Возрождённая любовь - Бетти Нилс

На следующий день ярко светило солнце, и, хотя море казалось прохладным и корабль слегка покачивало, Абигайль решила прогуляться по палубе. Вчерашний знакомый уже ждал ее, и они гуляли, взявшись за руки. Оставшееся до обеда время они провели у игровых автоматов. Абигайль жалко было тратить деньги, хотя профессор ясно дал понять, что она может делать с ними все, что захочет. Абигайль почувствовала облегчение, когда выиграла в лотерею. После обеда пошли в кинозал. Абигайль не смотрела фильм, так как у нее перед глазами стояло красивое лицо профессора. Вечером они долго стояли на палубе, и Абигайль вернулась в каюту поздно, но долго не могла заснуть от перевозбуждения.

Утром в ресторане было немноголюдно, так как многие проводили время на берегу. Позавтракав, она вместе со своим новым другом последний раз прошлась по палубе, потом она спустилась по мостику, прошла таможенный досмотр и вышла через дверь в сопровождении носильщика.

Профессор появился неожиданно. Абигайль сдержанно поздоровалась, расплатилась с носильщиком и отдала профессору свой чемодан.

- Я надеюсь, что вы хорошо доехали. - Его голос был холоден.

Она чувствовала, что волнуется, но, услышав его холодный тон, быстро пришла в себя:

- Да, спасибо. Все было хорошо. Я даже познакомилась...

- Я заметил его, когда вы выходили, - сухо прервал ее профессор. - Вы, наверное, не заметили, как быстро прошло время.

Он был в плохом настроении: может быть, из-за того, что всю ночь ехал в машине.

- Я этого вовсе не хотела. Очень приятный молодой человек едет в Испанию, он женится на испанской девушке и все время только о ней и говорил. Я думаю, что мой недостаток заключается в том, что все относятся ко мне с большим доверием, люди всегда ищут, кому доверить свои тайны.

Ван Вийкелен ничего не сказал, но она заметила, как задрожали уголки его рта.

- Вы всю ночь провели за рулем? - спросила Абигайль.

- Нет, с четырех часов утра. Пойдемте, если вы готовы.

В машине она разглядывала его профиль: он выглядел мрачным и серым, несмотря на то что он был, как всегда, чисто выбрит. "Наверное, он очень устал, хотя и не признается в этом. Если бы у него была жена..." - подумала Абигайль и тут же отбросила эту мысль. Они подъезжали к Бильбао.

- Нам осталось ехать двадцать с лишним миль, - посмотрев на указатель, сказала Абигайль. - Может быть, остановимся где-нибудь и выпьем кофе, вы мне расскажете немного подробнее о вашей племяннице.

Несмотря на усталость, профессор вел машину прекрасно. Дорога была узкая и загруженная. Абигайль смотрела в окно - они проезжали судостроительный завод, фабрики. Ван Вийкелен ей не ответил. Только когда они попали в пробку, он буркнул:

- Хорошая мысль. Здесь есть одно кафе, оно сейчас должно быть открыто.

Когда они въезжали в город, фабрики и судостроительный завод выглядели ужасно некрасиво, но сейчас интересно было рассматривать блоки новых домов и магазины. Профессор хорошо знал дорогу.

- Вот здесь, - уверенно произнес он. Они объехали здание и остановились на противоположной стороне. Кафе только что открылось.

Кофе был очень крепкий, и Абигайль заказала молока. Она заметила вопрошающий взгляд профессора и не поняла, что он означает. Поэтому быстро сказала:

- Расскажите о вашей племяннице.

- Вы понимаете, почему я попросил вас приехать? - Он пристально смотрел на нее и заговорил очень быстро, будто ему было неприятно говорить на эту тему и он хотел скорее покончить с этим. - Я сожалею, если нарушил ваши планы, но я очень доверяю вам как медсестре.

- А не как женщине? - спросила Абигайль, сама не понимая зачем.

- Этот вопрос не имеет отношения к делу, - упрекнул он ее. - Нина, моя племянница, очень эмоциональный ребенок, ей три года. Моя сестра ждет второго ребенка, вот почему я еду к ней сам: даже речи не может быть о том, чтобы она ехала куда-то в ее положении. Ее муж прикомандирован к посольству Голландии в Бильбао. Они живут там уже год, но Одилия не допускает мысли о том, чтобы поместить Нину в больницу в Бильбао. У меня не было другого выхода, как поехать за Ниной самому и забрать ее в Амстердам. Это единственная причина, по которой я попросил вас поехать со мной.

- Да, конечно, профессор, какая еще другая могла быть причина? - Абигайль было приятно, что ее голос звучал, как всегда, твердо, что удивляло саму ее, потому что в голове билась другая мысль: могла бы быть и другая причина. При встрече она поняла, что ему неприятно было видеть ее с молодым человеком, но сейчас она упрямо убеждала себя в том, что его раздражение было вызвано совсем другим: он думал, что они теряют драгоценные минуты, пока она прощалась с молодым человеком.

