На лыжне попаданец Ломаев (СИ) - Леккор Михаил

А что прикажите делать. Я только прапорщик, а он целый генерал-лейтенант!

— Обещали присвоить звание младшего лейтенанта, товарищ генерал-лейтенант! — бодро отрапортовал я.

— Ну и ты победил? — грозно спросил начальник штаба армии. Типа, мол, попробуй только скажи нет!

А мне что много надо? Тем более, два золота спартакиады у меня в кармане.

— Так точно, товарищ генерал-лейтенант, — согласился я, — победил и по стрельбе из автомата Калашникова и из армейского пистолета Макарова.

— И какой я должен сделать вывод? — продолжил допрос Кожевников.

А я знаю? Я ведь ни разу еще не был генералом. И вообще, это не честно, заставлять прапорщика приказывать генерал-лейтенанту. У нас что, снова Октябрьская революция?

— Не могу знать, товарищ генерал-лейтенант, — четко доложил я вышестоящему командиру.

— Не знает он, — проворчал он. Впрочем, вскоре сменил гнев на милость. Сам сказал то, что почему-то добивался от меня: — за прекрасное выполнение приказа вышестоящего командования присваиваю вам, прапорщик Ломаев, звание младшего лейтенанта.

— Служу… Советскому… Союзу! — чеканно сказал я и уже собирался уходить. Все-таки не такого я звания, чтобы навязываться начальнику штаба целой армии.

— Э-э, подожди, — похоже, несколько растерялся Кожевников, — молодой и прыткий, тебя ведь еще никто не отпускал. Куда тогда пошел?

Ха, действительно, товарищ Ломаев, куда пошел? Что-то у вас, дорогой мой, дисциплинка совсем хромает. Не хорошо, если не больше. Ты же теперь офицер Советской Армии!

— Виноват, товарищ генерал-лейтенант, — повинился я. Откровенно признался: — растерялся я, вот и начал чудить и метать икру.

— Тогда ладно, — смягчился Кожевников, один раз прощу, — сурово посмотрел на меня: — я почему спрашивал тебя про диплом. Наградили тебя, а есть такая неофициальная традиция — с дипломом идет внеочередное звание. Так что получай еще одно звание.

Он посмотрел на меня оценивающе. Но я ошибок больше не делал, стоял по-прежнему по стойке смирно. Ожидая, когда вышестоящий начальник сам отпустит меня.

Начальник штаба армии хитро усмехнулся:

— Стоишь? И правильно делаешь, еще не вечер!

Глава 15

— В общем-то все, официально я тебе звание дал, не официально тоже. Теперь я тебе ничего не должен с любой стороны, м-да.

Посмотрел на меня опять оценивающе. Хмыкнул:

— Правильно молча стоишь, не рыпаешься. Раз генерал говорит, значит, действие еще не завершилось.

Кожевников помолчал, задумчиво заговорил:

— Скажу только тебе. когда ты так триумфально завершил спартакиаду, а меньше я и не скажу, я получил из Москвы, от самого министра обороны СССР личную благодарность. Знаешь, что это такое для любого советского генерала?

Я уже хотел ответить, но он перебил:

— Нет, ты правильно не ответишь, просто не знаешь. генералом не был и, извини, никогда не будешь. Во всяком случае, в армейском понимании. Ты хоть и стал офицером Советской Армии уже, но все же больше остался спортсменом, просто армейским.

А благодарность министра обороны — это явное продвижение в военной карьере. И все благодаря тебе. поэтому вот тебе последнее мое спасибо — лейтенант Ломаев, ты становишься старшим лейтенантом. Тебе все понятно, спортсмен?

— Так точно, товарищ генерал-лейтенант, — по привычке отбарабанил я. Потом признался: — голова только кружится от такого стремительного движения. Потом, у меня же еще нет высшего образования, как-то не хорошо получается.

— Ничего, старлей, обычно это так, — обнадежил Кожевников, — а вот чем больше воинское звание, тем медленнее движение вверх. А на счет высшего образования, это ничего. Ты пойми, есть общий порядок, когда основная часть офицеров получает звание лейтенанта, а есть отдельным порядком, когда повышение идет из-за отличия. Так, Ломаев?

