Мастер мыльных пузырей - Анна Штомпель

мечта… Но, во-первых, он больше нравился ей радужным, «живым». Во-вторых, он по-прежнему был хрупким: неосторожное касание разрывало его на куски мутной пленки. И все волшебство пропадало.

Говорят, какому-то американцу удается годами сохранять мыльные пузыри под стеклянным колпаком. «Даже если это так, – думала Алеся, – что за радость – жить под колпаком?..». Пузыри по-прежнему были для нее живыми, как в раннем детстве.

Она вычитала, что при раскопках Помпеи были найдены фрески с изображением детей, выдувающих мыльные пузыри; подобные сюжеты нередки и на картинах фламандских художников XVIII века. Оказывается, секреты мыльных пузырей столетиями интересовали философов и ученых. А в Средних веках изображение ангела, пускающего пузыри, помещали на надгробья с надписью: «От этого никто не уйдет»…

2. Встреча

Девочка, влюбленная в мыльные пузыри, просто обязана была избрать делом жизни нечто совершенно иное. По совету мамы Алеся закончила экономический колледж и стала мелкой банковской служащей. Прошло три года, пять, а она все сидела за тем же самым окошком, вымученно улыбаясь скандалистам и терпя придирки Старшей. Вечером она срывалась на маме и сестре (пока та не вышла замуж), иногда рыдала среди ночи, время от времени встречалась в кафешках с подругами, тянула через соломинку коктейли, смеялась, жаловалась, выслушивала жалобы других, думая при этом о своем, – так же, как думали о своем те, кому она жаловалась.

Редкие хмельные посиделки дарили иллюзию свободы. «В конце концов, не так уж плохо… стабильная зарплата… а достанут – уволюсь… только куда идти, везде одно и то же… хоть бы этот банк лопнул совсем… лопнул… а все-таки какие они красивые, красивей цветов, бабочек, всего на свете… рождаются из пены, исчезают без следа, но перед смертью – летят!.. Ох, перебрала я сегодня, а еще домой добираться…»

Иногда ей хотелось мужской ласки. Тогда, стыдясь, она ласкала себя сама. С мужчинами дальше поцелуев не зашло, да и те, слюнявые, неумелые, были еще в школе. С тех пор ей никто не нравился.

– Сначала сходи замуж, а потом уже выбирай, – вразумляла Лучшая Подруга (сама успевшая там побывать и вернуться, не обремененная наследником). – Ценность женщины в том, сколько мужиков взглянули на нее с вожделением. Давать или нет – твой выбор. Но вожделеть обязаны! Когда последний раз тебя хотели затащить в койку?

– Да, собственно, никогда, – неловко усмехнулась Алеся.

Не считать же того слюнявого одноклассника, предел мечтаний которого был – пощупать грудь под кофточкой. Как, кстати, его звали?..

– Тогда ты скоро увянешь, – предрекла Подруга. – Или засохнешь. Как тебе больше нравится. Поблекнешь. Поникнешь. Пожухнешь. Пожолкнешь. Отцветешь. Еще можешь сгнить на корню.

Подруга закончила лингвистический факультет, работала переводчицей в какой-то фирмочке и с родным языком обращалась весьма вольно.

– А еще, – сказала Алеся, – я могу влюбиться. Втюриться. Втрескаться. Сойти с ума по. И тогда все получится!

– Ну-ну, – с сомнением ответила Подруга.

Плакат был наклеен наспех, слегка криво: «Шоу мыльных пузырей».

Сознание выхватило его из соседней рекламной шелухи, и Алеся затормозила прямо посреди лужи. За секунду до этого она была как все – усталая после долгого дня, больная от осенней простуды и нелюбви к работе, тупо и привычно раздраженная на жизнь, заставляющую годами бегать по одному и тому же маршруту. Теперь она чувствовала себя так, словно ее вместе с этим объявлением вырезали из серой Реальности.

«Веселый красочный спектакль – итог многолетних экспериментов известной международной компании Bla-bla-bla с использованием мыльных пузырей и специального реквизита. Комедийный дуэт мастеров никого не оставит равнодушным! Это спектакль-настроение! Он символизирует изменение взглядов людей, когда они перестают относиться к жизни пессимистически, обращают внимание на окружающую их красоту и начинают взаимодействовать друг с другом. Незатейливый жест, простой поступок изменяют мироощущение героев. Вместо ожидания страха неизвестного они начинают радоваться еще непознанному».

Как странно! Она привыкла узнавать все в интернете, а про это шоу прочитала на доске объявлений, словно по-прежнему была девочкой из XX века. Серый мокрый вечер стал радужным, как огромный пузырь на плакате. Пусть это детское представление, но она пойдет туда и увидит все своими глазами!

«Ну и что изменится в твоей жизни? – поинтересовался внутри кто-то скептический. – Посмотришь, как они рождаются и лопаются – сто раз уже видела. Ты откладывала деньги на новые сапоги (правая нога промокла), а вместо этого потратишь их на мыльные пузыри. Как мило!..».

– Пошел вон, – сказала Алеся вслух. И голос заткнулся.

Билет оказался недорогим. Место в третьем ряду – единственное из уже проданных в центральном секторе – словно ждало ее, Алесю. Горело на экране призывно и весело.

– Сколько лет ребенку? – спросила билетерша.

– Ребенок перед вами, – ответила Алеся, не испытывая ни малейшего смущения.

– А, понятно, – тетенька кивнула. И словно бы действительно поняла.

«Как же приятно быть самой собой, – подумала Алеся. – Ведь я могла наврать про ребенка и потом мучилась бы ворохом комплексов, а кто был бы в этом виноват? Только я сама».

В гардеробе тоже поинтересовались: «Вы одна?»

Да, она была одна – взрослая, которая пришла на детское шоу. Только по недоразумению за это не предусмотрена статья в административном кодексе. Ведь это так ненормально! Взрослая, которая осталась ребенком. Не карлик, не лилипут – с оболочкой все в порядке, хоть и мало от нее радости: ростом не вышла, лицом не удалась. Никто, блин, не смотрит с вожделением…

В зал долго не пускали. По фойе шумными волнами перекатывались дети. Прятались за колоннами, размахивали светящими и пищащими игрушками, каких не было в Алесином детстве, хвастались друг перед другом, ссорились, мирились, ныли: «Ма, ну когда?..» И все так и норовили врезаться в нее: взрослый, особенно чужой взрослый, – это всего лишь предмет, досадная помеха в игре. Алеся взирала на эти «волны» с холодным любопытством и все ждала, когда шевельнется внутри нежность или хотя бы зависть… нет, ничего. Ну не хотелось ей быть на месте одной из этих мамаш: приторно ворковать, кричать с истеричной ноткой, в десятый раз объяснять своему чаду, что «сейчас придет тетя и пустит нас», а потом усаживать, утихомиривать, вытирать носы, булькать водой и на самом интересном месте услышать: «Хочу пи-пи». Не ее это счастье!..

«Волны» прибили Алесю к выставке под названием «Советский образ жизни». От нечего делать она стала разглядывать стеклянную витрину. Как это часто бывает, туда напихали что ни попадя – от буденовок с красными звездами до книжки о Кашпировском. Был тут и транзистор, который Алеся сама крутила в детстве, и пионерские галстуки, которые она еще успела поносить, и тройной одеколон, которым когда-то пользовался папа, и олимпийские талисманы с улыбающимся мишкой, которые недолго собирала Старшая Сестра. Были тут и незнакомые предметы, назначение которых она никак не могла угадать.

Бок о бок с