Торговая МИФтерия - Джоди Най

Карточка Скива была в стопке третья от конца. И мне не понадобилось всматриваться в потрясенные физиономии друзей, чтобы понять, что я до нее наконец добрался. Я услышал его внутренний голос, клочок разговора с самим собой, возможно, в тот момент, когда карточка была похищена или скопирована.

Ух ты! Вот это девчонка! Она действительно вампир! Аазу не понравилось бы. Он на самом деле очень расстроился, когда обнаружил Блут за нашей палаткой. Но иногда он начинает нервничать без всякого повода. Они ведь вовсе не такие уж и плохие. И я почти уверен, что Кассандре я по-настоящему нравлюсь. Я думаю, что произвел на нее впечатление. Иногда мне кажется, что я обычный проходимец, которого все принимают за большую шишку.

Я отодвинул карточку от себя. Кроме приведенного выше внутреннего монолога, я услышал и почувствовал значительно больше того, что мне хотелось бы знать о переживаниях моего бывшего партнера. Было такое ощущение, словно я совершил проникновение со взломом в самые сокровенные уголки его личности.

– Уничтожьте ее! – прохрипел я. – Немедленно!

– Ты прав, Ааз, – поддержал меня Корреш. Он разломал голубой пластиковый прямоугольник сначала на две половинки, потом на четыре кусочка, а затем на восемь.

– Ачто делать с этими? – спросила Маша, протягивая мне остальные.

– Минутку! – рявкнул я. Ко мне вернулось мое обычное спокойствие духа и я сумел «обработать» еще две карточки: беса и гнома.

– Спасибо, спасибо, Ааз! – заулыбался Моа. – Вы оказали нам неоценимую услугу. Мы понимаем, что у вас больше нет причин помогать нам, но мы все равно вам весьма, весьма благодарны.

– Не за что, – пробурчал я. – А что вы собираетесь делать с Пушистиком?

И я показал пальцем на пассажную крысу, скованную цепями из молний.

– Мы его посадим в темницу. Судя по тому, что вам удалось установить, мы сможем предъявить ему обвинения по целому ряду краж.

– Ну что ж, прекрасно. – Я с удовлетворением отряхнул руки и повернулся к Маше и Коррешу. – Мы можем отправляться домой.

– Но на свободе остаются многие другие члены этой банды! – запротестовал Вуфл. – Вы что, не хотите помочь нам решить проблему до конца?

Я отрицательно покачал головой.

– Нет! Я объяснил вам свои условия в самом начале нашего с вами сотрудничества. Нам удалось серьезным образом подорвать силы бандитов. Мы отрезали Раттиле доступ к множеству его жертв. Кроме того, вы сможете получить много полезной информации от пойманного нами подонка. Если не справитесь, могу поспорить, что у Эскины уже есть целый ряд идей.

Следователь из Ратиславии продемонстрировала свои острые маленькие зубки.

– Конечно, есть, – сказала она, улыбаясь. – Вы хотите, чтобы я начала прямо сейчас?

И она проследовала по направлению к крысенышу. Тот съежился и отскочил от Эскины, насколько ему позволяли сковывавшие его путы.

– Пожалуйста, мсье, не подпускайте ее ко мне! Она бешеная!

– Тебе придется пойти на сотрудничество с этим парнем, – сказал я, указывая на Моа, – и тогда он позаботится, чтобы она не растерзала тебя на мелкие кусочки.

– Я согласен, мсье, согласен!

– Превосходно, – сказал я в заключение и извлек из кармана свой И-Скакун. – Мы уходим. Моа, было очень приятно с вами познакомиться. Если когда-нибудь вам случится побывать на Базаре, заходите.

– Чудесно! – Моа пожал нам руки. – Вы все, вне всякого сомнения, заслуживаете свою славу. Ваш профессионализм произвел на меня громадное впечатление. Но прошу вас, останьтесь! По крайней мере еще на один день. Мы отметим нашу победу. Устроим вечеринку в вашу честь. Будем веселиться, танцевать, выпьем несколько бочек хорошего эля!

– От такого предложения отказаться не могу, – согласился я с улыбкой.

Маша и Корреш тоже не стали возражать.

Раттила вышагивал взад и вперед, в озлоблении разбрасывая коробки с новой обувью. Голый хвост лихорадочно мотался из стороны в сторону. Пассажные крысы, точнее, восемь оставшихся избранных, забились в угол, съежились и в ужасе прижались друг к другу.

– Один из нас арестован! – прокричал Раттила, наверное, уже в сотый раз.

– Мы пытались убежать, – захныкала Оив, – но извращенец слишком хитер.

– Не он хитер, а вы глупы! – заорал Раттила.

Он указал на нее пальцем, из кончика которого вылетела молния. Оив взглянула на обгоревший участок настила у себя под ногами и мгновенно лишилась чувств. Стрют и другие пассажные крысы отодвинулись еще дальше.

