Затащи меня в Эдем - Дарья Калинина

Оставляя позади «Солнечный берег» и его обитателей, сыщицы задумались о том, куда им податься дальше.

– Позвони этой Людочке. Интересно, что девочка скажет о своем пузатом любовнике?

– Думаешь, это все-таки он?

– Не знаю. Но полицейский правильно заметил – Федосеев единственный наследник Гербарии. Что бы там ни было у них написано в брачном контракте, на завещание это никак не влияет. Если у Гербарии не окажется прямых наследников, кроме ее мужа, то про брачный контракт Федосеев может ведь у нотариуса и не упомянуть.

– И тогда все состояние Гербарии достанется ему!

– Совершенно верно. А мужик он прижимистый и рачительный, как я погляжу. Такой любую копейку к рукам приберет, не поленится и за мелкой мелочью нагнуться.

– Тем более что тут не мелочь, а квартира в центре города.

– В элитном доме.

– С консьержкой.

– И кое-какой капитал в банке. Гербария ведь содержала своих бедняков на свои деньги.

– И про сам Клоповник тоже нельзя забывать!

– Что?

– Клоповник принадлежал Гербарии. Она расселила прежних жильцов, целиком выкупила у них дом. Значит, по бумагам Клоповник тоже принадлежит ей.

– Ну, не знаю. Дом мне не понравился.

– Но там чисто, сделан ремонт. Сам дом находится на берегу озера. Гербария не брала со своих жильцов денег, но ведь можно поселить там других людей, которые будут платить за жилье. Дом можно превратить в частную гостиницу, отель, или его можно просто снести и на его месте выстроить современный особняк. Место-то какое! Весь берег застроен дорогими домами, один Клоповник этот глаза всем мозолит. Значит, он тоже стоит денег, и неплохих.

Да, наследовать за Гербарией было что. Можно было и поучаствовать в гонке за наследством. Особенно если предварительно убрать всех других фаворитов.

Подруги набрали номер Людочки и вслушались в длинные гудки.

– Не берет трубку… А! Вот, наконец-то! Добрый день, могу я поговорить с Людой? А? Что? Кто я? А вы кто?

Собеседник ответил Алене нечто такое, отчего та ощутимо побледнела, и ее рука, прижимающая к уху телефонную трубку, задрожала.

– Что там? Что? – дергала ее за кончик рукава Инга.

– Я перезвоню! – коротко произнесла Алена.

И уронив руку с зажатой в ней телефонной трубкой, повернулась к Инге.

– Знаешь, с кем я сейчас разговаривала?

– Нет.

– Я говорила с помощником следователя Попонкина.

– Перепутала номер телефона? – удивилась Инга.

– Нет. Я позвонила правильно.

– Тогда откуда у этого помощника следователя телефон Люды?

– А ты лучше скажи мне, ты хоть знаешь, кто такая Людочка, которой я сейчас звонила?

– Любовница Федосеева.

– И еще она дочь его супруги – Мила!

– Ой! – схватилась за голову Инга. – Так что же это получается… Людочка – это Мила?

– Да! Людочка, Людмила, Мила… Как же я сразу не подумала, что очень уж странно, когда имена падчерицы и любовницы звучат одинаково.

– Не переживай, – утешила подругу Инга. – Я ведь тоже ни о чем таком не подумала. Но каков Федосеев! Женился на матери и приударил за дочерью!

– Да нет… Похоже, Федосеев и сам не знал, с кем встречается.

– Или все-таки знал?

И подруги внимательно взглянули друг на друга.

– А что, если Федосеев отлично знал, кто такая Людочка, с которой у него роман? Что, если он был в курсе, что она – дочь его жены. И что, если он этот роман закрутил исключительно для того, чтобы подобраться к девушке?

– Подобраться?

– А как иначе это трактовать? Он хотел убить Милу, а потом и Гербарию, чтобы получить наследство своей жены!

Теперь личность Федосеева, прежде казавшаяся подругам подозрительной, стала выглядеть омерзительной.

– И деньги на дорогущую водку у него имеются. Неужели это он?

– Похоже.

– Вернемся и скажем полицейскому?

– Нет, мы поступим иначе.

И Алена вновь подняла телефонную трубку.

– Сейчас мы позвоним следователю Попонкину и расскажем, что тело Милы ее мать забрать из морга никак не сможет. Но зато в деле появились новые обстоятельства.

– И новые подозреваемые!

– Да, и это тоже. И еще в деле появился новый труп, который, похоже, стал таковым по тем же причинам, что и первый.

Но Попонкин новостям отнюдь не обрадовался:

– Когда произошло убийство, говорите? Сегодня после трех? Но вы хотя бы успели переговорить с Гербарией до того, как она скончалась? Нет? Черт возьми, это очень плохо!

– Но зато у вас два дела объединились в одно.

