Хеппи-энд на две персоны - Рина Осинкина

его беспокойство, переросшее в панику, и ужас в глазах, и ужас в каждом движении.

Когда сняли с Петькиной головы синий пластиковый пакет, его взгляд уже был равнодушно-бессмысленный. Мышцы лица расслаблены до струйки слюны из угла рта. Движения разбалансированы и бестолковы. Неизвестно, как долго продержался бы эффект, неизвестно, возникла бы у Волобуева наркотическая зависимость с первого применения, однако было ясно, что в таком состоянии он был беззащитен и беспомощен – хоть в проруби топи, хоть к бамперу «КамАЗа» привязывай.

Какое-то время оба молчали, потрясенные, пряча друг от друга глаза. Почему-то и впрямь чувствовали себя виноватыми в его смерти.

«А может, он жив, – подумала Сандра. – Нет же видео, как на него наехала машина».

– Может, и жив, – сказал Кущин. – Но это не важно. Нам… мне послан сигнал, чтобы я не дергался. Не знаю, зачем они меня предупредили о приезде. Возможно, это психологический прессинг, дабы стал сговорчивее. Чтобы от страха мозги отключились, чтобы послушным был. Тебе надо где-то спрятаться.

– Щас, – сказала злым голосом Сандра.

– А есть другие варианты? – безразличным тоном поинтересовался он.

– Виктории буду звонить. Вы разве забыли?

– А. Подруга детства из полиции. Я не верю полиции.

– Когда познакомитесь с моей Викой, мнение измените. Все, я звоню. Главное, чтобы она не была слишком занята.

Виктория была свободна. Более чем. Сандре она ответила из Афин, куда они с супругом прилетели третьего дня и теперь вовсю изучали античные достопримечательности и знакомились с местными винами и местным фастфудом.

– А как твои дела, Лилька? – звенел в трубке радостный Викин голос. – Не кисни, Новый год мы в Москве встречать будем. Готовь костюм карнавальный.

– Нормальные у меня дела, – вдруг севшим голосом проговорила Сандра, а потом откашлялась и добавила, чтобы Вика не сомневалась: – Все у меня хорошо. Отдыхайте, развлекайтесь, фотки шлите. Костюм принцессы почти готов.

И нажала на кнопку отбоя.

– Можете не объяснять, я все понял, – проговорил Кущин, выбираясь из кресла. – Уложите, пожалуйста, все необходимое из вещей в большой рюкзак. И свои вещи туда тоже уложите. Сухпай брать не надо. Питья – можно, но немного, чисто на всякий случай. Задействуем мои связи, если с вашими вышел облом. Я хотел сказать – случилась неудача.

Он проигрывал Зиге, но не хотел в этом признаться.

В четверг днем он думал, что его перехитрил.

В четверг вечером понял, что ошибался – после слов, сказанных Шульцем по телефону: «Приедем завтра утром. Будь дома, не заставляй нас сторожить тебя в подъезде. И не вздумай дать тягу. Иначе за все твоя девчонка ответит».

Василий с самого начала не собирался убегать и прятаться. Он был уверен, что предпринятая им мера обезопасит его от притязаний криминальных заказчиков на все сто процентов.

Однако на первой же минуте вчерашнего визита Шульц сделал «контрольный выстрел»: с приторной вежливостью поинтересовался, зачем дорогой друг отправил свою очаровательную даму с поручением так не вовремя. Да еще заставил ее путешествовать по железной дороге? Но он, Зигмунд, все же надеется, что дама вернется к ланчу, они подождут.

Горячиться и объяснять подонкам, что Саша ему никакая не дама, а всего лишь прислуга – хохот у них вызвать и множество грязных острот. Они не поверят.

Комбинация, которую Кущин так вдумчиво и старательно готовил, обратилась в ноль.

Подстраховка была банальна и оттого беспроигрышна, если не считать одной-единственной прорехи – Саши.

В понедельник он скажет наркодельцу:

– Я передумал. Никакой рецептуры я вам не предоставлю. Если решите прикончить, полиция о вашей шайке узнает на следующий же день.

«Прореха» вылезла наружу, и Кущин понял, что попал в западню. Проговорит он с пафосом эту заготовку, а его и не тронут.

Сашу похитят.

И тогда Кущин выполнит все их запросы. А потом их обоих убьют.

Нужен какой-то иной выход. И после бессонной ночи с четверга на пятницу решение было готово, а утром осуществлено. Извинившись перед визитерами за кратковременную отлучку, Вася отправился в кухню, чтобы выхлебать залпом снадобье, способное убить лошадь, а не только среднего возраста городского мужика.

Как результат – немного времени он отбил. Но Зига снова протянул к нему щупальца, шантажируя тем же. Откуда он взял, что этот аргумент сработает? Что такого особенного мог заметить убиенный Волобуев в отношениях соседа с прислугой?

Теперь не узнаешь. Хотя любопытно.

Нужно поскорее спрятать Сашу. И лишь потом что-то предпринимать для своей безопасности. В конце концов, путь в полицию ему не заказан. Появилась надежда, что изобретенный состав наркотиком сам по себе не является и лишь в сочетании с аптечным средством становится таковым. Значит, разговаривать с ним следователь будет не столь сурово.

Интересно, на Зигу еще кто-то из ученой братии работает? Или комбинацию с димедролом он и впрямь сам сочинил?

Ну, это не столь важно. В МУРе выяснят.

– Они могут нас поджидать, – сказала Сандра, подтаскивая огромный Васин рюкзак в прихожую.

– Возможно. Они будут нас пасти до выезда из города. А на трассе попытаются взять машину в «коробочку».

– И что дальше?

– Проведут еще одну воспитательную беседу и отпустят, я думаю.

В этом Кущин уверен не был.

Но он не понимал их логики!

Приехали бы к нему домой, разобрались бы, как и намечали с самого начала.

Боятся засады? Поэтому и решили напугать, точнее, спугнуть? А полицейской «наружки» за Васиной тачкой они не опасаются?

Кстати, нагрянуть могли бы и не предупреждая. Отчего вдруг такая вежливость?

Ничего они не опасаются – ни «наружки», ни засады. Если уже в четверг от какой-то «крысы» в МУРе им стало известно, что «дорогой друг» обращался на Петровку, чтобы оперативники прикрытие ему организовали к утру понедельника, то точно так же сейчас им известно, что с тех пор других обращений в органы от него не поступало.

Ну хорошо, допустим, по интернету не поступало. Но разве Зига мог быть уверен, что Кущин, сбежав из больницы, не завернет по дороге в первый попавшийся полицейский участок, чтобы обратиться за помощью?

Ну и что. Ну и пожалуйста. А менты прям вприпрыжку кинутся разрабатывать операцию, назначать исполнителей, а те ломанутся исполнять. Посему Шульц спокоен. Буферного времени у него вдоволь, чтобы разобраться с дурачком-ученым и его гм… леди, а также чтобы подчистить любой компромат.

Хотя вот еще вариант. Зига уверен, что ты абсолютно и полностью в его власти. А Саша для него дополнительная подстраховка. Твой препарат, «дорогой друг», орудие, или, правильнее сказать, средство убийства. И никому ты не продемонстрируешь видеоролик, заснятый с видеоролика. И к ментам теперь не