Что-то кроме магии - Akana again

— Узнай, кто купил у Горбина и Бэрка ожерелье.

Белокожих блондинов-старшекурсников в Хогвартсе училось немного. Меньше трети из них могли себе позволить крупные расходы. И совсем мало нашлось бы тех, кто решился бы применить Непростительное к волшебнице. Снейп почти не сомневался, что знаком с этим школьником.

К вечеру сова от Хью принесла клочок бумаги с двумя словами, превратившими предположение в уверенность: «Малфой-младший».

* * *

— Не знаю я никакой Белл... Меня вообще в тот день в Хогсмиде не было.

Декан откинулся на спинку и кресла и отбил на подлокотнике короткую нервную дробь. Слизеринец-хитрец, слизеринец-гордец, наконец, слизеринец-мерзавец — это в порядке вещей. Но слизеринец-дурак — нет, нет и еще раз нет.

— Перестаньте изображать слабоумного, Драко. Мне известно, что именно вы приобрели ожерелье и наложили «Империо» на трактирщицу. Директор и профессор МакГонагалл ждут от меня имени виновного в том, что произошло с мисс Белл. Я на вашей стороне, но, если не буду знать всей правды, не смогу вас защитить. Итак?

Малфой из бледного сделался серым. Он смотрел на Снейпа со смесью изумления и ужаса и молчал.

— Кому предназначалось ожерелье? — спросил Северус.

— П-профессору... профессору МакГонагалл.

На миг Снейпу показалось, что головоломка сложилась. Драко получил от Волдеморта приказ устранить гриффиндорского декана и таким образом расчистить дорогу к Поттеру. Тогда логичным выглядит выбор гриффиндорки на роль курьера и дамского украшения в качестве орудия убийства... В сознании возник образ «железной Минни» в пышных драгоценностях, и головоломка вновь рассыпалась.

— Вы задумали убийство профессора МакГонагалл? С какой же целью?

— Ну... — Драко понял, что увяз, но отступать было поздно. — Хотел отомстить за всех слизеринцев. Чего она вечно баллы снимает...

Ответом ему стал издевательский смех.

— Продайте свою замечательную идею гриффиндорцам, — отсмеявшись, посоветовал декан. — Уверен, меня прямо-таки завалят прОклятыми перстнями и тому подобным. А теперь шутки в сторону, Драко. Я жду от вас правды.

— Ничего я вам не скажу! — выкрикнул Малфой, дергая запонку на манжете левого рукава. — Я теперь такой же, как вы, и не обязан вас слушаться!

Кожа вокруг Метки успела побелеть. Очевидно, Повелитель поставил ее в конце лета, подумал Снейп. Таким образом накрепко запечатав мальчишке рот.

— Пока вы находитесь в Хогвартсе, вам придется меня слушаться, хотите вы того или нет.

— Я пожалуюсь Темному Ло...

— Повелитель вам не мамочка, — осадил его декан. — Вы еще не пробовали его Пыточное? Незабываемые ощущения, уверяю вас.

— Все равно я должен сам, сам... — забормотал Драко. — Мне нельзя никому говорить о задании!

— Но вы можете и не говорить. Просто позвольте мне...

— Нет! — взвизгнул Малфой. — Не смейте!

Он шарахнулся к двери и стрелой вылетел прочь.

* * *

Отчет по численности кентавров, единорогов и прочей лесной живности был завершен точно в срок и выглядел внушительно. Хагрид, с благоговением принимая от Квиринуса толстую папку, смахивал на счастливого папашу, берущего на руки долгожданного первенца.

— Уж так выручили, мистер Квиррелл! Вот спасибо так спасибо!

Как и следовало ожидать, документы в Министерстве магии приняли без вопросов. Хагрид на радостях закатил пир горой, выставив для гостя такие разносолы, каких тому пробовать еще не доводилось. После третьей кружки лесничий зачем-то оглянулся на дверь и, понизив голос, сообщил, что, мол, есть у него один секрет, про который ни одна живая душа не знает. У Квиринуса изрядно шумело в голове от крепчайшей хагридовой браги, но он постарался сосредоточиться и сказал, что внимательно слушает, и вообще — могила.

— Вот о них-то я и толкую... О могилах-то.

— О чьих могилах? — оторопел Квиррелл.

— Об ихних, — со значением проговорил Хагрид. — Основателей, то есть. Я их нашел в горах.

Глава 106. Ни крест, ни «Авада», ни святая вода

— Знаменитый историк! Светило археологии! Почему он до сих пор не читает курс в Хогвартсе вместо Биннса?

— Северус, я понимаю твой скепсис. Мне тоже поначалу казалось, что он несет чушь с пьяных глаз. Но утром он повторил все слово в слово.

— Ну и что?

— Это не чушь. Это легенда его сородичей, я имею в виду великанов. О карликах-колдунах, нашедших приют у подножия гор, затеявших с местным властителем спор, собравших для битвы волшебников рать, ушедших в пещеры, чтоб там умирать...

— В прозе то же самое нельзя изложить?

— О-о, ты не слышал, как оно звучит в оригинале, — улыбнулся Квиринус. — У великанов очень выразительный язык. Правда, непривычно поначалу, много глухих и рычащих звуков.

По случаю рождественских каникул школа опустела, и Квиринус воспользовался этим, чтобы навестить друзей. Все собрались в кабинете слизеринского декана: Пивз возлежал на верхушке шкафа, Барон расположился в своем любимом кресле. Снейп, сидя за письменным столом, хмуро слушал друга, который явился с идеей отправиться к могилам Основателей. Идея ему не нравилась. От идеи за милю несло перестоявшейся магией, с которой сквибу, пусть он хоть трижды ученый, лучше не связываться.

— Он рассказывал, как нашел могилы?

— Охотился в горах и случайно набрел на пещеру. Увидел рисунки на стене, вспомнил легенду. В пещере нашел три каменные гробницы и несколько человеческих скелетов. Насколько он сумел разобраться, там покоятся Ровена, Хельга и Годрик, а чьи скелеты, неизвестно...

— Должно быть, грабителей, которые не поделили добро. И что мы после них найдем — пустые гробы?

— Отнюдь, — Квиринус говорил так убежденно, словно уже побывал у гробниц. — Хагрид утверждает, что саркофаги — он назвал их ящиками, — накрыты очень тяжелыми каменными плитами. Заметь: это слова полувеликана, который сильнее нас с тобой вместе взятых. Если бы могилы разграбили, крышки валялись бы на земле. Воры, кажется, не имеют привычки убирать за собой.

— Гриффиндор, Хаффлпафф и Рэйвенкло,