– Скажите лучше, на меня свалилось еще одно дело, – уныло произнес Попонкин. – Ладно, это не ваша вина, что мать девчонки тоже убили. Вы же ее не убивали?

– Нет, конечно!

– Ладно, я просто пошутил. Я согласен с вами, вполне возможно, что это дело рук отчима первой жертвы или кем он ей там приходился, я не знаю.

– Но теперь вы отпустите Игоря?

– Кого?

– Игоря – приятеля Милы! Вы же его сегодня утром задержали!

– Нет, я его не задерживал, – удивился Попонкин.

– Но как же? – тоже удивились подруги. – Нам звонила Полина – его мать.

– И что?

– Она сказала, что ей звонил Игорь, что его задержали. Мы думали, что парень у вас.

– У меня его нет.

– И не было?

– И не было!

Следователь не скрывал своего раздражения. И вместо прощания он посоветовал сыщицам:

– Звоните вашей Полине и сами выясняйте у нее, что там с ее Игорем. А меня по пустякам не отвлекайте.

И Попонкин бросил трубку.

Вот вам и вся благодарность добровольцам от официального следствия! Ни спасибо, ни до свидания.

Глава 11

Сильно обиженная таким отношением следователя к своей персоне, Алена повернулась к Инге.

– Теперь твой черед звонить, – в сердцах произнесла она. – Попонкин на меня чуть ли не наорал, послушаем, что скажет тебе Борис Степанович.

Инга не стала ломаться, она была уверена, что Борис Степанович при любых обстоятельствах будет разговаривать с ней вежливо. И не колеблясь, она набрала его номер телефона. А услышав его голос, быстро и вкратце пересказала ему события сегодняшнего дня.

– Значит, Гербария мертва? – произнес Борис Степанович каким-то странным голосом. – Как и Мила? Отравилась все той же водкой?

– Да. И мы подозреваем в убийстве нового мужа Гербарии. Этот Федосеев…

– Знаю его.

– Знаете?

– Прекрасно знаю эту помесь хорька и скунса.

– Точно! Верное описание.

– Но он не убийца, – сказал Борис Степанович. – Слишком труслив для этого.

– Но он встречался с Милой!

– Что?

– Да, похоже, это ради него она бросила пить, завязала с прежними своими знакомыми. Вообще изменилась, стала приличной и порядочной. Все ради него! Похоже, у них с Федосеевым все было очень серьезно.

– Невероятно, – пробормотал Борис Степанович, видимо, и впрямь пораженный услышанным. – Просто невероятно.

– Тем не менее это факт. У Федосеева был роман с Милой.

– Ах, если бы вы знали, как я жалею теперь, что сдержал данное Миле слово и не стал выяснять всю подноготную ее нового кавалера. Но меня обмануло то, что изменения с Милой произошли в лучшую сторону. Я боялся верить в то, что такое чудо вообще возможно, боялся, что неосторожным вмешательством все испорчу.

– И вы предпочли отпустить вожжи.

– Да. Как же я себя корю теперь за это! Ведь я чувствовал, что-то происходит! Подумать только, я мог бы предостеречь девочку… мог бы даже спасти ей жизнь!

– Не переживайте, – попросила его Инга. – Сделанного все равно уже не вернешь. Теперь мы должны поймать преступника и подумать о живых.

– Да, кстати о живых… Позвоните матери этого молодого человека – Игоря, уточните все же у нее, где он. Мне кажется странным, что ваш следователь твердит, будто не задерживал парня.

Подруги так и сделали. Они набрали номер Полины. И на сей раз она ответила им сразу же. Голос ее звучал устало и как-то уныло:

– Я сейчас на вокзале. Ближайший поезд в Великие Луки отходит только через час. А потом еще время в пути… Боюсь, что эту ночь Игорю придется провести в отделении.

– Ты едешь в Великие Луки? Но зачем?

– За Игорем.

– Но, но… Так его задержали в Великих Луках?

– Да. Прямо на вокзале. У Игоря не было при себе документов, и его задержали вплоть до выяснения его личности. Подумать только, какие стервецы! Уверена, они просто вымогали у него штраф!

– Значит, Игорь до сих пор находится в Великих Луках? Но ты же сказала, что его арестовали за убийство Милы.

– Сама так вначале подумала, – устало произнесла Полина. – Металась сегодня по всем отделениям города, пыталась найти Игорька. А он, оказывается, все это время был в Великих Луках. Звонок-то первый от Игоря был совсем короткий, я не расслышала, где сын находится. Только теперь, когда он позвонил мне во второй раз, я поняла, что он там. Вот еду теперь за ним, везу штраф и документы моего мальчика.

Алена задумалась.

– И до поезда тебе еще целый час?

– А что делать? Сама я за руль в таком состоянии не сяду. Мне вообще-то двигаться нельзя, а уж чтобы сесть за руль – об этом я даже не думаю. Моя нелегкая беременность плюс нервы… Тут и до аварии недалеко. А Натан водить машину не умеет.