Порножовщина - Рут Карделло

Шерил поворачивается ко мне, и страх в ее глазах — единственная причина, по которой я храню молчание. Чувства Грега стоят на втором месте после того, что повергает Шерил в панику, и мне не нравится выражение его лица. Он не выглядит обиженным… похоже, он притворяется обиженным.

Грег протягивает руку мужчине, стоящему рядом с Шерил.

— Я пойду, но поскольку я чувствую, что мы еще встретимся — привет, я Грег.

Крупный мужчина пожимает руку Грегу.

— Джек.

Отпустив руку Джека, Грег кивает жениху Мерседес.

— Хью.

— Грег, — отвечает он.

В последний раз оглядев нас, Грег говорит:

— Позвони, если я тебе понадоблюсь.

— Мы позвоним, — уверяет его Шерил.

— Не смотри так грустно, — говорит Мерседес сочувствующим тоном, которым можно разговаривать с ребенком. — Скоро мы все соберемся вместе.

— Как скажешь, — грустно отвечает Грег, прежде чем развернуться на каблуках и выйти.

Я бы пошла за ним, чтобы убедиться, что с ним все в порядке, но мое внимание приковано к мужчине, который сейчас держит Шерил за руку.

— Джек? Джек в смысле ложка-Джек?

Шерил подходит ближе.

— Говори тише и да. Ложка Джек.

Мой рот округляется, затем я издаю смешок.

— Это шутка, верно?

— Нам не следует разговаривать здесь, — твердо говорит Хью. — Твоя квартира далеко?

— Всего в квартале отсюда или около того, — теперь, когда у меня появилось время хорошенько рассмотреть их, все они кажутся немного контуженными. — Серьезно, что происходит?

Шерил и Джек обмениваются взглядами, затем она говорит:

— Мы все объясним — у тебя дома.

— Прекрасно, — говорю я, хватаю мусор со стола и выбрасываю его в ведро.

Мерседес пристраивается рядом со мной, как только мы оказываемся на тротуаре.

— Это все моя вина. Мне не следовало впутывать тебя, особенно пока мы все еще выясняем, что делать дальше. Когда ты проводила рукой по столовому серебру… Я не думала о том, кто может быть в каждом изделии или что появится необходимость вернуть это. Я просто хотела помочь.

— О чем ты говоришь?

Шерил встает с другой стороны от меня.

— Мерседес, подожди, пока мы не окажемся там, где сможем нормально поговорить. И это не твоя вина. Моя. Если бы я рассказала Эшли все, она бы не взяла нож.

Глава третья

‡

Рэй

Посуда разлетелась во всех направлениях, когда я распластался по блестящей белой поверхности. Под моим лбом она ощущается твердой и холодной. Я отталкиваюсь с такой силой, что приземляюсь на ноги в метре от того, что, как я понимаю, является столом.

Где я, черт возьми, нахожусь?

Быстрый взгляд вниз подтверждает, что я в парадной форме, и моя грудь увешана медалями. Я не помню, чтобы когда-то их получал. В голове стучит, мышцы сводит судорогой, и комната расплывается перед глазами. Я натыкаюсь спиной на книжный шкаф и торможу себя прежде, чем упасть на пол.

Почему я так слаб?

Что не так с моими ногами?

Волна тошноты захлестывает меня, и я ненадолго прикрываю глаза, решив не блевать прямо на себя, пока хотя бы не узнаю, где нахожусь. Где бы я ни был, для побега может потребоваться слиться с толпой, а это будет сложно, если я испачкаю переднюю часть мундира.

Чувствуя себя немного увереннее на ногах, я выпрямляюсь и оглядываюсь. Я нахожусь в помещении, которое кажется женским кабинетом. Обстановка — шалфейно-зеленая с белым. Здесь стоит коричневый диван с плюшевым покрывалом поперек. Блестящая поверхность, на которую я упал, — стол футуристического вида. У моих ног разбросаны эскизы странных игрушек. Роботы в одежде?.. Не понимаю, и, честно говоря, даже не не хочу думать об этом.

Я понятия не имею, где я, и как сюда попал. Как только я освобожусь из этого места, то найду свою часть и выясню, что со мной случилось.

Я направляюсь к открытой двери, но замираю, когда слышу голос:

— Джек, это единственный выход.

Узнав голос, я испытываю чувство облегчения. Хью не самый близкий для меня человек, но сейчас мне даже захотелось его обнять. Если доживу до этого. Постоянная боль в голове сбивает с толку. Обычно я восстанавливаюсь так быстро, что уже давно не испытывал подобного уровня дискомфорта.

Когда я присоединился к "Чернильнице", от полученных инъекций погибло много мужчин. Если ты выжил, ты приобрел улучшенные физические способности и научился регенерировать части тела. Однако невозможно было предсказать исход или остановить смерть, если ты отказался от препаратов. Мы знали, что это может произойти в любой момент. Прошли годы с тех пор, как мы теряли кого-то, и еще больше времени с тех пор, как кто-либо из нас получал дозу.

Кураторы "Чернильницы" ожидали, что наша трансформация прекратится после инъекций, но скорость, с которой мы выздоравливаем, все еще увеличивается. Сломанные кости теперь срастаются за считанные минуты, а не за недели.

Что бы ни было с моей головой, это должно быть мимолетным, но боль усиливается, а не уменьшается. Я не думал, что умру вот так. После всего, что мы сделали, это разочаровывающе.

Хочу ли я, чтобы Хью видел меня таким? Я направляюсь к двери. Если в моей смерти есть что-то, что может помочь ему или другим, он должен знать, что со мной происходит. Я слышу, как Хью говорит:

— Рэй слишком опасен. Он не должен вернуться сейчас.

Не должен вернуться? Откуда?

Я вздрагиваю, когда в памяти возникает болезненно яркий образ места, из которого я только что сбежал.

— Он уже просыпается, — говорит Джек.

Джек.

Из всех людей в моем подразделении Джек — тот, кому я доверяю больше всего, но что-то в его тоне заставляет меня напрячься. Почему они не хотят, чтобы я просыпался?

Они накачали меня наркотиками? Я напрягаюсь, пытаясь вспомнить хоть что-нибудь до того, как несколько минут назад приземлился на стол. Мне приснился странный сон о женщине, а до этого… до этого…

Нахлынули воспоминания о людях, которых посреди ночи похищали вооруженные охранники из проекта "Чернильница". Честь работать на "Чернильницу" досталась дорогой ценой. Второго шанса не давали. Если мужчина переступал черту, его забирали и разбирались с ним. Без предупреждения. Без указания причины.

Мы не потеряли ни одного человека с тех пор, как поклялись быть вместе даже против нашего правительства. Политика не изменилась, но я решил, что мы стали достаточно сильными, чтобы попытка забрать одного из нас оказалась бы трудной, если даже не невозможной.

Как "Чернильнице" удалось убедить Джека и Хью пойти против меня?

Что я сделал?

В воспоминаниях маячит темная тень,