Тропою риска - Дик Френсис

- Где мы? - спросил Джик.

- Бокс-Хилл, - ответил я, прочитав название на вывеске магазина.

- Здесь или в другом месте - один черт!

Мы проехали еще несколько миль и остановились возле мотеля среднего класса, на фасаде которого развевались пестрые флажки. Мотелю было далеко до «Хилтона», хотя наши номера оказались чище и уютнее, чем мы предполагали.

Диваны без каких-либо затей, прямоугольник истертого коврика, прибитый по краям к полу, и настольная лампа, привинченная к столу. Зеркало, прикрепленное к стене, вращающееся кресло, пестрые занавески и горячий душ.

- Хозяева позаботились, чтобы мы тут не стибрили чего-нибудь, - ухмыльнулся Джик. - Давай нарисуем им фреску…

- Нет! - вскричала все еще не оправившаяся от испуга Сара.

- Есть чудесная австралийская поговорка, - проговорил Джик. - «Если оно двигается - стреляй, если растет - руби!»

- А почему ты ее вспомнил? - спросила она.

- Мне вдруг показалось, что Тодду будет приятно услышать ее.

- Нам необходимо все серьезно обдумать. - И мы, сидя в моем номере, старались придумать нетрадиционные способы отвлечься от создавшейся ситуации.

Джик крутился в кресле, Сара сидела на одном диване, а я - на другом. Мой чемодан и сумка стояли рядышком на полу.

- Вы понимаете, что мы смылись из отеля, не оплатив счета? - спросила Сара.

- Не волнуйся, - ответил Джик. - Мы не забрали багаж, так что пусть думают, что мы еще живем там. Через некоторое время я им позвоню.

- А как же Тодд?

- Я расплатился. До вашего возвращения. У Сары немного отлегло от сердца.

- А как Грин нашел вас? - спросил я.

- Одному Богу это известно, - отозвался Джик хмуро.

- Но как ты узнал про Грина? Это просто невероятно, - встрепенулась Сара. - Как ты узнал, что в номере есть еще кто-то, кроме нас с Джиком? И вообще, как ты узнал, что мы влипли?

- Джик мне сказал…

- Он не мог! Он не мог рисковать, предупреждая тебя! Он должен был просто пригласить тебя. Он так и сделал… - Ее голос задрожал, и на глаза навернулись слезы. - Ты понимаешь, они ведь заставили его…

- Джик все сказал мне. Во-первых, он назвал меня Чарльзом, чего никогда не делает, и я сразу понял, что здесь что-то не так. Во-вторых, он был груб со мной. Я знаю, ты считаешь, что он всегда ведет себя таким образом, но ты ошибаешься. Я догадался, что кто-то находится в вашем номере и вынуждает вас пригласить меня, чтобы я попал в западню. И наконец, он обозвал меня «чертов оксид хрома», а оксид хрома - пигмент в зеленой краске, грин. И тогда я понял, кто именно расставил свои сети.

- Да, зеленая краска - грин! - Слезы в ее глазах высохли. - Вы оба действительно необыкновенные парни!

- Профессиональные знания! - ответил Джик.

- Расскажите, что произошло? - попросил я. - Со всеми подробностями.

- Мы вышли перед последним заездом, чтобы избежать столпотворения на дороге, и без происшествий доехали до отеля. Я поставил машину. И как только поднялись в номер, в дверь ворвались они…

- Они?

- Да. Втроем. Один из них - Грин. Мы его сразу узнали по твоему рисунку. Второй - парень из Художественного центра. А третий состоял из бицепсов и лохматых бровей, без малейших признаков интеллекта, весь… - Он непроизвольно потер место под сердцем.

- Он ударил тебя? - уточнил я.

- Все произошло слишком быстро, - извиняющимся тоном продолжал Джик. - И тут же они набросились на Сару, заломив ей руки за спину. А потом заявили, что зальют ей глаза скипидаром, если я не приглашу тебя…

- У них был пистолет?

- Нет, только зажигалка… Послушай, ты уж меня прости, дружище. Но, понимаешь, они держали проклятую гигантскую зажигалку с пламенем, как у паяльной лампы, в нескольких дюймах от ее щеки… И я не мог на это смотреть. А тут еще Грин говорит, что они не пощадят ее, если я тебя не позову… Да и не мог же я одолеть сразу всех троих…

- Перестань ты оправдываться! - сказал я.