Она в молчании допила кофе и вызывающе заявила, что ей надо причесаться и вообще привести одежду в порядок. Дорога утомила ее. Теперь она была твердо уверена в том, что надеяться ей больше не на что. Она вернулась минут через пять.

- Мне кажется, что вы полны новостей и хотите мне что-то сказать, - сказал профессор.

- Нет, мне нечего вам сказать, но я не уверена...

- Моя дорогая девочка, в вашем возрасте?

- Нет, ничего особенного. Просто все так великолепно, как на съемочной площадке Голливуда. - Она заметила, как снова задрожали уголки его рта. Стены цвета голубого вельвета, мягкие стулья, позолоченные бра, пушистый ковер и позолоченная раковина.

- Это звучит не правдоподобно и вульгарно, - сказал профессор.

- Я сожалею, что задерживаю вас, профессор. Дорога от Бильбао шла в гору. Был ясный, безоблачный день, они проезжали горы, небольшие зеленые поля, дома с черепичными крышами и закрытыми ставнями. Она громко выражала восхищение при виде всего нового, но потом, вспомнив, что профессор уже видел все это, сочла свое поведение глупым. Она повернулась к нему и улыбнулась. Он ничего не сказал, выражение его лица не изменилось. Все это выглядело так, будто, он не хотел, чтобы она была здесь, рядом, но она была, и по его же желанию. Испанский воздух и крепкий кофе придали ей храбрости, и она не побоялась спросить:

- Почему вы иногда зовете меня Абигайль, а иногда - мисс Трент?

Профессор поехал медленнее.

- Я забываюсь, - ответил он.

Она обдумывала его короткий ответ. Он ничего больше не объяснил. Они подъехали к Мукгуи. Профессор стал рассказывать ей, что здесь находится интересная готическая церковь и древняя башня Паласио де Абаго, и Абигайль, внимательно его слушая, смотрела туда, куда он показывал. Пересекли небольшую площадь.

- Мы уже близко? - спросила Абигайль.

- Да, мы едем в Пленцию, а затем в Бакио. Моя сестра живет в миле оттуда.

Она молчала до самой Пленции, и хотя она и пообещала себе, что не будет его раздражать своими комментариями, все же, не сдержавшись, воскликнула от восторга, когда они въехали в маленький город и повернули на спусковую дорогу, проезжая мимо холмов, которые уходили прямо в море.

Дорога шла через горы к морю, и они начали спускаться. Вокруг раскинулся прекрасный Бакио, и даже современные постройки не портили красоты древнего города. Дома оказались спрятанными за холмами, и впереди не было видно ничего, кроме дороги. Они на секунду притормозили при виде пожилого баска в национальном костюме, в приплюснутой шляпе, с зонтиком, идущего по дороге, подгоняя впереди себя обезьяну.

- Он выглядит не совсем здоровым, - заметила Абигайль.

- Местные жители долго живут, - тяжелая работа, но хороший климат - все на пользу!

- Я имела в виду обезьяну. Мне ее очень жаль, она должна жить на свободе. Я слышала, что испанцы не очень добры, они едят лошадей и любят смотреть бой быков.

- Вы раскрываете мне вашу многостороннюю натуру с новой стороны, мисс Трент, добрая мисс Трент, милая мисс Трент, спасительница кошек и медсестра, которая заботится о пожилых людях и плачущих детях. - Он говорил так резко, что она испугалась, а когда осмелилась взглянуть на него, то увидела презрительную улыбку на губах. Он зло высмеивал ее, выставлял как самодовольного человека, благодетеля, но она не была такой, она была обычной девушкой, зарабатывающей себе на жизнь трудом, который любила. Она пыталась ненавидеть его, но это не помогло, она старалась ненавидеть его, презирать, но напрасно. - Здесь, - сказал профессор и медленно поехал по узкой дороге к открытым воротам. Вдалеке на горизонте блестело море, виднелись горы, дорога вела в лес. Они проехали по гудронированному шоссе и остановились у большого дома.

Парадная дверь была открыта, и не успели они выйти из машины, как к ним подбежала молодая женщина. Абигайль сразу догадалась, что это сестра ван Вийкелена. Они были очень похожи. Она бросилась к нему на шею, он обнял ее, поцеловал и что-то сказал по-голландски. Женщина улыбнулась и посмотрела на Абигайль.

- Сестра Трент, моя сестра мевру ван Графф. Одилия, тебе не следует волноваться, мы заберем Нину с собой.

Он обнял ее за плечи и увидел приближавшегося к ним мужчину.