Возрождённая любовь - Бетти Нилс

Миссис Маклин была очень удивлена ее внезапным отъездом. Она взволнованно проговорила:

- Я думала, что вы поживете в Амстердаме несколько недель или даже месяцев. Я предполагала, что вы не останетесь навсегда работать в больнице, но у Доминика очень много частных больных, и он всегда жалуется, что трудно найти медсестру, которая бы ухаживала за ними дома. Вы не ошиблись, моя дорогая?

- Нет, я была готова к этому, по крайней мере последние два дня я ждала этого.

- С тех пор как мы были на концерте, - вставила миссис Маклин.

- Да, пожалуй. - Абигайль поднялась со стула. - Если я уеду в полдень, то смогу вернуться в Англию ночным пароходом, если мне повезет с билетом.

Было бы хорошо поспать, чтобы сразу по прибытии в Лондон пойти в агентство. Абигайль поднялась в свою комнату и стала упаковывать вещи. Ей хотелось плакать, но на это не было времени; ей необходимо еще увидеть Болли, взять билет и попрощаться с профессором де Витом, а что толку от слез? Она завернула коричневое бархатное платье в наспех собранный узел с одеждой и положила его в дорожный чемодан. Она не думала, что когда-нибудь наденет его, а розовое платье аккуратно завернула в кусок ткани и положила под форму. "Жаль, - сказала она сама себе, - что я не могу спрятать так же легко и надежно свои мысли".

Абигайль уехала на следующий день, попрощавшись с сестрой Рицмой, которая пожелала ей всего хорошего и попросила у нее адрес для того, чтобы прислать рекомендации, если ее помощь потребуется.

Абигайль назвала адрес агентства, и, когда сестра Рицма сказала, что ей нужен домашний адрес, Абигайль ответила, что у нее нет дома. Сестра Рицма с жалостью посмотрела на нее. Абигайль попросила выдать ей зарплату.

Ее собеседница встревожилась. Оказывается, никаких распоряжений относительно ее зарплаты от профессора не было, и сестра Рицма была уверена, что профессор уже заплатил Абигайль.

- Пойдемте к профессору, сестра Трент, - он сейчас в комнате консультантов.

Абигайль рассердилась: почему она должна ходить выпрашивать у него заработанные ею деньги? У нее оставались деньги, чтобы добраться до Лондона; она как-нибудь устроится, потом он конечно же пришлет зарплату. "В любом случае, - успокаивала себя Абигайль, - деньги миссис Морган уже должны быть в агентстве". Оставался только Боллингер. Старик был удивлен ее рассказом.

- Мне не нравится ваша затея, мисс Абби.

- Но, Болли, - ответила она радостным голосом, - мы же решили с тобой, что так будет лучше, помнишь? Все будет хорошо, мне повезет, я сразу же найду работу. Я буду более спокойна, если буду знать, что ты останешься здесь, пока я устраиваю свои дела. Я должна ехать, дорогой Болли. Приеду и сразу же напишу тебе, обещаю.

Они крепко обнялись, она попрощалась с Анни и Колоссом и зашла попрощаться к профессору де Виту. В отличие от Боллингера, старый профессор не был удивлен, узнав о том, что она уезжает.

- Это естественный ход событий, - прокомментировал он ее сообщение.

На вопрос о том, что он имеет в виду, он ответил, что скоро она сама все узнает. Абигайль улыбнулась и решила, что он вообще ничего не имел в виду: он был стар и иногда говорил странные вещи. Поцеловала его на прощанье.

Теплоход отправлялся поздно вечером. У Абигайль оставалось еще довольно много времени, когда она вернулась к миссис Маклин. Она пила чай с миссис Маклин, которая была искренне расстроена тем, что девушка уезжает, и немного успокоилась, только когда Абигайль пообещала вернуться.

- Если я приехала один раз, то почему же я не смогу приехать снова, говорила Абигайль, зная, что никогда не вернется в Амстердам, потому что опять встретится с профессором, а для нее это невыносимо. "Окончательный разрыв, говорила она себе, - будет самым лучшим лекарством от безответной любви".

Она убрала посуду, затем с наигранной радостью болтала с миссис Маклин. Абигайль отказалась от предложения Болли проводить ее. Она не допускала и мысли о том, что старый Болли будет возвращаться темным холодным вечером. Ей надо взять такси. Она уже собралась уходить, когда в дверь позвонили. Пришел профессор ван Вийкелен. Выглядел он более раздражительным, чем обычно. Он сказал, что хотел бы проводить Абигайль на теплоход, но у него через час операция. Поэтому он проводит ее только до вокзала.

Абигайль рассердилась. Как он мог подумать, что она такая неприспособленная! Кроме того, они уже попрощались, правда, не очень дружелюбно, но попрощались. И вот он опять пришел.

- Пожалуйста, не беспокойтесь, - всего лишь смогла сказать Абигайль.

