Антология №1. Безумные сказки Андрея Ангелова - Андрей Ангелов

Римский – это отныне Я! – рявкнул преображенный понтифик дьявольским голосом. – И так будет всегда!.. Когда-то это тело всё же умрет, но я возрожусь в новом теле Папы Римского.

— Почему ты мне сие рассказываешь?! – пролепетал кардинал.

— Потому что ты – верный кардинал Папы, — немедленно отозвался Дьявол. – И твоя личность будет перерождаться в другие тела, параллельно мне, и ты будешь помнить, что ты – это верный кардинал Дьявола!..

Когда абсурда слишком много, то наш организм отталкивает его прочь от себя с помощью смеха.

— Хха-аха-ха-ха!.. – вдруг истерически заржал кардинал. – Ха-ха-ха!..

— Ты – единственный, кто будет знать, что Папа это не Папа, — ухмыльнулся Дьявол. – А теперь чеши, оповести Конклав, что наместник Святого Петра передумал умирать, и проживет ещё лет десять, думаю…

Смех кардинала стих. Он беззаботно махнул рукою:

— Можешь не объяснять. Тебе надо успеть освоиться в новой роли…

— Чеши, давай, — благосклонно кивнул Дьявол Римский.

В следующее мгновение кардинал изумлённо огляделся. Как будто прозревая. Закрыл до сих пор открытую дверь. Сказал с усилием, беспокойно осматриваясь:

— Я бегу, но… Почему, чёрт возьми, я всё сие вижу? Смерть, Дьявол… я никогда раньше не наблюдал потусторонний мир… Или я стал проклятым?.. – Епископ выглядел растерянным, даже каким-то потерянным. На смену истерике пришла тревога.

Дьявольский Папа с усмешкой показал белую таблетку на волосатой ладони:

— «Феназепам», — молвил он кратко. – Пилюля счастья, коей я тебя тайно кормил. В ней дело. – И протянул таблетку. — На-ка, глотни ещё одну.

          1. Экзорцизм

В окно спальни Папы Римского лучисто улыбалось солнце XXI века от Рождества Христова. Сам Папа традиционно полёживал на кровати. Во рту — кляп, руки наручниками пристегнуты к пологу, а ноги привязаны веревками к кольцам на полу. Папа визуально был немножко другим, чем 666 лет назад – не так дряхл, очень толст и с закрашенной сединой на голове. Лишь глазки остались такими же: маленькими, зелёными, в них сидело недовольство на грани с обидой.

— Изыди! – нараспев произносил верный кардинал, стоя в ногах кровати, с книгой в руках. На обложке тусклым златом сияла надпись: «Экзорцизм. Как изгонять дьявола».

Верный кардинал, в отличие от Папы – ничуть не изменился внешне. Остался ровно таким, каким и был. Один в один.

— Изыди, дьявол! – торжественно повторил он, откладывая книгу на мини-столик на колесиках и беря оттуда большой, златой же, крест.

Дьявол Римский с ленцой высвободил руку из наручника, почесал ею бедро, а затем сноровисто вытащил кляп изо рта. Молвил обиженно:

— Не задрало?

Кардинал обеими руками поднял крест над головой, и медленно же — стал осенять им Папу.

— Не задрало, — согласно кивнул понтифик. – Но я кушать хочу. Может, продолжишь после обеда и мессы?..

— Я заставлю тебя выйти из тела Папы! – решительно сказал кардинал.

— Может, лучше войдешь в тело Папы?.. – соскабрезничал дьявол, сально подмигивая.

Тело Папы поплыло перед взором кардинала, и он увидел женщину на кровати. Лицо осталось папским, но тело, — обнажённое, маняще колышущееся женское тело… Женщина страстно извивалась на ложе, постанывая.

— Вот дерьмо! – ругнулся кардинал совсем не по-церковному, прыгая на кровать. Он уселся сверху Папы, на его объёмный живот, и отвесил ему пару пощечин. Занес кисть для третьей оплеухи и услышал смущённый кашель. Обернулся. На пороге стоял камерленго и пялился на сцену.

— Иди, помоги мне! – ничуть не смутился кардинал, обращаясь к сановнику. – Подержи Папу с другой стороны, а я ему снова руку закую.

— Без меня, — пробормотал камерленго. – Ваши садо-мазо игры – ваши заботы, — и он тихо слился прочь. Не удивляясь и не показывая особых эмоций.

Ватикан себя изжил даже в глазах ватиканских жителей. Как Ватикан. Ну, бывает и хуже…

— Эй, кардинал, ты меня смешишь, — обиженно сказал дьявольский понтифик. – Хотя мне ни черта и не смешно. На протяжении веков ты всеми способами пытался меня выгнать из тела Папы! Но…

— То, что бесполезно сегодня – окажется полезным завтра, — желчно ответил кардинал, держа занесённый кулак.

— Твоё завтра не наступит никогда, — усмехнулся Дьявол. – Я тя умоляю… неужели, тебя даже «дурка» не научила…

Кардинал вспомнил, как его двадцать лет назад положили в психиатричку, по банальнейшей причине: он всем рассказывал, что Папа Римский – одержим. Кардинал тяжко вздохнул. Он опустил кулак, смачно сплюнул в сторонку и слез с живота понтифика. Начал деловито собирать вещи с мини-столика: книгу с заклинаниями, ножницы, крест, какие-то склянки… Потом направился к дверям. А в спину полетел голос дьявольского извращенца:

— Папой всегда становился тот кардинал, чья телесная оболочка была мне симпатична!.. Я во все времена договаривался с Конклавом...* Неплохо я устроился – признай?! Аха-ха…

Верный кардинал вдруг замер. Прошептал:

— Папой всегда был человек духовного звания. Так. А если им выбрать мирянина?!..

Примечание: Конклав – это собрание кардиналов в Ватикане, выбирает Папу Римского после смерти или отречения предыдущего Папы.

* * *

— Согласно традиции – Папой Римским может стать любой человек. Он должен быть неженатым католиком, и всё, — веско прояснила Джованьола, хранительница Ватиканской библиотеки. Она незримо для людей жила в здании с XV века – даты официального основания хранилища знаний и тайн. Красавица, в которую влюблялись короли и падишахи, а ныне представительная блондинка в очках, с большими грудными «буферами» — будто сошедшая с экрана порнофильма.

— Мирянин — это шанс избавиться от зеленоглазого придурка, — пророкотал демон Греко, — когда-то адский херувим средней руки и средних способностей, а ныне – один из экспонатов ватиканского Музея Люцифера. Однажды он прогневал собственно Люцифера, и был отправлен в ссылку, сюда, в Ватикан. Греко развлекал посетителей, а сам развлекался тем, что крал у них кошельки.

— Я за любой кипеш, вы же знаете, — согласно покивал Меринго – чёрный кот, хранитель ватиканской аптеки и поставщик нелегального «Феназапама».

— Значит, займемся поисками мирянина, — подытожил верный папский кардинал.

Совещание произошло в его кабинете, напоминавшем кабинет любого ответственного лица. Большой стол, оргтехника, несколько книжных полок и графин с водой. Правда, тут были также золотые подсвечники, три ящика «Кагора» и Библия.

— Я скоро вернусь, — с этими словами владелец кабинета