Торговая МИФтерия - Джоди Най

– Очень мило, – заметила Эскина.

– А чего оно делает? – спросил Корреш.

– Я… – Маша запнулась. – Ой, знаете, я забыла спросить! Он так восхитительно выглядел на руке, что я совсем забыла задать вопрос о его функциях.

Черное облако вдруг заклубилось у нас вокруг ног, затем поднялось вверх и присоединилось к нашей компании. Мне совсем не понравилось подобное вмешательство, и потому я локтем поддал высокого незнакомца в ребро.

– Ой! – вскрикнула Эскина. – Он меня ударил!

– Извини, детка, это я нечаянно, – извинился я.

Только тогда я понял свою ошибку: пришелец был фантомом, почти нематериальным обитателем Фанты, загадочного и прекрасного измерения, в которое я однажды залетал. Следует признаться, однако, что это далеко не самое приятное место, так как все тамошние женщины могли прикасаться ко мне, а я не мог ответить им тем же, а они все были высокие, чувственные и экзотичные.

Таким же был и длинный парень, появившийся среди нас. По крайней мере таковым он себя, по-видимому, считал. Он ухватился за Машину руку и начал скользить по ней вверх от самых кончиков пальцев.

– Эй, поосторожнее! Драгоценности! – воскликнула она. – И я только что покрыла лаком… О-о-о!.. М-м-м!

На лице Маши появилась широкая, идиотская улыбка. И все-таки у нее хватило сил и ума вырвать руку из объятий фантома.

– Эй, дружище, мы ведь даже не представлены.

– Я творец твоих самых смелых фантазий, детка, – прошептал фантом. – Мне нравятся женщины… э-э… материальные.

Он оглядел ее с ног до головы, и по его черным как ночь глубоко посаженным глазам было ясно, что увиденное ему очень понравилось.

– Итак, что же ты скажешь, детка? – спросил фантом, подходя к спине Маши так близко, что его черные одежды коснулись ее розовых джиннсов. – Мы можем снять номер и повесить на дверях большую табличку «Не входить!».

Маша резко повернулась, отчего фантом чуть не упал.

– Господи! – захихикала она. – Будь мой муженек здесь, ты бы не посмел обращаться ко мне с такими предложениями.

Фантом улыбнулся страшноватой замогильной улыбкой, его впавшие глаза засверкали белым бледным светом.

– О? И что бы сделал ваш муж, если бы он был здесь?

Маша лукаво подмигнула.

– Он бы стоял рядом и смотрел, как мы с вами натираем пол. Если вы не понимаете намеков, то я должна вам сказать прямо: выметайтесь отсюда!

– Мне нравятся смелые женщины! – страшновато расхохотался фантом и еще раз попытался обнять Машу за талию.

Корреш пошел с одной стороны, Парваттани – с другой. Я легким движением оттолкнул их.

– Подождите. Пусть она вначале немного повеселится.

Урок хороших манер был краток, но впечатляющ. Парень рассчитывал на то, что благодаря своей нематериальности он сможет увернуться от любых ударов, но Маша извлекла одну из своих вещичек и ткнула ей ему в лицо. Я видел этот сверкающий зеленый камень и раньше. Маша говорила мне, что использует его специально для случаев общения с фантомами: обычное стекло в золотом корпусе. На фантома камень не произвел ни малейшего впечатления. Он продолжал стоять так же, как и стоял, лишь слегка отвернулся в сторону. Маша развернулась и нанесла ему удар по физиономии. По застывшему выражению, которое сразу же появилось на этой физиономии перед тем, как он скорчился и упал, можно было с уверенностью сказать: фантом был абсолютно уверен, что кулак Маши пройдет насквозь.

Маша стояла над распростертым телом и трясла рукой, чтобы восстановить нормальное кровообращение.

– Я постоянно забываю совет матери не бить костью по кости.

– Неплохо, неплохо, Маша, – аплодировал ей Корреш. – Моя маленькая сестренка не смогла бы охладить мужика быстрее.

– Спасибо, Огромный и Косматый, – сказала Маша, наклоняясь над своим неудавшимся ухажером. – Я с большим уважением отношусь к таланту Тананды, поэтому…

Она осеклась, и у нее на лице появилось растерянное выражение. На какое-то мгновение показалось, что призрак схватил ее за ногу. Но, взглянув на пол, я обнаружил, что парень полностью отключился.

– А ты в порядке? – спросил я Машу.

– В полном, – заверила она нас. – Просто я немного замечталась.

– Ой-и-ив! – выдохнул Майно, готовясь к проникновению в «Непроизносимое», гигантский универмаг, торговавший немыслимым разнообразием нижнего белья и располагавшийся в коридоре «Ж».

– Что такое? – спросила Оив. Она находилась немного выше на стропилах, в обличье тролля, заросшего черной шерстью. Оив стояла, упершись ногами в балку, приготовившись в любой момент вытащить Майно, повисшего на канате.

– Я тебя не звал, – ответил он. – Я просто… просто глянул вниз.