Все, я тебе больше я тебя на сегодня повысить не могу, погоны не забудь заменить и слышанное здесь болтать не спеши. Это, конечно, не сверхсекретные сведения, но некоторые неприятные акценты будут. Для всех официально — это награды за твои золотые медали на спартакиаде. Тем более, после диплома Министерства Обороны, подписанного самолично министром, это не будет вызывать никакие сомнения.

— Слушаюсь, товарищ генерал-лейтенант! — официально добавил и неофициально негромко добавил: — не беспокойтесь, Николай Валентинович, все будет, как вы сказали. И еще. Надо бы нам дополнительно спортивной формы и обуви под будущие напряденные задачи.

Сказал это на всякий случай. да и то ведь, напряженные физкультурные натяги, это не умственные напряжения, они обязательно приведут к усиленному износу одежды и обуви. И что потом? Надеюсь, опытный командир это понимает?

— Иди! — то ли отпустил к чертям, то ли, наоборот, благословил начальник штаба армии, — и зайди к майору Великанову, там появились новые очень актуальные дела. Я думаю, нам надо ставить не только за тебя, это понятно, но и на весь твой взвод. И спортсмены из него не окажутся тебе соперниками, кишка у них для этого слаба, к сожалению. А вот поддержать могут. Понял?

Все он чувствовал, сам уже работал в этом же направлении и поэтому лишь разрешил отправлятся к снабженцам для укрепления взвода. А тыловики, видимо, уже знали и были готовы. То есть, не то, что были расположены сразу отдать, разбежался, старший лейтенант (!), но необходимый запас уже имели.

А я между тем, думал уже и по проблемам ближе. Не фига ведь себе, комроты тоже приподнялся на мне? Впрочем, у Кожевникова я не стал разбираться, благополучно выскользнул из штаба. Уже на небольшом крылечке ощутил, как дрожат руки. Это ведь здорово, еще недавно весомой мечтой жизни было получение звания ефрейтора. Сержант оказался, как коммунистическое будущее, где-то есть, ты его как-то ощущаешь, но никогда не достигнешь.

А сегодня, за несколько секунд, ты от прапорщика шагнул до младшего лейтенанта, потом до лейтенанта, потом уже до старшего лейтенанта. И пусть это не рекорд, как например, от генерал-майора генерала армии в XXI веке кое-кто, а потом, наоборот, от полного генерала до генерал-майора, но мне и так хватит!

Теперь следующий шаг — получение погон, чтобы материализовать желание командования. Если вы думаете, что сразу после приказа вышестоящего штаба, какой-нибудь каптенармус в виде пожилого старшины легкими прыжками будет порхать вокруг вас с погонами, как положено, то наивный вы! Есть еще вариант, что с полным комплектом, но это уже дивна русская сказка, розовые сопли из современного фэнтези.

Мне еще предстоят тяжелые арьергардные бои со старшиной роты по этому поводу. Причем это он буде считать свое дело праведным, а меня, м-м, скажем так, погрязшим в личной жизни (это еще мягко сказано). И даже погоны можно будет выцарапать лишь после того, как к приказу штаба появится распоряжение командира спортроты, когда вслед за ним напечатаются различные ведомственные бумаги служб тыла.

Скажем дружно — на хрен нужно? Форму уже не купить, тут все остальные офицеры взбухнут. Им-то, особенно семейным, уже тогда было тяжело. А вот погоны я с легкостью могу купить в магазине местного военторга. Дешево, почти сразу… Да, если есть, конечно.

Прошел не спеша. Из командировки я уже вернулся, тамошние московские проблемы оказались в прошлом. А домой не вернулся, взвод со своими заботами еще далеко. Хорошо!

Пока я грыз в Москве гранит науки и отстреливался от мишеней на спартакиаде, в Вологду пришло лето. Северное, разумеется, но это ведь не крайний север, и здесь лето бывает жарким. И хотя день уже плавно переходит в вечер, это где-то около четырех часов, но мне быстро стало очень тепло. Залпом выпил стакан виноградного сока у точки уличной торговли, полегчало. Заодно купил, наконец, в магазине погоны старшего лейтенанта, они оказались в наличии.

К командиру спортроты капитан… отставить майору Великанову я, естественно, зайду. Генерал-лейтенант Кожевников приказал, начальник штаба армии ведь и, как я сегодня понял, но никому не скажу, где-то уже командующий 16 армии. То есть тут, в принципе, нельзя рассуждать, тут надо просто бежать и выполнять.