Дефицит Высоты. Человек между разрушением и созиданием - Олег Леонтьевич Поляков

потенциально он способен на многое большее. Русским надо бы поменьше «отзывчивости» и побольше национального эгоизма, во всяком случае не меньше этой жизненно необходимой штуки, чем у других народов России. Равенство, так равенство, и нечего дурака валять.

Сегодня мы имеем место с аксиологическим и экзистенциальным отвержением русскости значительной частью населения страны и связанным с этим желанием войти в группу, имеющую более высокий статус. Ну не хотят люди быть изгоями. Но если стержень государства — русские — не восстановят свою пассионарность, России не будет. Русские — главная созидательная сила России сегодня, так же как они были главной силой в Великой Отечественной войне. Победит она или разношёрстный сброд разрушителей — это определит судьбу страны.

Что спасало Россию в самые критические моменты её истории? Иногда — мудрость её руководителей, и всегда — стойкость и мужество русского народа. Так было и в Великую Отечественную войну, так было и конце1990‑х, когда власть расписалась в своём бессилии. СССР не стало, а Россия осталась. Дурман большевистской идеологии развеялся, а православие как было, так и осталось. Как утренний туман исчезли «дружба народов», «интернационализм» и множество других фикций, созданных большевиками. А русские остались. Никому Россия так не нужна, как русским. Так значит они и должны быть главными и при этом равными всем остальным. Русские — единственный народ, отождествляющий себя со всем пространством России и считающий себя за неё ответственным. Россия может существовать без любого народа, населяющего её. Единственное исключение — русские.

Реальность такова, что будущее России есть производное от состояния русской части российского общества. В России идеология должна быть наднациональной, но позвоночником естественной иерархии должны быть и могут быть только русские. Доминантой естественно построенных иерархий должна быть русскость, ни в коем случае не интернационализм, ни «дружба народов». Только русское может быть цивилизационным позвоночником такой системы, как Россия. Роль административного деления по национальному признаку должна быть в кратчайшее время сведена к нулю: с какой лёгкостью всё рассыпалась, когда страна состояла из как бы равных республик. Не должно быть никаких национальных республик: только края, области, районы.

Найдутся такие, кто будут упрекать и осуждать автора чуть ли не за «раздувание межнациональной розни», но почему тогда в интернете после начала спецоперации появилось в таком количестве: «Мне стыдно за то, что я русский»? В правильно устроенной России этой стыдливости просто не должно быть видно на фоне признаний: «Я горжусь тем, что я русский!» Да что не видно, сделать такое заявление должно быть по-настоящему страшно. Или даже подумать об этом. Вот тогда за будущее России мы можем не опасаться. Надежда России на глубинные экзистенциальные качества русских: их масштабность и созидательность. Их не хапать и жить чужим трудом тянет, а созидать, но не по мелочам, а сразу что-нибудь необычайно крупное. Своего рода пародией на удовлетворение этого скрытого в глубине души желания было строительство грандиозных стадионов и объектов для олимпиад и мировых чемпионатов.

Возможность повторной «сборки» в немалой степени зависит от того, существует ли в народном сознании опора на великую идею. «Без идеи ни человек, ни нация существовать не могут», (Достоевский). Человек — может, и таких много, нация — нет. Большая система, чтобы остаться быть, должна породить идеи, которые будут её направлять и скреплять. Корабль, не знающий пункта своего назначения, никогда туда не приплывёт. Тот, у кого нет высокого ориентира, никогда не окажется на должной высоте. Этот высокий ориентир должен быть сформулирован в национальной идее.

Предложение о национальной идее было сформулировано в статье, написанной автором в 2007 году [45]. По глубокому убеждению автора ею может быть только идея, призванная реализовать один из фундаментальных векторов деятельности — созидательный. Все другие возможные варианты опровергнуты историей. Но никаких признаков её обсуждения или хотя бы знакомства с ней заинтересованных лиц автору встретить не довелось. Это тем более странно потому, что среди старшего поколения есть те, кто помнит, как эта идея работала при сталинизме. Тогда после страшнейших разрушений Второй мировой войны страна была восстановлена менее, чем за десять лет! А мы первыми в мире вышли в Космос. Это совершенно уникальный в истории феномен соединения рабства и энтузиазма. Оказывается, это возможно, если суметь найти баланс между величием Вождя и экзистенциально укоренённым патриотизмом народа. Тогда трудовой энтузиазм воспевался во множестве повестей и романов, снимался в кинофильмах про сталеваров, монтажников-высотников, кубанских казаков. Сегодня они интересны лишь исследователям искусства эпохи тоталитаризма, но один из фильмов, как представляется автору, достоин особого внимания. Это «Весна» Г. Александрова, вышедшая на экраны в 1947 году. Трудно назвать в истории кинематографа более своевременный фильм, снятый в мирное время. Страна лежала в руинах, а на зрителя с экрана лился поток ликующего и весьма правдоподобного энтузиазма. Конечно, сегодня Любовь Орлова в роли директора Института Солнца смотрится не очень убедительно, но не надо забывать, что тогда она была после Великого вождя чуть ли не второй по величине звездой в стране, и обладала в глазах кинозрителей огромным обаянием. Но зато обилие красивых девушек с ликующими лицами и тогда воодушевляло необычайно, и сегодня смотрится убедительно. И ты понимаешь, мы — победители! Стоит колонне девушек в белоснежных платьях с сияющими глазами пройти по улицам Москвы — и всё построено! Сейчас почти невозможно представить, какое действие тогда производил этот талантливый фильм-фикция, самым большим достижением которого явилось создание образного языка для передачи духа созидания. Причём за пятьдесят лет до предложения созидания в качестве национальной идеи. Режиссёр и исполнительница главной роли получили Сталинские премии и высшие награды Венецианского кинофестиваля. Автор не рассчитывает на какие-либо премии или награды, он учёный, а честные научные идеи кажутся людям, далёким от науки чем-то скучным. Но посмотрите этот фильм, возможно тогда вы поймёте, насколько удачна идея созидания в качестве национальной.

Сегодня только идея созидания может сработать. Все остальные идеи не оправдали надежд человечества. Последнее предложение В. Путина на роль национальной идеи — патриотизм. Но при таком расколе общества эта идея не будет работать. Кто у нас будет патриотами, Абрамович, Прохоров или 40 % населения, находящиеся за чертой бедности? О каком патриотизме можно говорить, если имущество нашего истеблишмента давно за рубежом. Ни его пример, ни телевидение из граждан России патриотов не сделает. Скорее лузеров и дауншифтеров. И у этих «лузеров» непростая задача: им надо быть патриотами в стране, где у цвета администрирования и предпринимательства недвижимость за границей, там же учатся их дети и внуки — уже готовые патриоты