Рыцарь - Джуд Деверо

– В самом деле, Дуглесс?! Стало быть, ты тратишь все, что зарабатываешь, да? Но ты должна укладываться в свой бюджет! – Голос его смягчился:

– Но у семейства-то твоего денежки водятся, а?!

У Дуглесс тотчас разболелся желудок. За шесть месяцев до этого дня врач уже предупреждал ее, что она делает все, чтобы заработать язву, и прописал ей для снятия боли и спазмов «либракс». Она ведь уже сотни раз втолковывала Роберту, как обстоит дело с ее семейством! Да, у родных ее деньги есть, и много, но отец считает, что взрослые дочери должны сами себя обеспечивать! Ей, Дуглесс, предстоит жить на собственные средства до тридцати пяти лет, лишь после этого она получит право распоряжаться своим наследством. Если бы произошло что-то экстраординарное, ее отец – она знает это, конечно! – помог бы ей. Но развлекательную поездку в Англию едва ли можно было бы счесть чем-то экстраординарным!

– Но послушай, Дуглесс, – заметил Роберт ехидно, – я много раз слышал о том, каким эталоном любви и взаимной поддержки является твоя семейка! Так неужели же они не захотят тебе помочь? – Не успела она ответить, как он изменил тональность разговора и, прижимая ее руку к губам, произнес:

– Ну ладно, детка, попытайся все же раздобыть деньжат – мне ведь так хочется, чтобы ты поехала! И я для тебя приготовил очень-очень необычный сюрприз!

Конечно, Дуглесс так и не решилась попросить денег у отца: для него это было бы равносильно признанию собственного поражения в жизни! Она позвонила кузену в Колорадо и попросила дать ей взаймы. Деньги были обещаны с легкостью – и никаких процентов, пришлось только выслушать от кузена не вполне приятные поучения:

– Он – хирург, а ты – мало зарабатывающая учительница, вы прожили вместе уже год, и, несмотря на это, он хочет, чтобы ты оплатила свою половину расходов за дорогой тур?! – Она хотела было дать объяснения в связи со своими надеждами на предложение руки и сердца, но это звучало бы так по-викториански глупо!

– Просто кончились все деньги, и ничего более, понятно, да? – сердито буркнула она в трубку.

В течение нескольких дней, остававшихся до отъезда, Дуглесс все старалась убедить себя, что будет только справедливо, если она сама за себя заплатит. Роберт прав: сейчас время свободных женщин! И отец не станет бросать ей в подол миллионы, прежде чем она не научиться как следует с ними обращаться! Он учил ее, что нужно уметь самой заботиться о себе, а теперь точно так же поступает и Роберт! И Дуглесс сказала себе, что была абсолютной идиоткой, с самого начала не поняв, что придется самой платить за себя!

Так что Дуглесс почти полностью сумела восстановить в себе присущее ей здоровое чувство юмора, и к тому времени, когда заканчивала укладывать три кожаные сумки Роберта и свой единственный потрепанный чемодан, уже с нетерпением ждала дня вылета. Свою дорожную сумку на колесиках она наполнила всеми необходимыми принадлежностями туалета и туристическими справочниками.

В такси на пути к аэропорту Роберт был особо нежен с нею. Он губами щекотал ей шею, пока она не оттолкнула его в смущении, заметив, что водитель такси наблюдает за ними в зеркало.

– Ну как, ты догадалась уже, в чем состоит мой сюрприз? – спросил Роберт.

– Ты выиграл в лотерею?

– Нет, получше, чем это!

– Купил замок, и мы станем всегда жить в нем как лорд и леди?!

– Много, много лучше! – ответил он. – А ты хоть сколько-нибудь представляешь себе, во что обходится содержание одного из таких вот местечек?! Пари готов держать: ты ни за что не сумеешь угадать, что за потрясающий сюрприз у меня!

Дуглесс оглядела его любящим взором. Она хорошо представляла себе только то, как будет выглядеть ее подвенечное платье! Интересно, а у детей будут голубые глаза, как у Роберта, или зеленые, как у нее? Будут ли у них его каштановые или ее темно-рыжие волосы?

– Нет, я и впрямь не могу отгадать, что это за сюрприз такой! – солгала она.

Откинувшись на сиденье, Роберт довольно улыбнулся.

– Скоро узнаешь! – сказал он с таинственным видом.

В аэропорту Дуглесс занялась проверкой и отправкой багажа, а Роберт почему-то все время беспокойно оглядывал зал ожидания аэропорта. В момент, когда Дуглесс давала чаевые носильщику, Роберт поднял руку, чтобы помахать кому-то. Дуглесс была слишком занята, чтобы обратить на это внимание.

Однако услышав вопль: «Папочка!» – она подняла глаза и увидела Глорию, несшуюся к ним через проход. За нею еле поспевал носильщик с ручной тележкой, на которой лежали шесть новеньких чемоданов!

Какое совпадение, – подумала Дуглесс, – что они встречаются в аэропорту с Глорией!

Она увидела, как Глория виснет у отца на шее. Через несколько секунд они оторвались друг от друга, но рука Роберта продолжала обнимать пухлые плечи драгоценной доченьки. Глория была одета в жакет с бахромой и ковбойские туфли. Выглядела она будто прожигательница жизни шестидесятых годов, только располневшая.

– Привет, Глория, – сказала Дуглесс. – Ты что, собралась куда-то?

Глория и ее папаша при этом чуть со смеху не окочурились!

– Так значит, ты еще не сказал ей? – взвизгнула Глория. Роберт наконец-то пришел в себя.

– Вот это и есть мой сюрприз! – воскликнул он, подталкивая вперед Глорию, как если б та была каким-то уродливым призом на состязаниях, только что добытым Дуглесс. – Ну, каково? Разве не удивительный это сюрприз?!

Дуглесс все еще не понимала – или, может, была слишком напугана грозящей перспективой, чтобы понять!

Обнимая Дуглесс за плечи, Роберт сказал тогда:

– Ну вот, обе мои девочки летят со мной!

– Обе? – шепотом переспросила Дуглесс.

– Ну да! Глория и есть тот самый сюрприз! Она летит с нами в Англию!

Дуглесс захотелось завизжать, завопить, тут же отказаться ехать, но ничего этого она не сделала.

– Но ведь все номера в гостиницах заказаны на двоих? – только и сумела наконец вымолвить она.

– Ну, так мы попросим, чтобы нам поставили еще раскладушечку! Как-нибудь выкрутимся! Зато в поездке с нами будет наша любовь, разве этого не достаточно?! – произнес Роберт и, снимая руку с плеча Дуглесс, добавил:

– А теперь – за дело! Ты бы не возражала помочь Глории с регистрацией, а я пока еще разок погляжу, что тут у них в киоске, ладно?

Дуглесс только и смогла кивнуть. Она покорно побрела к регистрационному столику. Ей пришлось дополнительно уплатить двести восемьдесят долларов за четыре лишних места Глории и дать еще чаевые носильщику!

В самолете Роберт усадил Глорию между ними, так что Дуглесс в конечном счете оказалась чуть ли не висящей па поручне! Во время полета Роберт с улыбкой подал ей билет Глории.

– Приплюсуй-ка его стоимость к сумме наших общих расходов, ладно?! Мне ведь потом потребуется сосчитать все потраченные денежки до последнего пенса – или, может, нужно говорить: до последнего шиллинга?! Мой бухгалтер полагает, что я смогу не вычитать из зарплаты расходы на эту поездку.