- Мне как раз по пути, - равнодушно заметил профессор и, взяв ее за руку, подвел к вошедшей миссис Маклин.

Профессор поздоровался и спокойно сказал:

- Я говорил Абигайль, что через пять минут мы должны отправляться.

"Все ясно, - подумала Абигайль, - сейчас он хочет склонить меня на свою сторону..." Вслух же произнесла:

- Я очень вам благодарна.

Таким же тоном она разговаривала с ним в палате. Она обрадовалась, заметив, как он вздрогнул, и повеселела еще больше от мысли о том, что ей не надо тратить деньги на такси. Она тепло попрощалась с миссис Маклин и пошла к ожидающей их машине. Они сели. Ван Вийкелен, тщательно подбирая слова, заговорил:

- Мне не следовало бы говорить с вами, но есть кое-что, что я хотел бы прояснить. Я очень высоко ценю вашу работу, вы прекрасная медсестра и вы единственная женщина из тех, кто работал со мной, не раздражая меня. Я хотел лишь напомнить вам об этом, Абигайль.

Машина остановилась у светофора.

- Есть еще одна вещь, о которой я не могу не сказать. Мое поведение удивляет вас - оно и меня самого удивляет. Я не влюблялся в женщину уже много лет. Я хочу забыть наши встречи и надеюсь, что вы сделаете то же самое.

Подъехали к центральному вокзалу. Абигайль быстро вышла из машины, позвала носильщика, открыла заднюю дверцу, вытащила свой чемодан, отдала его, а затем со слезами крикнула:

- Не волнуйтесь из-за пустяков! - и убежала, даже не оглянувшись.

На следующее утро Абигайль прибыла в холодный и серый Лондон. Было слишком рано, чтобы идти в агентство, и она зашла в ресторан позавтракать. Она была не голодна, но здесь было дешевле, чем в поезде. Потом Абигайль села в автобус, направлявшийся в агентство.

В комнате ожидания было всего лишь две девушки. Они весело болтали и выглядели такими счастливыми, что Абигайль посчитала это за хороший знак. Подошла ее очередь. Женщина ни капельки не изменилась, смотрела она так же сурово, как и раньше. Она поздоровалась с ней и протянула чек.

- Я знаю, что вы работали независимо от агентства в Амстердаме.

Абигайль вежливо поздоровалась и взяла чек. Денег было не много, семь фунтов и пятьдесят пенсов. Стараясь сохранять спокойствие, она спросила:

- Нет ли для меня письма? Миссис Морган, моя пациентка, обещала прислать деньги. Женщина улыбнулась.

- Да, у меня есть для вас письмо. - Она выдвинула ящик стола и протянула Абигайль конверт, ожидая, когда та его откроет.

В нем оказался чек от миссис Морган.

- Может быть, вы хотите, чтобы мы оплатили чек через банк? - спросила она.

- Да, пожалуйста, - поблагодарила Абигайль. Женщина подобрела. Абигайль заплатила комиссионные, положила деньги в кошелек и почувствовала себя увереннее. На эти деньги она могла жить неделю и подобрать подходящую работу.

- У вас есть для меня какая-нибудь работа? Женщина покачала головой.

- Не уверена, но думаю, что нет. - Она встала и посмотрела в журнал. Есть несколько мест для работы с психически больными, но у вас нет опыта работы с такими пациентами.

- Нет.

- Жаль. Нам невыгодно иметь невостребованные рабочие места.

Она вернулась на свое место, села и взяла ручку.

- Приходите завтра утром, мисс Трент, может быть, что-то появится. - Она пристально посмотрела на Абигайль. - Куда вы сейчас пойдете?

Абигайль подумала о Боллингере.

- К друзьям, - ответила Абигайль и, вежливо попрощавшись, вышла.

Она направилась в ресторан "Золотое яйцо". Так как ее чемодан был тяжелый, зашла отдохнуть в кафе и заказала чашку кофе. Конечно, она могла обратиться по поводу работы в больницу, но тогда как быть с Болли? Ей казалось невозможным, зная, как он счастлив в Амстердаме, вызвать его в Лондон, кроме того, если она пойдет в больницу, ей заплатят только через месяц; на что же она будет жить? Она выпила кофе и вышла на улицу. "Надо найти дешевую гостиницу, чтобы переночевать всего одну ночь, - сказала она себе, - а утром у меня будет работа". Абигайль нашла поблизости недорогую гостиницу, оставила чемодан в номере и остаток дня потратила на осмотр витрин магазинов. Пообедала она в дешевом ресторане "Вдиверс".

На следующее утро она в агентстве была первой. Удача от нее не отвернулась; ей предложили место сиделки около вдовы, находящейся в бредовом состоянии. Это предполагало работу днем и ночью; оплата - двенадцать фунтов в неделю. Абигайль хотела отказаться, но женщина сказала, что больше ничего нет, а у нее создалось впечатление, что Абигайль очень нужна работа.