– Не смотри туда, – напомнила ему Оив. – Если будешь смотреть вниз, то сорвешься и упадешь на пол и твои внутренности размажутся по всему коридору!

Майно судорожно сглотнул.

– Я не стану этого делать! – завизжал он. – Пассажные крысы не обязаны заниматься ничем подобным. Что с нами творит Раттила?!

– Ему кажется, что подобные вещи доставляют ему больший кайф, чем украденные товары. Ну не безумие ли так думать?! – Глаза Оив расширились. – Возможно, одна из тех личностей, которые мы ему добыли, сводит его с ума.

Майно поспешно приложил палец к губам.

– Замолчи! Он же может тебя услышать! – Он потянул за веревку. – Может быть, мы сумеем выполнить задание каким-то другим способом?

– Мечтай-мечтай, красавчик, – откликнулась Оив. – Ну давай, представь, что спускаешься в гигантскую кастрюлю с чем-то очень вкусненьким. У тебя бездонные карманы. Набей же их деликатесами до отказа.

Майно закрыл глаза, и на его пентюховском лице появилась блаженная улыбка.

– С'est marveilleuse.[3] Хорошо, я пошел.

Оказалось, что фантом является первым членом недавно основанного «Клуба тайных поклонников Маши». У меня появилась было мысль разбиться на пары: Маша должна была отправиться на патрулирование с Парваттани, Корреш – с Эскиной, а я бы возобновил свое знакомство… ну, то есть занялся бы обходами Пассажа с Сибоной. Но теперь мне не хотелось оставлять Машу, так сказать, «неприкрытой». Казалось, что изо всех роскошно украшенных дверей Пассажа выходят особи мужского пола, представляющие все пространства и измерения, и жадно пялятся, улыбаются и кланяются Маше.

Владелец «Вулкана» Римбальди появился на пороге своего заведения, поклонился ей и послал воздушный поцелуй. Маша захихикала как школьница. Я удивленно и строго взглянул на нее.

– Так редко случается теперь, что кто-то по-настоящему оценивает мою фигуру, – вздохнула она. – Мне ведь по-настоящему посчастливилось, что я нашла Хью.

– Счастливчик он, а не ты, – возразил я. – Не стоит себя недооценивать.

Внезапно Парваттани запрыгал так, словно кто-то запустил ему в штаны живую рыбу. Затем вытащил из кармана свой шар.

– Туда! – крикнул он, указывая в сторону коридора, расположенного слева от нас. Его глаза блестели от волнения. – Код «С»!

– «С»? – переспросил я, не понимая.

– Скив. Кто-то в очередной раз столкнулся с вашим другом. Точнее, с самозванцем, выступающим в обличье вашего друга. Он висит на канате над магазином нижнего белья.

– Превосходно! – провозгласил я, хлопнув в ладоши. – На сей раз я добьюсь, чтобы парень наложил в штаны!

Он висел на канате и пел какую-то глупую песенку.

– Что он такое распевает? Хрень какая-то! – воскликнула Маша, когда мы прибыли к универмагу.

– Ты, наверное, забыла, что перед тобой не Скив, – прошипел я сквозь зубы, – и я собираюсь уничтожить его.

Долговязая фигура псевдопентюха раскачивалась на канате, которым его тело было обвязано где-то на уровне пояса. Он висел горизонтально, поэтому создавалось впечатление, что он парит в воздухе. Вокруг собралась громадная толпа. Все глазели, показывали пальцами и хихикали, глядя на пентюха, повисшего перед фасадом универмага. Парочка туристов уже делала снимки.

– Думаю, он делает это без особых усилий, – заметил я. – Глаза-то у него закрыты.

Парваттани поднес свой шар ко рту и начал отдавать в него приказы:

– Вся охрана, внимание!

– Постойте! – попыталась помешать ему Эскина. – Если он вас услышит, то снова исчезнет.

Парваттани нахмурился, однако понизил голос до шепота:

– Всей охране, находящейся на территории сектора «Ж», немедленно собраться у универмага «Непроизносимое». Повторяю, у универмага «Непроизносимое». Помогите очистить территорию.

Я не собирался дожидаться прибытия кавалерии. Я готовился решить свою проблему самостоятельно.

– Маша, у тебя есть что-нибудь, чем это можно было бы перерезать?

– Ну конечно, Большой и Мудрый! – ответила она, проплывая у меня над головой.

Я дал знак Коррешу и Эскине расположиться с противоположной стороны розовой двери. Название «НЕПРОИЗНОСИМОЕ» на входе в универмаг было составлено из светлячков, которые должны были зажигаться поочередно. Но, по всей вероятности, они были смущены присутствием незнакомца, раскачивающегося на канате перед ними. И потому вспыхивали в самых неожиданных сочетаниях. Вначале засветилось «НЕ», все остальные буквы не горели. Затем вспыхнуло сочетание «ИЗНОС». Затем после долгой паузы «ИМ» и «ПРО…СИМОЕ».