Знакомства по объявлению - Инна Дубровская

Вы пишете, что учитесь в институте, ну, а я в строительном техникуме. Видите, как я от вас далек. Ничего плохого я сказать не хочу, просто некоторым людям очень важно образование.

Немного о себе. Я родился в Волгоградской области, ну, а живу на Украине. Мне 25 лет, рост 167 см, вес 60 кг, стройный, холост, живу в собственном доме.

Вы знаете, я не могу вот так вот о себе описывать, ведь я не знаю, что именно вас интересует. Лучше будет, если вы зададите любые вопросы, которые вас интересуют, а я на них на все отвечу. Спасибо вам за фото. А насчет моего объявления я могу сказать, что оно напечатано в серьезном плане или виде, в шутки я не играю.

Много пока писать не буду по причине, а вдруг я не тот или еще что-то? Посылаю вам свое фото. Если я действительно вам не тот, то вышлите его обратно. Извините за такое маленькое письмо, но это только лишь начало, в следующий раз напишу больше и отвечу на те вопросы, которые вы мне зададите. Ну, вот на этом и все. Пишите.

С б/ув к вам Сергей.

Николаевская обл.,

д. Прибужанка,

С. Горохову ».

В тот же день я ответила. Написала, что безумно рада получить его письмо, и что тоже не ищу красивых и богатых, лишь бы человек был хороший… Словом, я сгорала от нетерпения и слабо соображала. Сергей Горохов тоже, кажется, спешил, потому что очень скоро пришло ответное послание с предложением увидеться в Москве в назначенный день и час.

Наша встреча состоялась на Красной площади у Мавзолея. Сергей прежде никогда не бывал в столице и, боясь заблудиться, выбрал известное всем место.

Я волновалась, собираясь на свидание, как Наташа Ростова перед балом. Мне казалось, это единственный шанс, дарованный судьбой за долгое терпение, и внушила себе, что второго случая никогда не будет и нужно удержать Сергея Горохова, не разочаровать его с первой же встречи.

Я вертелась у зеркала часами, приводя в порядок свои пережженные химической завивкой волосы, пытаясь сочетать старообрядную черную юбку-четырехклинку с банальной розовой кофтой на пуговицах. Наводя макияж, я стремилась хоть немного добавить чувственности и сочности губам, уверенности взгляду и очарования улыбке, — словом, лезла из кожи вон и отчаянно хотела выглядеть лучше, чем создала меня матушка-природа.

От нетерпения я прибыла на Красную площадь за полчаса до свидания и еще минут двадцать ловила свой испуганный взгляд во всех зеркалах ГУМа, лихорадочно взбивая локоны и меняя прическу, подкрашивалась и одергивала хипповую черную юбку.

С самого начала все пошло вкривь и вкось. Роскошный букет чудесных алых роз — мечта любой девушки, спешащей на свидание, — так и не был мне дарован. Сергей Горохов оказался ниже меня ростом, и мои высокие шпильки это только подчеркивали. У него было какое-то сонное выражение, давно не стриженные соломенные волосы, безразличный взгляд. Невеселое лицо лишь изредка озарялось подобием улыбки, когда он с глубокомысленным видом растягивал один уголок рта. Маской безразличия меня не так просто сбить с толку, я знаю, как легко за ней спрятать свои истинные чувства и скрыть волнение, но, признаться, тогда меня покоробила его кислая гримаса. Одет он был в старые полинявшие вельветовые брюки и ту же цветастую рубаху, что на фотографии, — стандартная внешность сельского комбайнера, любителя хорошо выпить после работы. Я не привередлива и простила бы ему любой внешний недостаток, но это неприветливое выражение… За что же так?

Он был ошеломлен, увидев Жар-птицу в человеческом облике: от меня за километр несло дешевыми духами, лицо ярко размалевано и мало походило на посланную фотографию. Я сгорала от любопытства и в то же время безумно волновалась, заранее переживая за исход этой встречи. Даже не могла сказать ничего вразумительного, когда он буркнул мне «здрасте» и исподлобья зыркнул глазами на мой фантастический гребень на макушке, и после неловкого молчания попыталась узнать, что бы он хотел увидеть в Москве.

С первой минуты нашей встречи Сергей Горохов как более слабый партнер целиком положился на меня. Пришлось взвалить на себя роль гида, шута и даже гаишника — Сергей упрямо порывался перейти улицу, не глядя на светофор. Но беда в том, что мне всегда плохо удавалась роль лидера.

Для начала я предложила прогуляться по Тверской и купить билеты на какое-нибудь представление, но по его кислой мине поняла — эта идея ему не по душе, и нужно срочно придумать другое и «оригинальное» развлечение на этот вечер.

Я боялась, что мой гребень расстегнется и покрытые лаком волосы рассыплются, будут метаться по ветру, что долго не смогу шагать по тротуару на высоких каблуках — ноги уже начинали ныть. У меня было столько причин для страха — не размазать макияж, не забрызгать колготки, не измять юбку, — я была не в силах решить, чем заняться.

— Давай сходим в кино, — схватилась я за палочку-выручалочку. — Популярный фильм.

Купили билеты на «Маленькую Веру», и я облегченно вздохнула. Мы разошлись по туалетам и договорились встретиться в буфете. Когда я вернулась, Сергей уже занял очередь.

— Что будешь? — в лоб спросил он.

Привыкшая считать каждую копейку, я заказала бутерброд с сыром и чай. Из-за страха показаться женщиной легкого поведения не посмела даже заикнуться о ста граммах шампанского, которые были бы сейчас как нельзя кстати.

Его молчание давило на меня, и, когда в зале погас свет, огромная тяжесть свалилась с моих плеч. Я разулась, пошевелила пальцами ног и почувствовала облегчение. Фильм мы смотрели молча, как случайные соседи по ряду. Во время знаменитой эротической сцены кровь прилила к моему лицу, и оно покрылось румянцем. Исподтишка покосилась на Сергея, застывшего от волнения. Он явно был возбужден.

Фильм закончился, и мы с толпой зрителей медленно потянулись к выходу. Я все еще находилась в смятении из-за откровенной сцены, которую только что просмотрела как бы с предполагаемым супругом. Сердце бешено колотилось. Конечно, мне и раньше доводилось видеть подобное, но не в присутствии мужчины, поэтому все происходящее воспринималось во сто крат острее. Представив, как мы с Сергеем Гороховым занимаемся любовью на супружеском ложе, я задрожала от ужаса и стыда. Можно только предполагать, какие мысли роились в его голове.

Заторможенность длилась не менее получаса, за это время Сергей успел пожаловаться на дикую дороговизну убогого койко-места в общежитии железнодорожников, без горячей воды и кухни, куда ему посоветовали обратиться соседи по купе, а также на то, что с первых шагов его тянет домой, в деревню. Я молча кивала и постепенно приходила в себя.