Хеппи-энд на две персоны - Рина Осинкина

в местную речушку вместе с хардом и материнской платой Васиного компа. Коробка получила несколько лишних вмятин и покрылась ржавыми пятнами в тех местах, где была потерта ярко-красочная эмаль, однако это была именно та коробка и никакая иная.

Сандра сказала растерянно:

– Никак. Я это никак не могу объяснить, Василий Петрович. Ваша банка из-под печенья сейчас должна находиться на дне реки.

– На дне реки? Вы ее выбросили в нашу речку? Но зачем? Или вы мне сейчас врете?

Прежние подозрения зашевелились в закоулках его души. Если врет, то что это значит? Что жестянку на самом деле она доставила Зиге? И немалая сумма в рублях теперь у него, но не это важно.

Важно, что в этом случае верить ей нельзя – это раз. Опасаться следует – два. И как-то от нее избавиться – три.

Или все-таки говорит правду?

Сандра сказала:

– А зачем мне вас обманывать? В банку я уложила остатки платы и хард от вашего компа. Спрятали вы их не очень удачно, я решила перепрятать. Илистое дно – место понадежнее. Как мне казалось.

Кущин, спотыкаясь о коробки на полу, кинулся к автоклаву, распахнул тугую дверцу, извлек наружу пустой тигель.

– Убедились? Или вам этого мало? – язвительно поинтересовалась Сандра.

– В чем я могу убедиться? Жесткого диска тут нет, и что дальше? Вы его передали Шульцу?

Сандра, пораженная, молчала. Через минуту разлепила губы:

– А вы откройте коробку и посмотрите, что в ней. Вдруг железяки все еще там. Извинения я приму, так уж и быть.

Насупленный Вася вернулся к верстаку, постоял над ним нерешительно, взял в руки банку. Потряс слегка. Внутри что-то громыхнуло. Сандра выдохнула с облегчением – искореженные комплектующие там, это факт.

Растерзав секатором ленту скотча, крест-накрест перемотавшего коробку, Кущин открыл крышку, издавшую противный скрип.

Внутри обнаружился предмет, туго завернутый в пластиковый файл. Даже два предмета находилось в файле: паспорт и смартфон. Васин паспорт и смартфон, очень похожий на Васин.

– Извинения приносить рано, – сквозь стиснутые зубы проговорил Кущин. Содержимое жестянки его напугало.

– Кущин, ты дурак, – сказала Сандра и на ослабевших ногах поплелась к компьютерному креслу возле письменного стола. Подкатила кресло к хозяину, равнодушно наезжая колесами на пакетики с кореньями и мешочки с травами, разбросанные по полу.

Тот с размаху плюхнулся, мотнув головой в качестве благодарности.

Сандра и головой не стала кивать в ответ. Он ее обидел.

– Получается, они просчитали наши действия на несколько ходов вперед, – мрачно проговорил Кущин.

– Если, конечно, я их не оповестила, – ехидно продолжила за него Сандра.

– Извините, – буркнул он, не глядя в ее сторону.

– Я подумаю, – высокомерно проговорила она.

Он проговорил после паузы:

– Я не специалист по взрывным устройствам.

– Считаете, в смартфоне взрывчатка? Вы настолько насолили вашим так называемым друзьям, что они решили вас прикончить?

– Ну, как сказать… Возможно.

– А зачем они в таком случае вызвали вчера для вас «Скорую помощь»? У вас ведь приступ был сердечный, не так ли? Вот и оставили бы дома конечки отбрасывать. Избавились бы от «другана» без хлопот и криминала.

– Вы элементарных вещей не понимаете! – раздраженно ответил Кущин. – Я им нужен был живым, чтобы…

Он умолк.

Сандра не стала допытываться, для чего им нужен был живой и говорящий Кущин. Она спросила:

– А что изменилось сегодня? Вы им больше в таком качестве не нужны?

Кущин хмыкнул. Права девчонка.

– Уверена, что там послание для вас. А вы такой нелюбопытный.

Вася не успел глазом моргнуть, как она взяла с верстака мобильник и отошла в дальний угол кабинета.

Приподнявшись в кресле, он заорал:

– Да что ты себе позволяешь, макака идиотская?!

Сандра уже нажимала на смартфоне кнопку включения.

– Он сломан? – как ни в чем не бывало поинтересовалась она, поворачивая к хозяину темный дисплей телефона.

– Он разряжен! – рявкнул Кущин. – Давай его сюда, я поставлю на подзарядку.

– Грубиян, – произнесла Сандра, заглядывая в верхний ящик стола, где обычно находилось зарядное устройство. – Кстати, а как получилось, что вчера вы буквально с белым светом прощались, а сегодня такой прыткий?

Кущин задумчиво на нее посмотрел и ответил:

– Не расскажете никому? Шучу, шучу! Не надо испепелять меня негодующим взглядом! Я себе травки заварил подходящей. Нужно было хоть как-то от Зиги улизнуть, хоть даже такой ценой. Ничего лучшего мне в голову не пришло в такой спешке. Хорошо хоть, что об основном успел позаботиться.

– Об основном – это о компьютере?

Кущин не ответил. Пусть думает, что о компьютере.

Подключая мобильник к сети, она снова спросила:

– А что произошло с вашей надзирательницей? Я так поняла, что не сиделкой она была, та толстуха с поносом?

Кущин самодовольно прищурился. Этот эпизод нравился ему самому.

– Видите ли, Александра Викторовна. Очень полезно знать свойства растений, в том числе и комнатных.

– Верю, что вы их знаете, – проговорила насмешливо Сандра. – И как оно вам пригодилось?

Вася насупился. Весь триумф скомкала, дереза.

Он продолжил более сдержанно и менее пафосно:

– Я хорошо понимал, что скоро меня из больницы попросят. Не завтра, так послезавтра. Врачи, конечно, наутро между собой поудивляются, с чего бы это после предынфаркта такую «чистую» кардиограмму я им выдал, но Шульцу скажут иначе: назначили, мол, для вашего друга настолько грамотный курс, что в считаные часы поставили недужного на ноги. У меня появился план, но рискованный. А что было делать? Еще до завтрака я оповестил Ленку-сиделку, что мне стало лучше, хочу прогуляться по больничным коридорам. Она не медик, поэтому не удивилась стремительной моей поправке, повела гулять, выполняя инструкции босса не оставлять меня без присмотра, хоть растворимый кофе со сливками уже себе наболтала в кружку. Как я и предполагал, и на что сильно надеялся, подоконники в холле были уставлены горшками с растениями. Для моих целей тоже одно нашлось – эуфорбия Миля. Молочай по-простому. Сиделка отвлеклась на разговор с медсестрой, которая на сестринском посту скучала, а я к окну подошел – полюбоваться пейзажем. Мне было неизвестно, как моя толстуха отреагирует на несколько капель молочайного сока, если его добавить в кофе. Возможно, что и никак. Поэтому решил перестраховаться – снял с кустика и сунул в карман несколько листков, чтобы сока выжать побольше. В конце концов, если и траванется подруга, то прям тут ее и откачают.

– Вам повезло: вы не могли знать, что у вас появится шанс незаметно накапать ей в кофе ваш сюрприз.

– Конечно. Но я знал, что после прогулки может, так сказать, повториться мой приступ, и сиделке придется сбегать на пост за нитроглицерином.