Служители Зла - Степан Ставрогин

В течение недели он на пустом месте создал целый Институт нетрадиционных форм экономики, сколотив мощное научное ядро из ведущих политиков, экономистов, психологов. В него влились целые отделы из МВД и ФСБ со своими лучшими специалистами, базами данных, штатом следователей и осведомителей, силовыми структурами и архивами. Институт и его филиалы во всех региональных центрах обслуживал специально запущенный спутник. Компьютерный центр института был оборудован по образцу НАСА.

Спустя еще неделю профессор понял, что он в силах в течение суток полностью истребить преступность в стране. Тем более что преступность не очень-то и скрывалась. Компьютер без труда проводил анализ преступлений, совершенных в различных точках страны, сопоставлял их «почерк» с личностями как сидящих в тюрьмах, так и вышедших на свободу уголовников, и практически безошибочно указывал на виновных в ограблении сберкассы или магазина. В считанные дни были установлены лица, контролировавшие всю отечественную преступность. С ними были начаты переговоры с предложением отчитаться о своих доходах.

Ответственным за безопасность переговоров был назначен руководитель спецотряда «Сокол» генерал Журбин Аркадий Андреевич. Затем по стране прокатилась волна аварий, самоубийств и убийств уголовных авторитетов.

Ребята, коронованные вместо погибших, оказались гораздо понятливее старших своих предшественников.

– Ты чего, мужик, мы же всегда были ворами в законе, – говорил Журбину младший брат погибшего Мишки Косого, Сашка Кривой.

Разговор состоялся на похоронах покойного авторитета на Новодевичьем кладбище. Провожать экс-бандита явился весь преступный мир страны на «кадиллаках» и «линкольнах». Вначале усопшего хотели похоронить рядом с Высоцким, затем кто-то предложил переложить Хрущева, а на его место упокоить Мишку, но положение спас директор кладбища. По его приказу был срочно изготовлен надгробный камень с надписью: «Здесь будет покоиться прах вождя мирового пролетариата тов. В. И. Ленина» – и установлен в укромном уголке. Такое соседство урков вполне устроило.

– Мы же, блин, не против порядка. Мы всегда по закону делились. Просто закон про нас немного позабыл.

– Теперь вспомнил, – хмуро буркнул Журбин. – И смотри, чтобы не левачить мне. А то наш профессор тебя живо вычислит. А разговор у него короткий.

Не успел он еще и горсть земли бросить на могилу авторитета, убийство которого он самолично санкционировал, как слово «профессор» уже облетело все кладбище, тут же оказалось за его пределами и полетело по «малинам» и зонам.

За голову профессора Кивилиани в тот же вечер была установлена награда: сто тысяч долларов. Но и профессор за донесение о готовящемся покушении пообещал заплатить пятьдесят тысяч. Новая волна таинственных катастроф и убийств была уже гораздо слабее. Преступный мир в большинстве своем покорился новой власти. В конце концов «вор в законе» означает то же самое, что и «узаконенный вор».

Так в кратчайшие сроки профессор Кивилиани стал одним из крестных отцов отечественной мафии. Жажда власти сызмальства пожирала его, в юношеских мечтах профессор видел себя то президентом, то командующим армиями, то диктатором. И что тут странного? Разве его земляк, сын сапожника, с трудом говоривший по-русски, не стал величайшим мировым диктатором? Разве сейчас бывшими союзными республиками не правили бывшие воротилы теневой экономики? И чем он хуже них? Напротив, гораздо лучше, и грамотнее, и образованнее, и без судимостей. Он коллекционирует предметы антиквариата, любит оперу, публикуется в ведущих экономических журналах мира…

Итак, судьба предложила ему стать королем всего преступного мира страны. Но осуществить подобные планы было очень нелегко. У Кивилиани оставалась масса соперников, не уступающих ему ни в хитрости, ни в хладнокровии, ни в беспардонности.

Среди них особо выделялись Валико Савадзе, контролирующий весь юг страны, Авессалом Безводный, по прозвищу Батя, глава всего уральского региона, и, конечно, великий Дато Чичвария, живая легенда, под контролем которого находились банки, промышленные концерны и целые города. Кроме того, он являлся одним из заправил в политических кругах.

Лишь Чичвария мог приказывать Валико и Бате. Профессора Кивилиани он считал наглым выскочкой и игнорировал его. Но Дато было уже за семьдесят. После очередного неудачного покушения у него отказали ноги, он передвигался только в кресле на колесах. Жил Чичвария в противоатомном бункере в пригороде Петербурга. Оттуда он и контролировал железной рукой свою обширную империю.

Все эти люди были врагами профессора Кивилиани. В сражениях с ними следовало быть осторожным. На днях президент устами своего вице-премьера попенял ему на то, что имеется утечка информации, что в народе открыто говорят, что, дескать, правительство слилось с оргпреступностью.

– Вы напрасно думаете, что мы будем снаряжать регулярную армию и флот на войну с вашими уголовниками, – попенял ему молодой реформатор. – Вашему институту дали обширные полномочия, вот и справляйтесь с ними своими силами. Кстати, в прошлом месяце денежные поступления снизились на семнадцать процентов.

– А кто вас просил задерживать курьера из Колумбии? – возмутился Кивилиани. – Это же проверочный шар был. У них же контракт с Яшей Питерским был на две тонны кокаина в месяц…

– Мы не гарантировали, что позволим вам наводнить страну наркотиками.

– Я сто раз говорил, что все готовящиеся операции МВД должны быть у меня на столе, минимум за неделю…

– А они говорят, что вы их сдаете…

– А я вам говорю…

Словом, вскоре профессору пришлось рассчитывать только на собственные силы. Власть ясно дала ему понять, что, если доходы от работы института будут продолжать падать, его директору придется подумать об отставке. И мемуары ему написать, естественно, не позволят. Пришлось начать настоящую войну с недоимщиками. И война эта велась с переменным успехом. Выяснилось, что на местах давным-давно и с успехом осуществляют контроль за деятельностью мафии. И просто так отстранить от власти губернатора области, размером с две Франции, не мог даже президент, пусть даже о преступной деятельности местной главы трубит вся отечественная и западная пресса. Так, профессору только что пришлось смириться с поражением, когда Валико Савадзе вытеснил его из наркобизнеса в Приморье. Губернатор не сдал своего верного вассала. Профессор Кивилиани потерял несколько десятков верных людей, значительный капитал, но, что еще хуже, свое лицо и влияние, приобретенное с таким трудом.