Kurohibi. Черные дни - Gabriel

осмысленности, а затем белый член у ее затылка с чавканьем вонзился прямо в мягкую плоть ее мозга.

— …переход личности через матрицу свободы!..

— Кризис оболочки Рая!.. Вторая вспышка кризиса горизонта наивности!..

— Граница личности расслоилась сквозь призму Ид-дисперсии! Мышление перешло мембрану восприятия, гармоники самоосазнания сливаются в антиличность! Психика утратила черты индивидуальности и реверсировала полярность интенционального колебания. Ангел растворяется в среде квазиосознания, до зарождения сверхличности остались всего две логические антиномии. Процесс невозможно обратить!

«Просыпайся. Просыпайся. Просыпайся…»

Синдзи не мог понять, что выдернуло его из омута безумия — крик девушек, вид Рей, чью голову разорвало во вспышке света, раздавшиеся в капсуле панические отчеты операторов с командного пункта, стон собственной матери, прыгающей на члене или этот жесткий и величественный голос в его голове. Но, моргнув и сбросив с себя покрывало невероятных по своей яркости ощущений, Синдзи всего за секунду обрел над собой контроль.

— Да… вот так, мальчик мой… какой же ты хороший... — не переставая, стонала Юй. — Ах… входи в меня… глубже…

«Я прошу у тебя помощи… Пожалуйста…»

«Как скажешь, мой дорогой».

И в ту же секунду капсула окрасилась в яркий свет. Юй, вдруг перестав стонать и скользить влагалищем по члену, сквозь пелену вожделения вскинула голову и с легким испугом озарилась по сторонам. Интерфейс Евы ожил, и где-то из глубины махины раздалось угрожающее звериное механическое рычание. Одновременно в капсуле стали возникать крошечны ледяные огоньки, запорхав вокруг беззвучными мотыльками.

— Ч-Что?.. — Юй ошарашено округлила глаза. — Н-Не может быть… нет… Только не это…

Она бросила на Синдзи полный жалости и умоляющего отчаяния взгляд.

— Почему?.. Она заняла мое место… Синдзи… — по ее щекам вдруг скользнули слезы. — Ты… Теперь я поняла… Прости, мальчик мой… Прости…

И словно невидимая сила оттолкнула тело девушке к передней стенке капсулы, и она вдруг испарилась, оставив облачко переливающихся радужным светом искорок вместо себя. А Синдзи, внутренне взвыв от горечи, судорожно застегнул комбинезон, провел пальцами по лицу, что, казалось, готово было отслоиться от грызущих его чувств, а затем опустил ладони на рукояти управления. Из трех коммуникационных мониторов информацию показывали лишь два: сокрушенна и хрипящая Аска все так же бешено дергалась с торчащим и извивающимся щупальцем изо рта, а Мари билась в кресле, наполовину оплавленная почти до желеобразного состояния. Изображение с Рей не работало, зато он сам мог видеть, как ее Ева и проглотивший ее Ангел сливались в одну пугающую фигуру — огромную, целиком состоящую из света, с длинными и тонкими, будто бумажными, крыльями и очертаниями напоминающую Рей.

— Ева, запуск! — выкрикнул Синдзи, проглотив ком в горле.

Машина послушно ухнула, из ее чрева словно пахнуло жаром, а по стенкам пробежались красные помехи, и на информационном дисплее, ведущем обратный отсчет заряда батареи, все цифры вспыхнули девятками.

— Ева-01 реактивировалась! — донеслись голоса с мостика. — Энергия ядра разрушила контур ограничения! S2-митохондрии перехватили системы сдерживания оболочки, синхронизация подскочила на 100 пунктов!

— Синдзи, это ты? — выпалил Гендо. — Где Юй?!

Ничего не отвечая, тот покрутил руками Евы, чувствуя, как легко поддавалась машина на любую мысленную команду, словно само пространство подстраивалось под их движения. Заведя руку за спину, он вырвал питающий кабель — показатель заряда батареи и энергосистем даже не колебнулся, оставшись на максимуме.

В это время Ева Рей уже приняла форму девушки, и теперь ее алые глаза, два единственно отличающихся цветом пятна на полностью белом покрове, развернулись в его сторону.

— Пора! — дал команду Синдзи.

И Ева, пригнувшись к земле, оттолкнулась с чудовищной силой, от передавшейся энергии образовав широкую вмятину в земле, и взмыла в воздух. В ногах раздался скрежещущий хруст — броня внизу, не выдержав нагрузок, рассыпалась и обнажила серо-зеленую плоть махины, по цвету напоминающую водоросли. Синдзи слегка скривился, ощутив неприятное давление и сжатие на своих лодыжках, но возникшее чувство полета затмило собой всю боль — он парил в воздухе на расстоянии сотен метров над землей, летя по огромной дуге над землей, проносясь далеко в сторону от проклятого места битвы, от двух еще живых девушек, от слившихся в нечто пугающее и грандиозное Ангела и Рей. Он двигался на запад, за горный хребет, где покоились руины старого Токио, а когда-то давно стоял горд Готемба.

Достигнув потолка возможной высоты, Ева под силой гравитации устремилась вниз и с невообразимой силой ухнула на землю, образовав ударную волну в месте падения и повалив деревья в радиусе полусотни метров. Синдзи зашипел, когда ступни обожгло острой болью, но дал команду прыгать еще сильнее, и Ева, припав к земле, послушно взмыла в небо, на этот раз на старте образовав оглушительный гром — махина на несколько секунд преодолела звуковой барьер и от ударной силы лишилась почти всей брони. Где-то далеко внизу осталась глубокая воронка в земле, над холмами фонтаном взмыли вырванные с корнем деревья, мимо замелькала панорама быстро сменяющихся гор и туманной дымки, сквозь которую парящая Ева оставляла продольный след. За грохотом летящей махины и ударами об землю Синдзи едва мог расслышать крики капитана, требовательный голос отца и непрекращающиеся отчеты операторов, от которых почему-то кровь стыла в жилах.

— Подтверждено слияние пилота и Ангела, оба ядра синхронизируются через альфа-поток. Личности объектов разложены на спектр суперпозиций, гаммы постоянно сливаются и распадаются, митохондрии продолжают выработку миом. МАГИ не удается идентифицировать объект ни как человека, ни как Ангела, излучение во всех спектрах…

Ева минула хребет и в очередном приземлении, с грохотом подняв стену пыли бетонных обломков, оказалась на руинах старого Токио. Где-то на другом конце кратера, за оцепляющими ограждениями, на горизонте у основания величественной горы Фудзи виднелись огни военной базы Готемба. Перемахнув через кратер, Синдзи проскочил мимо контрольно-пропускного поста, где ошалевшие от вида несущегося на немыслимой скорости гиганта солдаты даже не успели поднять тревогу, и спустя всего полминуты оказался над грядой ангаров, широких массивных строений и огромной площадкой, где располагалась военная техника: танки, артиллерия, бронемашины и чуть далее, на аэродроме, — вереница самолетов и конвертопланов.

Под ногами, словно муравьи, засуетились люди, высыпавшись из ангаров и помчавшись в сторону стоянки. Синдзи слегка растерялся — из-за обилия строений и общей площади комплекса он не представлял, как здесь можно было обнаружить нужный корпус. Однако быстрый взгляд по зданиям вдруг обнаружил стоящий особняком огромный ангар с голубыми линями на крыше, как и описывала его Мана. Сорвавшись с места, Синдзи со