Вестники - Маргарет Петерсон Хэддикс

мы не ожидали, что правительство начнёт использовать те же самые технологии!

– То есть вы не ожидали, что правительство начнёт применять их к вам, – уточнила та же самая горничная.

Чез попытался перехватить взгляд Эммы, чтобы спросить: «Может быть, эта женщина нам поможет?»

Если, конечно, она не устремится прямо к телевизору, как только её отвяжут!

– Лана, нужно уйти в безопасное место – там ты нам всё объяснишь, – попросила Эмма.

Лана окинула взглядом взрослых и предложила:

– Пошли ко мне в комнату.

Ребята вместе зашагали по лестнице. Хотя нижний этаж выглядел так же роскошно, как в доме судьи и мэра, наверху обстановка была гораздо скромнее.

– У нас не так много денег, как все думают, – сказала Лана, словно отвечая на чей-то вопрос.

Они вошли в комнату, которая напоминала спальню другой Натали. На стене висел точно такой же плакат – группа подростков с грозными лицами в оранжево-синей одежде. Другая Натали стояла в середине, Лана – в заднем ряду. Надпись вдоль верхнего края гласила: «Пока мы едины, никто не бросит нам вызов».

– У другой Натали в комнате был такой же плакат, и она его сорвала, – сообщил Финн. – А ты почему нет?

– Я… побоялась, – вздохнула Лана. – Просто не смогла. – Её взгляд метнулся в другой угол, где висел какой-то большой прямоугольный предмет, накрытый старым пледом. Чезу не нужно было заглядывать под плед, чтобы понять, что там скрывается очередной телевизор. Его ноги сами собой развернулись в ту сторону.

Эмма опередила его на три шага – на целых три шага она подошла ближе к телевизору.

– Эмма, стой! – крикнул Чез. – Не надо!

Остальные тоже бросились к Эмме.

– Возьми мои монетки! Они тебе помогут! – воскликнул Финн.

– Кафи не сможет выдернуть провод, он слишком высоко! – крикнула Кана.

– Борись! – потребовал Рокки.

– Не могу, не могу, не могу… – простонала Эмма.

Все пятеро вцепились в неё.

«У нас с собой монетки, – подумал Чез. – Вдруг они помогут? Вдруг…»

Эмма продолжала двигаться к телевизору. Чез едва успел схватить её за плечо.

Она потянулась к телевизору, а потом выхватила из чехла рычаг и размахнулась.

Комнату наполнил звон бьющегося стекла.

Глава 34

Финн

– Эмма, ты просто гений! – закричал Финн. – Мне это даже в голову не пришло! Ты умница! Ура!

Из-под старого пледа сыпалось битое стекло. И с каждым упавшим на пол осколком улыбка Финна становилась всё шире.

– И удар у тебя что надо, – одобрила Кона.

– Жалко, что ты сразу нам не сказала, – произнёс Рокки. – Меня чуть удар не хватил, когда ты пошла к телевизору. Если бы ты его включила, я… я…

– Он бы нас околдовал, – договорил Чез. – И мы все оказались бы в ловушке.

Эмма уставилась на рычаг, который держала в руках. Вид у неё был далеко не победоносный. Она тяжело дышала, как если бы чудом спаслась от смерти.

«Нам грозила страшная опасность», – подумал Финн.

– Я… сама не знала, что буду делать, – призналась Эмма. – Я ни о чём не думала, пока Чез не положил руку мне на плечо. Но я надеялась… Почему рычаг не открыл туннель в другой мир? Почему опять не сработал?

– Так вот что это было! – воскликнул Финн. – Ну, Эмма, ты просто героиня! Ты пыталась открыть туннель, даже когда тебя манил телевизор!

Эмма стукнула рычагом о стенку чуть ниже телевизора.

Ничего не произошло.

Она бросила рычаг на пол:

– А я уже начала надеяться!

Лана подняла рычаг – осторожно, словно бесценную жемчужину.

Или яйцо.

Или семечко.

То, из чего могло что-то получиться.

– Вы думали, что он откроет дорогу в другой мир? – спросила Лана. – Это один из таких рычагов? – Она повертела его в руках. – О-о… вот, значит, как выглядят монетки, когда достигают своей цели и соединяются.

– Достигают цели? – повторил Финн, буквально вцепившись в эти слова. – В каком смысле? Рычаг не достиг цели, иначе мы бы вернулись в наш мир!

– Я имею в виду – все монетки, из которых он сложен, дошли до адресата, – сказала Лана. – Видите, на них написано «УСЛЫШЬ НАС, НАЙДИ НАС, ПОМОГИ НАМ…»? Значит, сообщения доставлены. И прочитаны. Я об этом только слышала, но говорят, если собрать достаточно монет, можно с их помощью открывать туннели и странствовать между мирами. Это уже не просто связь двойников.

– Мы видели, как работает рычаг! – заверил её Финн, поднимая рычаг с пола. – Он привёл нас сюда! И поможет нам попасть обратно: главное – найти подходящее место! И ты отправишься с нами и будешь там в безопасности. И… – Он вдруг вспомнил, что его мир перестал быть безопасным – ведь туда вторгся мэр Мэйхью. А мама, Натали и остальные лежат без сил под действием бомб-вонючек.

– Нет, – сказала Лана, грустно качая головой. – Нет, если ваш рычаг перестал работать. И если, как ты говоришь, мэр Мэйхью уже в вашем мире. Он, скорее всего, и там установит экраны, контролирующие сознание. И тогда монетки перестанут путешествовать между мирами. Все пути закроются. Сколько бы у нас ни было монеток и рычагов.

– Но это же просто твоя гипотеза? – спросила Эмма. – Ты же не на сто процентов уверена? – Она как будто умоляла сказать ей, что есть какой-то способ победить мэра Мэйхью и других злодеев, которые хотят с помощью телевизоров и бомб-вонючек покорить оба мира.

– Я знаю, что монетки больше не могут путешествовать между мирами, – произнесла Лана таким тоном, словно сообщала о чьей-то смерти. – Они перестали это делать в девять часов тридцать восемь минут. Значит, и рычаги тоже.

Финн не смотрел на часы с тех пор, как проснулся утром. Но девяти часов тридцати восьми минут, когда в доме Натали дождём начали сыпаться монетки, совершенно точно ещё не было. И когда Чез открыл туннель в полу, скорее всего, ещё тоже не было…

Но когда Рокки попытался воткнуть рычаг в стену и ничего не вышло, уже вполне могло быть девять часов тридцать восемь минут.

– Ты чего-то не договариваешь, – заметила Эмма. – Где ты была утром в девять тридцать восемь? Что ты делала? Из каких источников получила информацию? – Эмма была настоящим учёным. Для неё всегда были важны факты.

Лана тяжело села на постель.

– Я не то чтобы нарочно что-то скрывала, – сказала она. – Просто я… не привыкла доверять никому, кроме Натали. Я больше ни с кем не была так откровенна.

Эмма взглянула на Финна, будто просила его о помощи. Но что он мог сказать?

– Дай, –