Зеленый дельфин - Светлана Ягупова

— Откуда ты это взяла? — губы Дитри подрагивали.

— Как? У ваших близнецов, Рауль, нет разума? Вот это сенсация!

Дитри бросил на жену испепеляющий взгляд.

— Кому вы поверили?! — вскричал он. — Или пресса вам уже не авторитет? Моя жена за время болезни Чарли так переутомилась, что может выдать и не такую чепуху.

— Не слушайте его, я говорю чистую правду, — миссис Эла промокнула глаза платком. — Но, Прайс, если вы, — с гневом сказала она, — будете распускать сплетни о нашей семье, мы подадим на вас в суд.

— И возьмете в адвокаты Кракуса, — рассмеялся Прайс. — Нашего общего приятеля Кракуса, который первый подбросил мне мысль о том, что Альт ненастоящий. И даже уверял меня, будто имеет веские доказательства.

— Идите вон, — задыхаясь от возмущения, произнес Дитри. — И чтобы ноги вашей не было в моем доме!

Прайс растерянно заморгал, втянул голову в плечи и вышмыгнул за дверь.

— Мои глупые малыши, — миссис Эла притянула близнецов к себе. Но Чарли вырвался из ее рук.

— Вы врете, без конца врете, — злобно зашипел он. — Я теперь никому не верю!

— Ах так, — глаза Дитри сузились, — где мой ремень?!. Ты сейчас поверишь! Поверишь!

— Рауль, — миссис Эла бросилась к мужу, — ты не посмеешь… Он болен… Это опасно…

Оттолкнув ее, Дитри схватил Чарли, опрокинул на постель, и ремень с чеканной пряжкой деловито прошелся по спине мальчика. Альт подскочил к отцу, визжа, повис на руке, но Дитри стряхнул его, как букашку, и несколько раз стеганул Чарли ремнем, приговаривая: —Ты поверишь, поверишь, поверишь!

Вот наконец ремень хлестанул последний раз. Миссис Эла почти без чувств упала на кровать рядом со стонущим сыном. Дитри шагнул к двери и чуть было не споткнулся об Альта. Мальчик, скорчившись, лежал на полу. Сквозь прозрачную майку на его спине четко проступали розовые полосы – будто ремнем отстегали не только Чарли, но и его.

— Что за чушь, — пробормотал Дитри. Бросился к Чарли: у того на спине были точно такие же полосы. — Впрочем, все ясно, — вздохнул он. — Недаром же родились минута в минуту… — Он уложил Альта на кровать и выскочил из детской.

Миссис Эла встала, медленно вышла вслед за мужем. Вернулась с сердечными каплями и влажным полотенцем для Чарли. Потом занялась Альтом, время от времени ахая над его вздувшимися полосами на спине – точь-в-точь такими же, как у Чарли.

Когда она ушла, мальчики некоторое время лежали молча, прислушиваясь к дыханию друг друга. Но вот Чарли встал, подошел к Альту.

— Ты – это я, а я – это ты? — задумчиво сказал он, рассматривая его спину. И недоверчиво рассмеялся: — Но ведь не может быть!

— Почему?! — чуть не плача, воскликнул Альт.

— Не может, и все, — упрямо повторил Чарли и напомнил: — Надеюсь, ты все-таки позовешь Тэйку?

— Может, тебе привести циркового слона? — рассердился Альт. Он бы позвал Тэйку, но опасался, что она напомнит брату о предательстве.

— К чертям слона! Пусть придет Тэйка, — сказал сквозь зубы Чарли и скривился от боли.

— Тебе нельзя волноваться. Выпей еще свои капли. — Альт подал ему мензурку с лекарством.

Чарли швырнул мензурку в ящик сонографа.

Отсутствие тетушки Кнэп было так некстати, что супругам Дитри пришлось взять новую прислугу. Но когда в доме появилась хмурая и долговязая, с ярко крашенными буклями служанка, Альт забился в угол детской и не выходил оттуда целый день. Чарли же преспокойно уплетал за обоих и завтрак, и обед, и ужин. Однако на следующий день тоже заупрямился. Обеспокоенная миссис Эла вынуждена была уволить прислугу и сама заняться хозяйством. А Чарли все капризничал, требуя, чтобы позвали Тэйку.

Через несколько дней Тэйка пришла сама. Робко тренькнул звонок, и Альт помчался к калитке. Что-то похожее на радость мелькнуло в глазах Чарли, но тут же погасло.

Они прошли в глубь сада, к качелям. Их купили совсем недавно, чтобы как-то развлечь Чарли – ему сейчас нельзя было играть в бадминтон, прыгать, бегать. Но качели он почему-то невзлюбил, и на них, пристроившись с книжкой, часами качался Альт, хотя его порой очень тянуло сразиться с кем-нибудь на рапирах, побегать наперегонки или залезть на дерево. Все же он каждый раз сдерживал себя, вспоминая, с какой завистью и обидой Чарли следил за его играми.

Теперь же Чарли хмуро наблюдал за Альтом и Тэйкой из беседки.

На девочке было красное платьице в белый горошек – не предписанное ни одним образцом. Распущенные по плечам волосы взлетали в такт качелям и мягко опускались на спину. Это раздражало Чарли.

— Эй, растрепа! — наконец не выдержал он. Тэйка обернулась.

— Злючка, — рассмеялась она. — Какой же ты злючка!

