Тайны Доминиона - Артемис Мантикор

— Не беспокойся об этом, Син. Я могу быть полезна.

Я тяжело вздохнул. Идея брать её с собой мне не нравилась.

— Как хочешь. Но я не стану тебя ждать, если отстанешь, — ответил я, активируя облачное тело.

* * *

Одинокая фигура, шатающейся походкой безошибочно направлялась в сторону магистра Смерти. В том, кто именно идёт к нему на встречу, Тан не сомневался. Как и в том, с какой целью — об этом говорили волны пустоты вокруг несчастного.

Магистр Смерти всего раз прежде видел магистра Механистов, и тогда.. это существо показалось ему странным, но слабым и безобидным.

Почему существо?

От красивого лица зеленоглазого эльфа неопределённого пола не так много осталось. С левой половины свисала роскошная прядь светлых волос, правая же часть представляла собой медный череп со здоровенной дырой замочной скважины. Вместо правого глаза и брови светилась медная и латунная шестерни, а в качестве одежды была рабочая роба механика с большими очками-гоглами на шее.

— Тан.. Танатос… п-привет? — голос его тоже был красив, но в нём читалось столько истеричных ноток, что магистр Смерти и за всю жизнь не встречал.

Кто-то другой на его месте, возможно, испугался бы. Но Тан словил себя на том, что ему.. жаль несчастного. Ходило множество слухов о подающем надежды механисте, который стремился к силе любой ценой. Не имея изначально больших талантов к магии или воинскому искусству, он не сдавался и однажды поиски могущества завели его на дурную тропу. Эксперименты с достижениями разных древних рас, попытки восстановить ряд технологий мира-темницы и многое другое по началу казались перспективными даже Ректору, а затем… затем о магистре Мракрии как-то забыли.

Он всё чаще запирался в своей башне, всё реже общался с учениками, передавая все дела младшим магистрам. И вот теперь Танатос понял, к чему это привело.

Сумасшествие.

Ненормальность, какая встречается лишь у принцев безумия.

Магистр Смерти очень хорошо знал, как разрушается личность к третьему рангу стихийной печати пустоты. Полная неадекватность, неспособность строить логические цепочки и следование лишь своей мани. У каждого принца она разная, но общая концепция всегда одна — клинический диагноз сломанной психики, возведённый в абсолют.

Достаточно вспомнить Сина до того, как Ректор стёр ему память и заблокировал Пустоту. Удивительно, что тогда владыка оказался прав и из него вышел хороший ученик Доминиона — сам-то магистр настаивал на ликвидации опасного элемента.

— Мракрия… — мрачно процедил Тан, заранее зная, что диалог обречён.

— Прости-прости. Меня. Я не хотел тебя убивать. Хотя постой. Я ведь ещё тебя не убил, да? Можно я разберу тебя? Я так хочу сделать-получить-подчинить-воскресить своего жреца!

Ну да. Напрочь поехавший.

— Открой глаза, Мортис. К тебе взывает твой Жнец, — тихо произнёс магистр Смерти.

Образ принца безумия принялся двоиться, как и подобает пустотнику. Враг резко ускорился, в мгновение ока приблизившись к магистру. Но на выходе из рывка его уже встречали шесть серпов, дарованных самой Погибелью.

Однако Мракрия не попался на это. Механическая левая рука разделилась на три и с невероятной скоростью отразила все атаки, в то время как правая ударила шаром пустотной энергии.

Знакомая техника, совсем как у Ласки. Но эффективная.

Заряд угодил в грудь, защищённую кирасой. Кристаллическая броня выдержала. Легендарный артефакт в прочности он превосходил даже адамант и кошачью китару. Но даже так магистр отлетел, врезаясь в дом.

А следом выскочил пустотник, желая добить его. На этот раз враг метил в голову. Танатос успел увидеть напрочь безумный глаз принца, зелёная радужка которого по краю окрасилась чёрно-лиловым.

— Умри-умри-умри-умри, — быстро запричитал он, но механическая лапа поймала лишь пустоту и зелёное пламя смерти.

Танатос контратаковал. Три костяных руки с серпами сложились в одну, снаряжённую косой жнеца. Но объятое зелёным пламенем оружие столкнулось с невидимой преградой и отскочило. Магистр попытался атаковать снова тремя другими руками, и увидел, как пространство между ним и Мракрией дрожит и расслаивается.

Фрактальный барьер.

Лицо механиста стало вдруг безучастным, а в расширившемся глазу вместо зрачка плавал зелёный кубик фрактала.

— Ты.. умрёшь.. да… так проще.. так.. говорят голоса…

Танатос достаточно сражался с фрактальщиками, чтобы знать их основные приёмы, и вовремя уклонился, когда в его сторону полетели шары из светящихся белых кубиков.

— Обними его, скорбная мать, — прошипел сквозь зубы магистр Смерти.

Рука с клинком вновь разделилась на три, и во врага устремились шесть горящих черепов магии Смерти. Заклятие, что само ищет цель и способ её достигнуть.

Сгустки зелёного пламени обошли барьер, но усиленное стихиями и механикой тело Мракрии уклонилось. Реакция механиста поражала.

Вновь вспыхнувшее лиловым и задвоившееся тело перешло в режим пустоты, и устремилось рывком вперёд. Механические руки направились в голову, шею и сердце. Но, ни одна не достигла цели. Наклонившись, Тан ушёл и ударил серпами снизу-вверх, вновь сталкиваясь с барьером.

Мортис! Как же он быстро меняет стихии!

Глаз принца безумия залился сплошной чернотой, и из земли вырвались два скелета. Части их тел были улучшены механическими деталями, а сами кости отливали медью. Истервисы с какими-то изменениями?

В руках у призванных тварей были клинки, напоминавшие старые добрые бензопилы.

Потребовалось секунд десять, чтобы отразить их атаки серпами, вновь преобразить руки и косой Смерти прервать их существование. Оружие Мортис нельзя остановить каким-то жалким металлом.

А когда призванный враг был повержен, то сразу же увидел вновь изменившееся лицо Мракрии.

— Ахха ахха ахахаха! Весело-весело! Ты — мо-о-ой!!

Безумец пребывал в эйфории, улыбаясь и радуясь, словно дитя, а по его единственному глазу теперь бегали в разные стороны сразу три зелёных зрачка.

Магия хаоса — понял Тан. Но отреагировать не успел — из земли вырвались механические щупальца из множества проводов, обхватившие его по всем шести рукам, ногам, и за шею.

Мракрия замахнулся вновь, но магистр Смерти снова оказался быстрее.

— Покажи им свой лик, Погибель, — успел прорычать Танатос, и тело его охватило зелёное пламя. Настолько сильное, что медные щупальца за пару секунд расплавились, будто воск.

В лицо Мракрии смотрел горящий зеленью череп.

Скелет магистра шагнул вперёд, преобразовывая руки, и единой косой попытался перерубить механиста. Но вновь столкнулся с фрактальным барьером.

Танатос выпустил лики смерти, а затем исчез во всполохах пламени и оказался за спиной у противника.

— Не трогай меня!, — залился стенающим плачем принц безумия. — Отстань! Я просто хочу чтобы все от меня отстали!! Да что я тебе