Тонкости эльфийской социологии - Татьяна Патрикова

Разумеется, я не был одержим. Просто виной всему был Андрей. Хотя это и не умаляет мальчишеское желание Лукереля подшутить надо мной. Похоже, он уже пообщался с Андреем и догадался, что я, скорее всего, не в курсе всех дел. Разумеется, я не мог упасть в грязь лицом перед нежданным посетителем, поэтому лишь сухо ответил, что выгод может быть больше, чем он думает. Достаточно только как следует все просчитать.

– О, не сомневайся, думаю, их очаровательная Владычица сделает это за меня, – пропел мне на это коварный родитель, так и не выросший из подросткового возраста, и добавил, словно между прочим. – Ты пока с психологом своим консультироваться будешь, а я с дочкой поговорю и с этим её Каром.

– Карунд и Антилия? – вырвалось у меня помимо воли.

Он широко улыбнулся.

– Конечно. Разве ты не знал?

Разумеется, я не знал. Но отвечать на провокационный вопрос не стал. Просто молча дождался, когда он покинет мой кабинет. Эльф не стал с этим тянуть. Он ушел, а я поспешил в класс колокольчиков. Вот уж кто просто обязан быть в курсе всех дел, особенно, если вспомнить, как они себя вели, когда мы с ними виделись в последний раз после выздоровления их классного руководителя. К слову, последний должен быть сейчас как раз с ними, у них же классный час.

Я многое пропустил. Вот уж не думал, что можно так широко развернуться за столь короткий промежуток времени. И все-таки Андрею удалось сделать это. Хотя, чему я удивляюсь? Если вспомнить, как тщательно я его выбирал… Знаю, в их мире есть поговорка – 'обжегшись на молоке, дуем на воду'. Я слишком долго обжигался. Андрей был моим последним шансом, и я ухватился за него. Оказалось, что не зря. Если вдуматься, было в моем везении нечто запредельное. Вот только в первый момент, когда вошел в классную комнату колокольчиков, я сразу не сумел понять: радоваться мне или пугаться.

Меня встретили весьма… ну, скажем прямо, красноречиво. Разумеется, никто из них не ждал, что я так запросто могу к ним заглянуть. Только Андрея с ними не было. И, разумеется, Кара и Лии – так, кажется, их Андрей прозвал, – не наблюдалось. Их, скорей всего, забрал с собой Лукерель. И все же, такой прием оказался для меня полной неожиданностью.

Когда я вошел, они сидели кто где. Кто-то даже на полу, на мягком ковре. Классная комната изменилась до неузнаваемости. Занавески на окнах, пушистый ковер. Ряд кресел, отодвинутых к стене, плазменный телевизор из мира Андрея. Но, в первую очередь, мое внимание привлекли котята. С ними возились Фаль – нелюдимый, но талантливый мальчик из пустыни Наби, и Гарилика – девушка-оборотень, родители которой очень просили не инициировать её до полного совершеннолетия. Желание родителей – закон, но подобное отношение меня, признаюсь, удивило, ведь для оборотней, напротив, чем раньше произойдет полное перевоплощение, тем лучше и безболезненней. Но родители ссылались на какое-то семейное недомогание. Правда, узнал я об этом слишком поздно.

Без Ириргана я упустил весь набор этого года. Слишком привык, что уже много лет именно он занимался всеми делами, не требующими моего прямого вмешательства. Мой секретарь всегда знал, о чем следует доложить мне в первую очередь, чтобы я обратил на ту или иную ситуацию особое внимание, а о чем мне можно было бы и не знать. Но, когда он внезапно запросился в академический отпуск, а потом просто взял и ушел, я растерялся, признаю. В тех проблемах, которые у нас возникли с колокольчиками из-за столь необдуманного их распределения в один класс, я был виноват сам. Нужно было несколько раз проверить, кого с кем объединили, но я этот момент упустил. Поэтому пришлось прибегнуть к помощи извне и завести психолога. Долгое время мне казалось, что это пустая трата времени. Я почти отчаялся, но Андрей, как оказалось, на самом деле стал ценным приобретением. Но об этом интересном во всех смыслах мальчике чуть позже.

Стоило мне войти в аудиторию, я сразу же полностью завладел вниманием студентов. Вот только взгляды их были настороженными, а у кого-то даже откровенно испуганными. Признаюсь, был удивлен такой их реакции на меня. Все дело в том, что я никогда не был особо строг с ними, даже когда они откровенно упрямились и, словно назло всем и вся, продолжали чуть ли не на кулаках в открытую драться между собой. К тому же, пока Андрей пребывал в лазарете, как мне казалось, мы с колокольчиками вполне мирно пообщались, и, как я втайне надеялся, остались довольными друг другом. Что же вынудило их в этот раз так на меня смотреть?

Пришлось придумать способ разрядить обстановку. Именно поэтому я так ухватился за их котят.

– Какие очаровательные представители семейства кошачьих, – сказал я вместо приветствия. – Андрей принес?

– Они – наш живой уголок, – мягким, почти воркующим голосочком ответила мне их староста Ириль, но эта показная легкость нисколько меня не обманула.

Как мне показалось, даже в кабинете Лучистого при том неприятном инциденте с поцелуем она не была так напряжена, как сейчас. Что же у них тут произошло на самом деле? Не думаю, что Лукерель стал бы так себя со мной вести, если бы причинил прямой вред одному из моих сотрудников. Похоже, пора было принимать решительные меры.

– Ира – он ведь так тебя называет? – скажи прямо, что тут произошло и где Андрей?

– Лучше я, – неожиданно вмешалась Илюизмена.

Внимательно всмотревшись в её лицо, я понял, что темная куда лучше владеет своей мимикой, чем её светлая одноклассница, но мое присутствие в их классной комнате ей тоже не по душе. Того и глядишь, они все дружно кинутся на меня, свяжут по рукам и ногам и зашвырнут в самый дальний угол, чтобы под ногами не мешался и не вынюхивал почем зря. Да, не так я себе представлял свои отношения с представителями подрастающего поколения моих студентов. Ладно. Остается и дальше ступать по лугу взрыв-травы, с отчаянной надеждой не подорваться при одном лишь неверном шаге. Поэтому я прямо спросил у темной:

– Что с Андреем?

– Он с Иром у себя.

Не стану скрывать, в моем возрасте такая бурная реакция выглядит немного нелогичной, но я всегда чувствовал себя молодым душой, поэтому, когда от этой простой фразы похолодело все внутри, удивляться было уже нечему.

– Ир – это у нас Ирирган?

– Да.

– И давно он с вами?

– Давно. Разве вам не докладывали, что он стал открыто появляться на территории университета?

– Осмелюсь предположить, – проигнорировав её вопрос про доклады гипотетических соглядатаев, уточнил я, – что до недавнего времени он делал это закрыто.

– Он не покидал университета. Разве что ненадолго, еще летом.