— Не надо, — остановил ее Альт.

Чарли не мог слышать их беседу, и все же Тэйка старалась не говорить о главном.

— Вчера встретила Зилду, — как ни в чем не бывало рассказывала она. — Спрашиваю: «Где же твоя подружка?» А она усмехается: «Это которая? Нет у меня подружки. Теперь в классе никто не дружит. Все это выдумка Альта и Чарли. Дружбы никакой нет и не было в помине. Все построено на легких, ни к чему не обязывающих отношениях. А еще на выгоде: я тебе – ты мне».

— Это из-за нас. — Альт помрачнел.

— Знаешь, вот смотрю я и не верю своим глазам: до чего вы с Чарли стали разными, будто и не близнецы вовсе. Он ужасно растолстел. От счастья, что ли?

— От сердца, — грустно сказал Альт.

— Действие пилюль должно вот-вот кончиться. Если, конечно, ему не дали новой порции.

— Скорей всего он проглотил еще несколько штук.

— Мне хочется пить! — капризно крикнул из беседки Чарли: — Сбегай за фрутти, Альт! Мигом!

Качели замерли. Послышался новый окрик:

— Тэйка, ко мне!

Альт убежал. Девочка нехотя присела на краешек скамейки, где сидел Чарли, и вопросительно заглянула ему в лицо:

— Ну?

Чарли нагнулся, пошарил под скамейкой. Достал из тайника книгу в старинном переплете. Раскрыл. Корешок чуть слышно скрипнул, словно дверь в потайной ход. Стал листать страницы. Наконец нашел. Это была самая яркая иллюстрация: из прозрачной, пронзительно синей толщи моря Отважный Шкипер доставал гигантские розовые раковины. Они ослепительно вспыхивали под лучами солнца, и стоявшие рядом матросы весело хмурились.

— Вот. — Чарли ткнул пальцем в Шкипера. — Это он. Я видел этого человека. Это Отважный Шкипер, который знает, что такое море. Он сейчас за решеткой и снится мне каждую ночь.

— А Пипл тебе ни разу не снился? — усмехнулась Тэйка.

— Дура! — Чарли вспыхнул, затолкал книгу в тайник и, поджав губы, отвернулся.

— Виноваты, конечно, пилюли, а не ты, и все же… — Тэйка запнулась.

Чарли молча шаркал сандалией по асфальту и вдруг взорвался.

— Ваш Пипл! Ваша тетушка Кнэп! — чуть не плача крикнул он и вынул из того же тайника газету. — Вот, полюбуйся! — Он развернул газету и сунул Тэйке в лицо. Она испуганно отстранилась. Потому что хорошо знала, что там. Знала и скрывала от мальчиков.

— Спрячь, — прошептала девочка, заслышав шаги Альта. Но Чарли, к ее удивлению, и сам поспешил запихнуть газету под скамейку. Однако Альт уже стоял рядом.

— Я прятал от вас, вы – от меня? — догадался он в чем дело.

— Ты знал? — опешил Чарли.

— Конечно. Раньше тебя. Впопыхах сунул в обувной ящик и не заметил, как ты ее стащил. Но неужели ты веришь, что тетушку Кнэп и Пипла можно купить?

— Ха! Какой же ты простак! — хохотнул Чарли. — В Сондарии всё покупается и всё продается! Впрочем, завтра увидим. Мы обязательно пойдем на это замечательное зрелище и порадуемся, как наша любимая тетушка и уважаемый клоун будут при всем народе смеяться над Отважным Шкипером.

В давние времена сказали бы, что в этом зале негде яблоку упасть, что здесь людей – как семечек в арбузе или сельдей в бочке.

Билетов было продано почти вдвое больше – зрители сидели вплотную, на подставных стульях в проходах и даже на полу у самой арены. И вся эта многоликая масса колыхалась, гудела, вздыхала, ерзала в нетерпении, ибо афиши обещали нечто невиданное:

ВПЕРВЫЕ НА АРЕНЕ – КАЗНЬ СМЕХОМ. КЛОУН ПИПЛ И ЭЛЬЗА КНЭП С ОБЕЗЬЯНОЙ ЖУЖЕЙ – ПАЛАЧИ ВОСКРЕШЕННЫХ ГЕРОЕВ ЗАПРЕТНЫХ КНИГ. РЕЖИССЕР ПРЕДСТАВЛЕНИЯ – ЕГО УМНЕЙШЕСТВО УМНОЛИКИЙ VII. ЗВЕЗДОЧЁТАМ И СИНЕГЛАЗЫМ ВХОД ВОСПРЕЩЕН.

Места мальчикам и Тэйке достались в третьем ярусе. Как только они заняли их, в первом ярусе появилась мисс Жэфи с Лари Бакет, Джойсом, Зилдой и Гердой. Лари вертела по сторонам головой и вскоре заметила близнецов. Рот ее растянулся в улыбке.

— Привет, мальчики, — крикнула она, перекрывая многоголосицу зала. — Эльза Кнэп – ваша служанка? — Глаза Лари сверкнули восторгом.

Близнецы, словно сговорившись, отвернулись. Острый стыд обжег щеки. Они взглянули друг на друга. И тут Альт с трепетом ощутил, что между ним и братом впервые за долгое время пробежала искра понимания: с какой стати конфузиться от слов этой пустышки Лари?