Kurohibi. Черные дни - Gabriel

как ты придешь ко мне — решать тебе. Меня лишь забавит, как ты отчаянно барахтаешься и делаешь все, чтобы избежать своего предназначения. Пробудись, пробудись, пробудись…»

Назойливость, с которой его собственные мысли раскалывали сознание, начала уже перетекать из раздражения в крайнюю степень помутнения рассудка, грозя вот-вот выйти из-под контроля. Закусив губу и приложив руку к стене, чтобы не потерять ориентацию в пространстве, Синдзи заставил себя перенести внимание с внутреннего хаоса в голове на окружающую действительность, пока шум и темнота не сменились привычным давлением в висках. С трудом поднявшись на мостик и затолкнув себя в лифт, ведущий в кабинет отца, он прильнул к углу и со всей навалившейся тяжестью сильными ударами кулака в грудь начал восстанавливать сердечный ритм, пока занывшее израненное тело не смирилось со своей участью и не прекратило мимолетный бунт.

До вершины пирамиды Синдзи добирался несколько мучительно долгих минут, находясь в полной тишине замкнутого пространства. Обливаясь потом, он уже начал нервно дрожать, подозревая развившуюся клаустрофобию и чувствуя легкое удушение, когда дверцы, наконец, распахнулись.

Кабинет Командующего выглядел, мягко говоря, аскетично, если не сказать жутко — огромное помещение с низким потолком и широкими смотровыми окнами с панорамой на весь Геофронт, мистические символы на полу, да один сиротливо выделяющийся стол у глухой дальней стены. Общую скудость и безжизненность комнаты нарушал лишь пожилой мужчина в униформе офицера штаба — заместитель Главнокомандующего Икари, Фуюцки Козо. Внимательно что-то изучая в компьютере на столе, он, казалось, совершенно не удивился прибытию Синдзи и не выявил ни одного намека на беспокойство.

— Замкомандующего?.. — немного растерянно произнес тот, выйдя из лифта. — Вы не боитесь тут оставаться?

— Я соврал бы, сказав «нет», — мужчина выпрямился, взглянув на Синдзи своими прищуренными от тяжести прожитых лет глазами. — Но если уж кого и бояться, то не тебя, юный Икари.

— Вот как? — тот не смог скрыть искреннего удивления. — Вы вообще в курсе, что происходит?

— Более чем. Это я дал команду на эвакуацию. И как последнее руководящее звено, я должен оставаться здесь и активировать систему самоуничтожения в момент, когда надежды для человечества не останется. Проблема в том, что наивысшую угрозу сейчас представляют вовсе не Ангелы.

— Что вы имеете в виду? — насторожился Синдзи.

— Страны, находящиеся под управлением Комитета, готовят полномасштабное вторжение в Японию. В любой момент будут запущены серийные Евангелионы. Они готовы пойти на все, чтобы не дать полиморфу найти последнего Ангела и семя плода вечной жизни.

— Я… тут не очень в курсе всех тонкостей… но человечество уже проиграло. Все кончено, Фуюцки-сан. Вы видели, что случилось в ангаре.

— Разумеется, — на лице мужчины вдруг возникла скромная улыбка. — Это было удивительное зрелище. Но ты ведь сам не понимаешь, что произошло, так?

— Ну… — Синдзи отвел взгляд.

— Подойди, я покажу тебе.

Тон его голоса оказался настолько спокойным и доверительным, что Синдзи даже сам не понял, почему он послушался старика и почему не испытал при этом ни капли опасений. Наоборот, его даже объяло сильное любопытство, особенно когда Козо начал копаться в компьютере и открывать видеозаписи с камер.

— Смотри, Икари. Это запись из ангара четвертью часа ранее, здесь ты можешь видеть себя и капитана за пару секунд до выстрела. А здесь… — он включил вторую запись параллельно с первой, — изображена камера изолятора.

Синдзи во тьме крошечного помещения смог разглядеть фигуру Каору, прикованного к стулу в центре комнаты.

— Я включаю воспроизведение.

Изображение в обоих окнах задвигалось, судя по таймеру, отмеряя одинаковый момент времени, и тут изумленный Синдзи вдруг увидел, как за мгновение до выстрела Рене мгла в камере Каору сделалась непроницаемо черной, в ангаре в этот момент развернулось АТ-поле, спасшее его от пули, а помещение изолятора, когда темнота рассеялась, оказалось пустым.

— МАГИ подтвердили, что источником АТ-поля служил последний Ангел, известный нам под именем Каору Нагиса. Его текущее местонахождение неизвестно. Об этом знаю только я и несколько операторов с мостика, и именно поэтому я дал приказ на эвакуацию. В свете исчезновения Командующего и последующей неразберихи, думаю, никто не заметит потери нескольких мегабайт данных, запечатлевших истинное положение дел с Нагиса. Именно такую инструкцию дал мне Гендо перед уходом.

Чувствующий себя странно опустошенным, будто обманутым, Синдзи неожиданно вздрогнул и перевел на мужчину задрожавший взгляд.

— Отец?..

— Он предвидел такой исход событий, еще давно. Именно поэтому он всячески старался убирать препятствия с твоего пути, вмешиваясь в дела полиции и внутреннего расследования Службы безопасности. И именно это стало последней каплей в чащу недоверия со стороны его покровителей, а также причиной форсирования сценария. Думаю, Гендо догадался о твоих намерениях, какими бы они не являлись, и решил всеми силами помочь их осуществлению вместо того, чтобы продолжать оставаться марионеткой. По крайней мере, мне хочется в это верить. Еще он сказал, чтобы я помог тебе после его ухода.

В памяти Синдзи промелькнули последние мгновения жизни отца — его безропотный взгляд, будто просящий прощения, его тянущаяся рука, его крик. Сердце внезапно сжалось и обожгло грудь невыносимой горечью.

— Все равно… — тихо произнес Синдзи. — Это ничего не меняет. Человечество обречено и будь то я или другая сила, оно погибнет через несколько дней. Я лишь несу их волю.

— Мне остается лишь подчиниться, — спокойно кивнул Фуюцки. — Надеюсь, ты знаешь, что делаешь.

— Что ж, благодарю. Вы позволите?

Синдзи, подвинув кресло, занял место за столом отца, испытав необычное чувство трепета и тяжести навалившей ответственности, а затем устремил взгляд на компьютер.

— Здесь есть доступ к терминалу МАГИ?

— Да, но нужен его пароль.

— Ничего, у меня есть ключик.

Активировав собственную учетную запись, что ему предоставила Рицко, Синдзи вошел в систему. Взгляду открылось множество панелей и меню, о большинстве из которых он не имел ни малейшего понятия, но, к счастью, полученных знаний от доктора оказалось достаточно. Под вопросительное и слегка удивленное хмыканье Козо, что следил за ним из-за плеча, Синдзи сначала вошел в панель задач и приготовил заранее написанный скрипт — эвристический нативный вирус, использующий интеллектуальный алгоритм обработки данных МАГИ, то есть, по сути, программирующий сам себя. Затем, немного подумав, он проверил камеры базы, убедившись, что персонал уже практически целиком эвакуировался, превратив комплекс в безлюдную и оттого жутковатую сеть коридоров и помещений, словно по ней прошел мор, оставив только критически