От былины до считалки - Бахтин Владимир

А посмотрите в самодеятельной: «мы». Кто это «мы»? Конечно, какая- то небольшая группа — исполнители, участники хора, агитбригады, обычно выступающие от имени производственного коллектива (колхоза, совхоза).

В народной частушке тоже иногда бывает «мы», но это какая-то социальная группа: бедняки, или парни, которых забирают в царскую армию, или просто жители одной деревни:

Нам недолго молодцам

Ходить по тятькиным крыльцам:

Остаётся восемь дён,

Потом в солдатушки пойдем.

А озорники подростки ходили по улице и хвастались своим молодечеством. До революции частенько парни одной деревни дрались с парнями другой деревни. Вот они и пели:

Нас побить, побить хотели

На высокой на горе.

Не на тех вы нарвалися —

Мы и спим на топоре!

Во какие «герои»!

А частушка-то замечательная. «Спим на топоре» — это придумать надо такой выразительный образ!

Между прочим, один из вариантов этой частушки использовал поэт Демьян Бедный. В 20-е годы сложилось напряженное положение на советско-китайской границе. Китайские генералы грозили молодой Республике Советов. Д. Бедный и взял эту боевую, издевательскую припевку:

Нас побить, побить хотели,

Нас побить пыталися,

А мы тоже не сидели,

Того дожидалися.

У китайцев генералы

Все вояки смелые,

На советские границы

Прут, как очумелые...

Как здесь изменилось внутреннее содержание этого «мы». В частушке — парни одной деревни. А у Демьяна Бедного — как бы все люди страны.

Почему так важно научиться отличать народную частушку от частушки авторской, литературной? А потому, что, как правило, по своему художественному уровню самодеятельная частушка стоит ниже народной. Но она чаще народной звучит со сцены, ее охотно печатают — ведь она может очень быстро откликнуться на разные события. И получается, что неискушенный человек поглядит-поглядит на эти произведения, да и скажет: «Ну уж и частушка! И что в ней хорошего находят?»

Не дадим мы хлеб ворам,

Не дадим пожарам,

Станем зорко сторожить

Хлебные амбары.

Очень верная, благородная идея лежит в основе этой частушки. Но какая она невыразительная по художественной форме! Ни одной яркой детали, образа. А попробуй спеть первую строчку — ее и не выговоришь, столько в ней нагромождено согласных звуков.

Наш колхоз все ширится,

Строится домами,

Приезжайте посмотреть —

Убедитесь сами.

Это уж вообще неграмотно, не по-русски сказано: колхоз все ширится,

строится домами... И вот что самое грустное: обе эти неудачные литературные частушки даже напечатаны.

Так вот и создаются неправильные представления о фольклоре. Нужно бороться с такими представлениями! А главное, самим научиться отличать подлинное народное творчество, подлинные частушки от неуклюжих подделок.

В. И. СИМАКОВ

Замечательным собирателем частушек был крестьянин Василий Иванович

Симаков (1879—1955).

Василий Иванович Симаков родился и всю свою жизнь прожил в деревне Чагино Кашинского района ныне Калининской области. У него было трудное детство. 10-летним мальчиком его отдали в услужение к купцу. На его счастье, через несколько лет он попал к другому хозяину-купцу, который любил книги и решил завести книжную торговлю. Продавцом книг, песенников, календарей, букварей он сделал Василия Симакова.

Молодой приказчик, научившийся грамоте у отставного солдата, начинает много читать, занимается самообразованием, сам пробует сочинять стихи и рассказы. Свои произведения он посылает в столичные журналы и газеты, их печатают.

Шла первая русская революция 1905 года. В. И. Симаков смело и честно писал о том, что видел вокруг себя. Странный приказчик, который обращается к политике, к общественной деятельности, занимается писанием разных статей, был взят на заметку. За ним следили, на него доносили.

В 1909 году (а это были годы реакции, когда начались расправы со всеми свободомыслящими людьми) В. И. Симаков был арестован. Его сослали на два года в Вологодскую губернию.

Вологодская земля всегда славилась как земля песенная. Здесь и начал свою собирательскую работу Василий Иванович. А продолжил он ее уже на родине. Симаков записывал и песни. Но больше всего любил он, знал, больше всего занимался частушками. В конце жизни, уже в советское время, он передал в научные хранилища 160 000 записанных им частушек!

Выходец из народа, В. И Симаков и трудился для народа. Он составлял и печатал тоненькие, в разноцветных обложках книжечки — «Деревенские песни-частушки». Каждый такой выпуск стоил всего пять копеек, его мог купить любой. Симаков издал двенадцать таких выпусков. Он издавал также дешевые песенники для народа, подготовил и опубликовал первый сборник двухстрочных частушек-страданий. Выступал он и как исследователь песни и частушки. Но главная его книга — «Сборник деревенских частушек», который вышел в 1913 году в Ярославле. Это одно из первых и самых крупных изданий частушек. И сегодня эта книга необходима каждому специалисту. Наша наука, любители народной поэзии никогда не забудут жизненного подвига кашинского крестьянина-ученого Василия Ивановича Симакова.

Не следует думать, что знатоками, хранителями фольклора являются только пожилые люди, бабушки и дедушки. Есть такие виды, жанры народного творчества, которые известны детсадовцам и школьникам.

Детский фольклор тоже имеет свою долгую историю. Понятно, что читатели этой книжки вышли из возраста грудного младенца и малыша, который всю свою душу вкладывает в песенку «Как на Ваниных именинах испекли мы каравай...». Но все равно познакомиться с этой историей интересно. Совсем он не простой — детский фольклор!

Давайте же посмотрим, какие песенки, приговорки, считалки, игры жили и живут на деревенских улицах и в городских дворах, в школах, в детских садах и в пионерских лагерях. И окажется: не так уж мало знают произведений фольклора даже современные дети. И не только из книг, из радиопередач, а естественно воспринятых из устной традиции.

БАЙКИ-ПОБАЙКИ

Младенец еще и «мама» сказать не умеет, а его уже укладывают спать под уютную песенку:

Баю-бай, баю-бай,

Поскорее засыпай!

В деревне Кивгода Волховского района Ленинградской области Мария Дмитриевна Сергеева пела своему внуку Диме такую колыбельную:

Ой люлй, люди, люлй,

Прилетели к нам гули,

Прилетели гуленьки,

Сели возле люленьки,

Они стали ворковать,

Диме спать не давать.

Ой вы, гули, не воркуйте,

Дайте Димушке поспать.

Перва гуля говорит:

—. Диму спать надо валить.

А вторая говорит:

— Надо кашкой накормить.