Этот мир твой - Ярослав Маратович Васильев

серьёзная проблема, потому что у Вячеслава с биологией было никак: с трудом натянув четвёрку и только чтобы не портить тройкой аттестат за девятый класс, за лето он учебники даже не открывал, хотя и обещал, выпрашивая четвёрку. Если биологичка сообщит о низких оценках матери, та в ответ выполнит давнюю угрозу и урежет карманные деньги. Повезло, сосед дал списать, но учительница что-то заподозрила и после звонка потребовала:

– Вячеслав, задержись, пожалуйста. Признавайся, ты писал сам? Или?.. Если признаешься честно, обещаю, твоей матери говорить не буду и дам возможность пересдать послезавтра после уроков.

В голове мгновенно пронеслось, что сидеть за учебниками и зубрить вечером никому не нужную биологию – это ещё полбеды. Но на среду они уже договорились смотаться после уроков в торговый центр, где после реконструкции открылся зал игровых автоматов. А главное, там поставили пока единственный в их районе игровой автомат 3Д виртуальной реальности, со шлемом и перчатками. Пока про это место мало кто знает, толпы не будет, а как рассказывал Витька, который, казалось, знал всё и про всех, поставили там нечто совсем прикольное, такого нигде больше нет.

– Нет, Инесса Витольдовна, я сам.

– Хорошо, тогда повтори, что ты написал.

Вячеслав похолодел внутри, но память у него была хорошая и он решил рискнуть. Спокойно начал пересказывать ответы, надеясь, что на остальное времени не хватит… Повезло. Биологичка как раз его остановила и собралась задать дополнительный вопрос, как протарахтел звонок на следующий урок.

– Ладно, поверю. Беги, а то опаздывать нехорошо.

Напоминать, что у него сейчас обед и свободный час, Вячеслав благоразумно не стал, а торопливо схватил сумку и рванул в столовую.

Ученики всех классов, от начальной школы до выпускников, сходились во мнении, что съедобны в школьной столовой только три блюда. Пицца. Картошка фри. И бутерброды с колбасой – но эти были мелкие и при этом стоили чуть ли не как половина пиццы каждый. И если младшеклассники дисциплинированно под строгими взглядами учителя обычно давились комплексным обедом, десятиклассники могли брать всё что хотят, тем более школьные карты у них были на руках. Основная масса обедающих уже схлынула, одноклассники почти все тоже сидели и жевали, поэтому очередь была совсем короткой. Вячеслав ненадолго задумался, что взять, потом попросил:

– Большую пиццу и чай. И макароны с котлетой.

Витька с Борисом уже сидели за их любимым столиком в дальнем углу, как раз закончили есть и обсуждали, насколько девчонки изменились за лето. Наташка всё такая же красотка, у Элли отросли большие сиськи, зато Даша как была почти плоская, такой и осталась… На пиццу оба уставились алчными глазами.

– Славка, а ты не лопнешь?

– Что с тобой? Биологичка так мозги выела, что ты решил перейти на столовскую жратву?

– Лопну. И забрызгаю тебе рубашку. Нет, конечно, что я, дурак, это дерьмо жрать? Но я его с карты брал, пусть маман порадуется. А пиццу уже наликом. Короче, у меня тут предки неожиданно расщедрились. Сначала отец, а потом мать – я же ей не стал говорить, что мне отец бабок уже подкинул. Короче, налетай, братва.

Уговаривать никого не пришлось, и по первому куску все проглотили мгновенно.

Вячеслав как раз обнаружил во втором куске пиццы светлый волос и размышлял, из его ли он головы или из головы дежурной поварихи? В этот момент в животе что-то сжалось, появилось такое чувство, будто он сначала взмыл ввысь на американских горках, а теперь падает. Кусок столовой возле кассы переменился. Полки с тарелками еды и ограждение, отделявшее зону раздачи от остального зала, превратились в разбитый ржавый хлам, усыпанный разным мусором. Окно за спиной поваров ощерилось кусками выбитого стекла и переломанной рамы. Волна изменений покатилась к Вячеславу – продолжалась галлюцинация лишь пару секунд и дальше зрение вернулось в норму, но этого хватило, чтобы едва не выронить пиццу прямо на брюки, вилка всё-таки полетела на пол.

– Славка, что с тобой?

– Это он на Варьку так отреагировал, – съязвил Виталик.

Ещё одна одноклассница, Варя, как раз вошла в столовую. Или даже нет, скорее вплыла, словно девушку влекли неподвластные силы – иначе её плавные шаги назвать было нельзя. Видимо, у неё что-то случилось, ибо сейчас лицо у Вари было скрыто за завесой светлых, почти бесцветных волос, хотя обычно она их стягивала в конский хвост.

– Вон и наша бурёнка пришла, сена пожевать, – прокомментировал Виталик, глядя, как девушка взяла столовскую котлету с макаронами, села в дальний угол и принялась их есть.

Прозвище «корова» Варе придумали в шестом классе, когда она была низенькой круглолицей пухлой девочкой. С тех пор одноклассница давно вытянулась, похудела и похорошела, пусть до красавицы Наташи и недотягивала, но прозвище осталось.

– В чём смысл? – поинтересовался Боря. – Это я про тебя. В смысле, перед нами-то зачем выёживаться?

– Всегда кто-то смеётся, и над кем-то смеются. Это происходит каждый день, в каждой школе, в каждом городе и во всём мире. Весь смысл взросления – научиться оставаться среди тех, кто смеётся, – философски ответил Виталик.

– Ну ты и завернул, – фыркнул Борис. – В лицо Варьке сказать рискнёшь?

– Я похож на самоубийцу? И вообще, девочек обижать…

– Рисковать здоровьем.

Оба рассмеялись. Задевать Варю и в самом деле было чревато. В шестом классе её с удовольствием все травили, особенно когда узнали, что мать развелась и вышла замуж повторно, отчиму же на падчерицу плевать и скандалить с родителями по поводу обиженной девчонки он не будет. Дальше Варя научилась давать сдачи, это немного подняло её с