нет, мэм.

— А охлаждающие пакеты «Медивенс»?

— Ничего такого у нас нет, — ответил чернокожий парамедик. — Пока.

— Но я должна… Мне нужно его… — Мэри никак не удавалось найти нужные слова. Мысли путались, перебивали одна другую. — Мне срочно необходима микросуспензия льда. Вы знаете, что это такое?

— Простите, как вы сказали?

— Чтобы сохранить ткань, необходимо прямо сейчас понизить температуру тела. Это срочно!

Парамедики «скорой» переглянулись. Их взгляды означали только одно: они решили, что Мэри помешалась от горя.

— Мэм, ваш муж мертв, — объяснил парамедик, тщательно выговаривая каждое слово. — И теперь мы обязаны передать тело полиции. Вы меня понимаете?.. Мы находимся на месте преступления. Полицейские непременно захотят осмотреть тело, чтобы разобраться, что здесь случилось.

— Нет! Его еще можно спасти!

— Увы, мэм, нельзя. Это невозможно. Он умер. Сейчас сюда приедет полицейский эксперт, который должен осмотреть… место преступления.

— Кто вызвал криминалистов?

— Мой напарник.

Парамедик хорошо умел успокаивать людей, но Мэри почти не слушала его. Времени оставалось действительно в обрез. В ее распоряжении минут восемь, может быть, немного больше. Выхватив из кармана мобильный телефон-раскладушку, Мэри дрожащими пальцами набрала номер.

— Грег? Ты на работе? Слава Богу! Твоя «скорая» на месте?.. Ната застрелили. Да, только что. У меня с собой только криопротектор. Нет, я не знаю… Сероводород еще остался? Где?.. — Мэри огляделась по сторонам. Она совершенно забыла, где находится. — Я на автостоянке возле «Оптовой лавки Джо» на Ла-Бреа. Ты приедешь?.. Поторопись.

Мэри повернула голову и посмотрела на Ната. Глаза у него все еще открыты, но взгляд неподвижный, невидящий.

— Я думаю, он мертв. Клиническая смерть.

Бригада парамедиков принялась выгружать носилки из «скорой», чтобы снова уложить тело на асфальт.

— Эй, эй, погодите!.. — окликнула их Мэри, пытаясь взять себя в руки. — Я забираю тело для извлечения донорских органов.

Парамедики дружно посмотрели на простреленную грудь Ната.

— От него теперь не много пользы.

— Почему же? — поспешно возразила Мэри. — Роговица. Гипофиз. Мозговая ткань. Прочее… Нет, нам многое может пригодиться, только нужно действовать как можно быстрее. Наша специальная «скорая помощь» уже в пути, она будет здесь через пару минут.