Три дАртаньяна - Сергей Нечаев

Из имущества в замке имелись три старых аркебузы с кремневыми замками, семь мушкетов, две шпаги, оловянная посуда, шесть латунных подсвечников, два малых котла, один большой котел, три кастрюли, двадцать четыре скатерти и двенадцать пар бывших в употреблении льняных простыней. И, как это часто бывает и в наши дни, ни одной книги…

О детстве и юности Шарля сведений нет, но известно, что он, как и подобало молодым гасконским дворянам, пополнил ряды Французской гвардии, взяв себе более известное при дворе имя матери (д’Артаньяны были родственниками семьи де Монтескью).

Согласно легенде, впрочем весьма похожей на правду, до Парижа наш герой добрался пешком. У него с собой был единственный адрес некоей харчевни, в которой любили собираться мушкетеры. Здесь, среди завсегдатаев, он рассчитывал встретить своих старших братьев, но этого не произошло. Однако в этой харчевне он случайно познакомился с одним гвардейцем из роты господина дез Эссара (в русском переводе Дюма эта фамилия дана как Дезэссар). Гвардеец этот был тоже бедным молодым гасконцем и мечтал перейти в роту мушкетеров. Звали его Исаак де Порто (де Куртиль, а вслед за ним и Александр Дюма превратили его в Портоса, и о нем мы еще расскажем).

В «Мемуарах господина д’Артаньяна» сказано:

«Тот из мушкетеров, к кому я подошел, звался Портос и оказался соседом моего отца, жившим от него в двух или трех лье».

Этот «сосед отца» пообещал познакомить своего нового приятеля с двумя мушкетерами, родственниками командира роты мушкетеров господина де Тревиля, а именно с Анри д’Арамицем и Андриеном де Силлег д’Атосом (они известны нам под именами Арамис и Атос, и о них мы тоже расскажем ниже).

В романе «Три мушкетера» Александр Дюма погрешил против истины, наградив Портоса перевязью, шитой золотом. На самом деле ею владел гвардеец кардинала Жилло. И вот Исаак де Порто как-то пригласил д’Артаньяна на прогулку. Д’Артаньян охотно принял приглашение, так как надеялся, что его новый друг поможет ему устроиться в Париже. Однако целью прогулки было совсем другое: Исаак де Порто решил проучить тщеславного щеголя Жилло и как бы случайно сорвать с него плащ. Для большего эффекта нужен был посторонний свидетель; на эту роль и был приглашен ничего не ведавший гасконский юноша, только что прибывший во французскую столицу.

Все закончилось, как и следовало ожидать, кровавой битвой, в которой д’Артаньян тяжело ранил одного гвардейца кардинала и спас от смерти своего приятеля.

Такова вкратце версия де Куртиля, изложенная в «Мемуарах господина д’Артаньяна». Степень ее правдивости установить невозможно, однако точно известно, что вступить в мушкетеры д’Артаньяну не удалось: де Тревилю (он в «Мемуарах» назван «бедным дворянином из нашего ближайшего соседства») понравился смелый юноша, но у того не было соответствующей одежды, коня и оружия, а все это родовитые дворяне должны были приобретать за свой счет. Поэтому де Тревиль направил Шарля в роту дез Эссара, в которой служил Исаак де Порто.

В 1643 году король Людовик XIII умер. Был объявлен траур, и по этому поводу произведен новый набор в мушкетеры. Чуть позже набранная рота мушкетеров будет распущена, но тогда этого никто не знал, и новички были на седьмом небе от счастья. В числе счастливцев оказался гвардеец де Порто, д’Артаньян же так и остался под началом дез Эссара. Но и это было неплохо. Гвардейцы получали отличную военную подготовку, что позволяло в дальнейшем претендовать на более высокие армейские чины.

Согласно утверждениям де Куртиля, д’Артаньян начал службу в роте капитана дез Эссара примерно в 1640 году. Александр Дюма воспользовался этим указанием, но перенес события на много лет назад, чтобы дать возможность своему герою поучаствовать в осаде Ла-Рошели, крепости гугенотов и центра их сопротивления (на самом деле осада имела место в 1627–1628 годах).

В действительности же барон дез Эссар получил звание капитана только в 1642 году. Сохранились два списка роты дез Эссара за 1642 год, в которых приводится полный список солдат, младших и старших офицеров. Ни в одном из них д’Артаньян не упоминается.

В 1640 году сын Бертрана де Батса уже покинул свой дом и давно служил в королевских войсках. По всей видимости, в полк он должен был вступить примерно в 1630 году. Три года спустя его имя фигурирует в списке мушкетеров, участвовавших в военном смотре 10 марта 1633 года. Ротным капитаном был в то время господин де Монталан, а его лейтенантом — господин де Тревиль.

Это лишь одна из версий. К сожалению, как мы уже говорили, точная дата рождения нашего героя неизвестна, и она находится «где-то в промежутке между 1610 и 1620 годами». Если считать, что он все же родился в 1613 году, то прибытие в Париж в 1630 году, то есть в семнадцать лет, можно считать нормальным. Если же он все же родился ближе к 1620 году, то более верна версия, утверждающая, что истинный д’Артаньян пополнил ряды Французской гвардии в 1640 году.

Как бы то ни было, в 1644 году д’Артаньян оказался во Фландрии, находившейся тогда под властью короля Испании. В составе армии под командованием герцога Орлеанского он участвовал во взятии крепости Ла-Байетт, затем первым ворвался в форт Сан-Филипп, захваченный испанцами. Удача буквально шла рука об руку рядом с ним. О его храбрости пошли слухи, он был словно заколдован: шляпа пробита, плащ продырявлен, а на теле — ни царапины.

Наконец 1 ноября 1644 года сбылась его мечта: Шарль де Батс де Кастельмор д’Артаньян стал королевским мушкетером.

Заметим, что почти все это — версия, изложенная в «Мемуарах господина д’Артаньяна», и можно предположить, что де Куртиль не совсем все выдумал.

С другой стороны, есть данные о том, что рота мушкетеров была распущена в 1643 году, так что стать мушкетером на следующий год настоящий д’Артаньян вряд ли смог бы. Таким образом, и этот вопрос остается открытым.

Кроме того, мы ничего доподлинно не знаем о дуэльных и военных подвигах д’Артаньяна в те ранние годы. Сохранилась лишь легенда о его участии в осаде Арраса весной 1640 года. Он якобы проявил там не только храбрость, но и остроумие. В частности, известен такой случай. Осажденные испанцы написали на воротах: «Если Аррас будет французским, мыши съедят кошек». Отважный гасконец на глазах у всех под огнем подобрался поближе и исправил надпись. Теперь на воротах было написано: «Если Аррас не будет французским, мыши съедят кошек» Однако вскоре судьба д’Артаньяна дала крутой поворот. Кардиналу Джулио Мазарини (рассказ о нем впереди), сменившему умершего в конце 1642 года кардинала де Ришелье, нужен был человек испытанной смелости, верный, сообразительный и способный пожертвовать жизнью, но не выдать государственных тайн. Нужно было также, чтобы этот человек почитал кардинала Мазарини за благодетеля, а для этого он должен был быть беден как церковная крыса. Кардиналу порекомендовали д’Артаньяна, ибо лучшей кандидатуры в самом деле было не найти.