Лекции по юнговской типологии: Подчиненная функция. Чувствующая функция - Мария-Луиза Франц

Как процессу, чувству требуется время, больше времени, чем необходимо для восприятия. Подобно мышлению, оно должно рационально организовать впечатления и составить о них суждение; в отличие от мышления, это суждение принимает форму оценки. Чем более дифференцирован и богат набор оценок, тем медленнее может протекать чувственный процесс. (Подобное происходит и с мышлением: чем более дифференцирован мир идей, тем медленнее может протекать процесс оформления новой мысли). Составляя суждение об объекте, чувствующая функция подводит баланс оценок, сравнивает тона и качества, взвешивает его важность и, наконец, выносит решение об открытых ею ценностях. На более примитивном уровне чувствующая функция оперирует в основном реакциями: да — нет, нравится — не нравится, принять — отвергнуть. По мере ее развития у нас постепенно формируется более тонкое отношение к ценностям и даже к системам ценностей. При этом суждения нашей чувствующей функции начинают все в большей степени опираться на рациональную иерархию ценностей, независимо от того, относится ли это к сфере эстетического вкуса, этических ценностей, социальных форм или человеческих отношений. Хотя эти системы ценностей и суждения, основанные на них, не являются логическими, они рациональны. Развитая чувствующая функция — это разум сердца, не вполне понятный разуму ума.

Разница между логическим и рациональным по отношению к чувству, возможно, заслуживает более подробного описания. Хотя чувство не прибегает к силлогизмам, в его действиях есть и точность, и очевидная разумность. Например, можно обладать вкусом/который нельзя логически объяснить или проверить экспериментально, но который тем не менее отличается последовательностью и систематичностью. Способность правильно подойти к разрешению проблемы или разговору с человеком свидетельствует о рациональном выборе и регулировке необходимых действий. Но при этом эти действия могут не быть рассудочными. Человек говорит разным людям разные вещи в соответствии с ситуацией и тем, что собеседник хочет услышать. Ответы на вопросы могут оказаться неверными, некорректными, но с точки зрения чувства абсолютно правильными. Когда ребенок просит что-то объяснить ему, ответ может диктоваться или мышлением, или чувством; иногда успокаивающая выдумка может оказаться «правдивее» разумного разъяснения. Попасть ответом точно в цель не всегда значит сообщить фактическую или логическую истину. В терапевтической практике часто оказывается, что мастерски рассказанный абсурдный анекдот или притча помогают разрешить психологическую проблему лучше, чем логически безукоризненное убеждение. При разрешении конфликта часто важнее нарисовать цельную картину примирения, чем прибегать к логике и опираться на факты. Чувствующая функция создает ситуацию, в которой рациональное сочетание различных точек зрения может быть достигнуто несмотря на то, что стороны не урегулировали все спорные вопросы и не пришли к логически разумному компромиссу. Можно ощущать иррациональное недовольство предстоящей встречей или необходимостью выполнения какого-либо обязательства и в то же время пребывать в полной гармонии со своими оценками и настроением. Проснувшись утром, мы получаем от чувства сведения о том, как мы себя чувствуем независимо от внешних реалий: погоды, времени на часах, дневного расписания, состояния нашего тела. И самое главное — именно чувство вносит в любовь порядок и логику.

Существует ощущение времени, связанное с чувствующей функцией, которое не описано в литературе, но тем не менее является частью ratio (разумного) в чувствующей функции. Ощущение времени и ритма, даваемое чувствующей функцией, часто вступает в противоречие с логическими доводами и заставляет совершить правильный поступок в неподходящий момент. Существует чувство каждого отдельного момента времени и каждой цепочки таких моментов. Каждую жизнь характеризует свое чувство времени, ощущающее, как оно течет. Это чувство превращает историю фактов в историю человеческой души, а цепи событий придает определенный ритм. Биография — это представление состояний чувства во времени, чувства отдельной личности и эпохи.

