Маяк во тьме - Юсукэ Киши

— Только не оттаскивайте его. Прижгите огнем, и оно само уйдет.

Я стала нагревать тело существа. Было бы быстрее просто поджечь его, но тогда пострадал бы и Сатору.

Два-три секунды ничего не происходило. А потом слизняк стал бурлить и дымиться. Он вытянулся, с одной стороны появилось четыре антенны.

— Это слизень…

Я не могла в это поверить. Разве слизни нападали на людей? Я сожгла четыре антенны. Слизень извивался от боли, растянул тело до семидесяти сантиметров, а потом упал на землю. Я тут же сожгла его вспышкой голубого пламени. Слизень завизжал и пропал в облаке дыма и пара.

— Ты в порядке? — спросила я.

— Будьте осторожнее! Их еще много сверху, — Киромару указал на темный потолок.

Инуи поднял лампу. Множество слизней свисало с камня. Казалось, они собирались упасть на нас, последовав примеру первого, но огонь заставлял их раскачиваться в страхе.

Инуи сорвал их с потолка и бросил кучей на землю. Их было около сотни, они извивались, шевелили антеннами в воздухе. Слизь и пузыри вылетали из них, пока они горели, хор криков поднялся в воздух вместе с гадким запахом.

Я посмотрела на Сатору. Его футболка у плеча была надорвана, покраснела. Под ней большой участок его кожи был в крови.

— Больно?

Сатору кивнул, стиснув зубы.

— Что это было? — спросила я у ложного миноширо.

Он вытянул щупальце, пытаясь понять, о чем я. Его движения странно напоминали слизня.

— Это слизни-кровососы. Они висят на потолке пещеры и падают на добычу, впиваются кривыми зубами и сильно повреждают кожу, а потом сосут кровь добычи. Если на добычу напало много слизней, она умрет от потери крови.

— Разве слизни — не травоядные? — спроси я, обрабатывая рану Сатору с помощью аптечки из моей сумки.

— Обычные слизни разных видов, есть testacella genus из Европы, которая хищная и охотится на червей. Но слизни-кровососы — единственные наземные брюхоногие моллюски, которые сосут кровь.

— Они ядовитые?

— Скорее всего, нет.

Меня это немного обрадовало.

— Рана не выглядит плохо, но кровь будет идти сильнее, если ее не обработать. Нужно надавить, чтобы остановить кровотечение, — сказал Киромару, разглядывая рану.

— Я не знала, что существуют такие гадкие существа… тут настоящий ад, — пробормотала я.

Киромару покачал головой.

— Это только начало.

Мы шли дальше, Сатору терпел рану, не жалуясь. Мы не смогли остановить кровотечение полностью, и я переживала, что рана была заражена, хоть и не была глубокой. Я не могла ничего поделать, ведь не взяла противоядия. Потом я узнала, что слизни так сильно сосали кровь, что могли повредить кровеносные сосуды глубоко под кожей.

В аптечке было болеутоляющее, но Сатору отказался, потому что это повлияло бы на его способность использовать проклятую силу.

— Это не нормально. Все это… не должно было прожить тут столько времени, — прошептал Сатору.

— О чем ты?

— Разве не странно? Что слизни так развились?

— Но… это похоже на то, что за Священным барьером. Проклятая сила, что утекает сквозь фильтр нашего подсознания, постоянно попадает за барьер…

Я говорила, но не помнила, где это слышала.

— Протечка проклятой силы… Интересная идея. Но так и есть, всех новых зверей, которых обнаружили за последнюю тысячу лет, нашли у Священного барьера, — он вдруг удивился. — Может, такая причина и тут. Люди, которые живут в Японии, представляют Токио как ад. Проклятая сила, утекающая, когда кто-то думал о Токио, могла медленно изменить его, делая похожим на ад…

Холодок пробежал по моей спине. Мы оказались в глубинах ада.

— Несмотря на слова ложного миноширо, не только кислотный дождь повлиял на строение этих пещер.

В голове мелькнула другая мысль. Утечка проклятой силы… Нет. Не моя мысль.

Словно во мне был другой человек. Тот, кого я хорошо знала.

Мы шли дальше, Киромару резко замер и прижался ухом к земле.

— Что такое? — встревожился Инуи.

Он слышал шаги преследователей?

— Тут тонкий слой камня. Внизу глубокая яма. Хорошее место для ловушки.

— Понял, — сказал Инуи.

Он создал большие трещины на всю ширину туннеля. Пол выдержал бы вес одного бакэ-недзуми, но рухнул бы, если бы группа попыталась пройти.

— Это их не убьет, но они начнут искать еще ловушки и замедлятся, — удовлетворенно сказал Киромару.

— А если нам придется возвращаться этим путем?

— Если я упаду в свою же ловушку, я не достоин жизни.

Я стала задумываться, была ли я достойна жизни.

Облака мух стали больше, пока мы шли вперед. Они жутко гудели вокруг наших голов, постоянно лезли к нам. Пот стекал по моему лицу, стало жарче.

— Видимо, впереди еще одна колония летучих мышей, — сказал Киромару. — Наш запах будет скрыт какое-то время, когда мы пройдем мимо…

Сердце сжалось от мысли, что снова придется идти в хлюпающей жиже. Хорошо было лишь то, что это нам помогало.

Во тьме я увидела десятки тусклых лент зеленого света.

— Что это?

Киромару зарычал с презрением. Звук напомнил мне вопль нечистого кота.

— Они прилипают и мешают двигаться. Но если их не задевать, они не опасны. Что важнее, их присутствие показывает, что есть путь на уровень выше. Если пойдем этим путем, сможем оторваться от преследования.

Мы сверились с ложным миноширо и согласились с предложением Киромару.

Под Токио были десятки больших соединенных колонн с небольшими туннелями, тянущимися вдоль них. Пещеры были довольно близко к поверхности, но под ними было много других уровней. На эти уровни можно было попасть с помощью выступов в камне, а иногда — с помощью