– Гм-м… это что-то новенькое, – пробормотал Раттила, глядя на свой палец. – Вот! Вот что такое настоящая сила! Теперь они нас не остановят! Я отниму у них все их таланты!

– Каким образом? – спросил Стрют. – Они ведь все узнали о наших карточках, Большой Сыр. Если они их все уничтожат, мы не сможем больше приносить тебе добычу.

– Отнимите у них их сущность! Пользуйтесь силами, которыми мы пока располагаем, до тех пор, пока от врагов не останется одна лишь оболочка. Они даже сами не понимают, что они сделали, – в полном неистовстве орал крысиный тиран, – но, естественно, это будет означать объявление самой настоящей войны!

– Пижон, – прошептал Вассуп Стрюту, – думаю, что мы создали чудовище.

Глава 13

Я приоткрыл глаз, и какой-то больной чудак вонзил в него двенадцатифутовую пылающую пику. Я со стоном упал навзничь. Спустя какое-то время шип у меня в глазу почти пропал. И только тогда я понял, что это был всего лишь лучик солнечного света, пробившийся сквозь завешанные шторы в моем гостиничном номере. Я никак не мог вспомнить, каким образом добрался до него прошедшей ночью. Правда, я мог только надеяться, что прошла всего одна ночь, узнать более точно у меня не было никакой возможности. Ну и вечеринка же у нас была! Чтобы отметить нашу победу, Моа не пожалел никаких средств. Постепенно я начал припоминать подробности прошедшего празднества: превосходный стол, реки самых лучших напитков, разнообразные развлечения, игра в драконий покер, которая шла чуть ли не до зари.

Я слышал, как в соседней комнате рычат от боли раненые драконы. И подумал было, что стоит выйти и защитить Машу и Корреша.

Из-за нестерпимой головной боли мне пришлось сделать целых три попытки, прежде чем я смог вылезти из-под шелкового покрывала. Как оказалось, спал я полностью одетым, что служило доказательством того, что до постели я дошел на собственных ногах, хотя даже в этом я не мог быть до конца уверенным.

Как только я добрался до гостиной в нашем номере люкс, я понял, что рычащие драконы – Маша и Корреш. Они вели соревнование по храпу, видимо, с целью установить, кому быстрее удастся звуком, исторгаемым из гортани, разбить стекла в окнах. Я нашел подобное состязание несколько чрезмерным и пошел их будить.

Эскина, спавшая во встроенном в стену алькове, лежала, свернувшись калачиком. Шум ее явно не разбудил, и я решил ее не трогать. В конце концов, торопиться ей некуда. Возможно, после нашего отъезда Моа и переведет ее в номер поменьше, но уж, конечно, теперь им придется обращаться с ней гораздо уважительнее, так как именно благодаря подсказке Эскины нам удалось поймать оборотня, представшего в образе Скива. Если Скиву повезет, он никогда не узнает о том, что происходило с его личностью. По крайней мере я ему об этом никогда не скажу.

Джинния, выполнявшая функции горничной, то и дело заглядывала в гостиную и, заметив меня, бесцеремонно протянула руку за чаевыми. Первой из своей комнаты вышла Маша.

– Кажется, я чую запах кофе?

Я уже сидел, склонившись над огромной, соответствующей моим размерам чашкой, и пододвинул Маше посудину примерно такой же величины. С помощью нужного заклинания она мгновенно наполнилась до краев. Маша схватила ее и одним глотком влила в себя половину горячей жидкости.

– Вот это была вечеринка так вечеринка! – провозгласила она. – У меня в голове все еще как будто кто-то танцует самбу.

– Такой головной боли, как нынче утром, у меня не было уже лет шестьдесят, – признался я. – Наверное, после того случая, как мы с друзьями хорошо погудели в одном баре рядом с ликероводочным заводом на Тулле. – Я помолчал, припоминая свои былые подвиги и сравнивая их с нынешними. – Никуда не денешься, надо признать, флиббериты умеют отмечать праздники.

– Аминь, – согласилась Маша.

В комнату ввалился Корреш.

– Кофе! – прохрипел он, и голос его был вполне достоин Большого Грызя – одной из его кличек.

После двух чашек глаза Корреша прояснились, и он смог вести с нами свою обычную интеллектуальную беседу.

– Перед отбытием нам нужно поблагодарить Моа, – заметил я и наконец смог с некоторым аппетитом взглянуть на розовые омлеты и зеленую ветчину на тарелках.

Маша кивнула.

– Неплохая идея. Кроме того, мне нужно приобрести какой-нибудь подарочек для Хью. Я обратила внимание на восхитительные шпаги в оружейной лавке. Там была одна потрясающая рапира с серебряным эфесом, которой он мог бы пользоваться для тренировок.