Несмотря на то, что чувство является оценочным процессом, несмотря на то, что Юнг обнаружил факты, приведшие его к определению чувства, в оценочных ответах при проведении ассоциативных тестов, даже несмотря на то, что обычно можно построить оценочную шкалу, чувство нельзя упростить настолько, чтобы оно соответствовало системе "боль — удовольствие" или "нравится — не нравится". Некоторые теоретики, используя свою логику, пытаются свести чувство к паре жестких гедонистических координат. Но все шкалы дифференциации эстетического чувства (прекрасно — безобразно), нравственного чувства (хорошо — плохо), человеческого чувства (любовь — ненависть, приподнятое настроение — депрессивное), биологического чувства (притяжение — отталкивание, отступление — экспансия) находятся за пределами простых гедонистических предпочтений "нравится — не нравится". Сведение чувства к чисто гедонистическому понятию неизбежно приводит к гедонистической философии, в которой иерархия чувственных оценок и суждений втиснута в рамки удовольствия и боли. Затем вводится количественная мера, и чувство покоряется организованному мышлению.

Природа чувствующей функции более сложная. Она зарождается не из простейших элементов. Подобно музыке, она начинается скорее как Gestalt (целостный образ) мелодии, чем как ряд элементарных тонов. Чувство играет мелодию, и в каждой ситуации звучит своя мелодия, отвечающая ценностям этой ситуации. Как говорят в эстетике: мы судим произведение искусства по его законам, в соответствии с целями, ради достижения которых оно было создано.

Даже в процессе анализа или консультирования попытка раскрыть чувство с помощью вопроса "Он вам нравится?" или "Это вам нравится?" оказывается неправильной и бесполезной. Если следует вялый ответ «Да» или «Нет», он обычно является выражением не истинного индивидуального чувства, а чего-то более детского и механического, может быть, принятой в семье точки зрения. Это аффективная реакция комплекса, а не сознательное чувственное суждение. «Нравится» и "Не нравится" — сложные утверждения, требующие взвешенного анализа. Нормальный ответ чувства на вопрос "Он вам нравится?": "Это зависит…". Это зависит от ситуации, от того, что я подразумеваю под словом «нравится», от того, о каких качествах человека меня спрашивают, и т. д. Чувствующая функция сортирует все эти факторы, как говорил Юнг, это — процесс. Приведение понятия чувства к простой альтернативе "нравится — не нравится" означает девальвацию интеллекта; это так же неоправданно, как и приведение всех мыслительных процессов к дихотомии: истинно — ложно. В психоанализе любое подобное приведение является насилием. Мы можем разделять, анализировать, описывать, но приведение всегда умаляет, так как оно разрушает оцениваемые чувством целостность события и экзистенциальную реальность момента, которые всегда комплексны. Именно чувство придает им комплексность. Чувство регистрирует качество и значение события. А потому действие чувствующей функции прямо противоположно приведению — она выявляет и усиливает полутона и оттенки.

Мы долго обсуждали эти тонкости концепции чувства, чтобы показать, что нельзя говорить о чувстве в общераспространенном туманном и сентиментальном стиле. Мало сказать, что существует чувство вины, ущемленные чувства и неадекватные чувства. Недостаточно призвать пациента выразить свои чувства. Необходимо подвести под понятие, выражаемое словом «чувство», определенный теоретический базис. Данный в этой главе анализ понятия чувства является этапом в решении задачи сделать более точным само наше чувство. Кроме того, это способ осознать чувство, сделать его сознательным.

Чувствующая функция подобна материку, погребенному в коллективном бессознательном, который движется, вибрирует и сотрясает основы наших верований, ценностей и, конечно, всего стиля жизни. Все, что касается эротизма и одиночества, старения и преступного поведения, насилия и общения, отражает присутствие чувства в коллективном бессознательном. Никто не может избежать его; все кажется таким неопределенным, когда потрясены чувства, когда мы не можем больше опираться на прежние ценности и обычаи, на систему взаимоотношений, связывающих социальные группы. Психотерапия, похоже, обнаружила это движение погребенного материка и сейчас делает упор на восприимчивость, связанность и выражение чувств. Безусловно, это — односторонний подход к психическому, слишком личный и слишком сентиментальный. Кажется, что психотерапия не задумывается над коллективными движениями психического, влияющими на ее догмы: когда сильно подавлялся секс, мы получили венскую школу, затем везде присутствовал материнский комплекс, стало популярным грудное вскармливание; сейчас увлекаются чувствующей функцией; вскоре главными темами станут агрессия, насилие и враждебность.