- Мне ничего не оставалось, как позвонить тебе. Я передал Грину, что ты придешь через десять минут, потому что должен одеться. Но, полагаю, он и сам все слышал, потому что стоял рядом со мной, готовый тут же прервать разговор, если услышит что-нибудь подозрительное. И видел бы ты их лица, когда официант вкатил в номер свою тележку. Бровастый сразу отпустил Сару, парень стоял разинув рот, а зажигалка полыхала, как нефтеперерабатывающий завод.

- Грин сказал, что мы не хотим шампанского и пусть его заберут, - добавила Сара, - но мы с Джиком велели официанту открыть бутылки.

- Прежде чем он открыл первую, начали подходить остальные… и всем наливали шампанское… Комната наполнилась людьми… а Грин с компанией застыли у окна, словно парализованные, так ошеломила их тележка и все люди. А я просто сгреб Сару, и мы рванули мимо них. На выходе я еще успел заметить, как Грин с помощниками стараются пробиться через довольно плотную толпу гостей, добравшихся до дармового шампанского… И сдается мне, перевернутая тележка уборщицы тоже немало посодействовала тому, что мы все успели добежать до лифта.

- Сколько же они гам еще веселились? - поинтересовался я, ухмыляясь.

- Пока играло шампанское.

- Должно быть, они подумали, что ты сумасшедший? - заметила Сара.

- В День кубка всякое может случиться, - возразил я, - да и персонал «Хилтона» не удивишь эксцентричными гостями.

- А если бы у Грина был пистолет? Я криво усмехнулся.

- Ему бы пришлось размахивать им в присутствии достаточного числа свидетелей.

- И все же он мог им воспользоваться.

- Мог бы… Но он был далековато от парадного выхода. - Я прикусил губу. - Э-э… А как он дознался, что я тоже в «Хилтоне»?

Последовала напряженная пауза.

- Я сказала, - наконец призналась Сара не без вызова. - Джик сейчас тебе не все рассказал. Сперва они сказали… нет, Грин сказал… что они сожгут мне лицо, если Джик не откроет, где ты. Он молчал… он был должен… Вот я им и сказала, чтобы он… Кажется, мои слова звучат по-дурацки…

По моему мнению, они звучали необычайно трогательно. Исключительная любовь и глубина понимания. И я улыбнулся ей:

- Значит, сначала они не знали, что я здесь, в отеле?

- Не думаю, - подтвердил Джик, - чтобы они догадались даже, что ты в Мельбурне. Они были ошарашены, когда Сара сказала, что ты наверху. Но, полагаю, они уже знали, что в больнице Алис-Спрингса тебя нет.

- Им известно об ограблении?

- Уверен, что еще нет.

- Как только обнаружат, что исчезло, - усмехнулся я, - с ума сойдут от ярости.

Мы с Джиком избегали догадок относительно того, что было бы, если бы я сразу спустился в их номер, хотя оба знали, что последовало бы за этим. Сару взяли бы заложницей, и мне пришлось бы выйти из отеля и сдаться на милость Грина. Мало вероятно, чтобы они еще раз отпустили меня живым.

- Ужасно хочется есть, - сказал я.

Сара улыбнулась сквозь слезы:

- А когда тебе не хочется?

Мы поели неподалеку в ресторанчике «Приносите с собой», где люди за столами и вокруг нас оживленно переговаривались о том, на кого они ставили на скачках.

- Ох! - воскликнула Сара. - А я забыла!

- О чем?

- О твоем выигрыше. Ты ставил на Хомута.

- Но… - начал я.

- Он бежал под номером одиннадцать.

Она раскрыла сумочку и достала солидную пачку купюр. Несмотря на суматоху в «Хилтоне», ей удалось выйти из опасной ситуации со своей сумочкой, болтающейся на руке. Меня всегда поражала сила инстинкта, с которой женщины держатся за свои сумочки, но в подобном случае это было просто поразительно.

- Вышло сорок против одного! Я поставила на тебя двадцать долларов. Следовательно, ты выиграл восемьсот, и я считаю, что это ужасно несправедливо.

- Давай поделимся, - засмеялся я.

- Ни центом… Откровенно говоря, я думала, что Хомут вообще не имеет никаких шансов, и хотела проучить тебя: проиграешь двадцать и больше никогда не будешь делать ставки так по-дурацки… В принципе, я собиралась поставить только десять долларов.

- Однако я большую часть денег должен Джику за Алис-Спрингс.

- Оставь их себе, - великодушно сказал он. - Потом сочтемся. Порезать бифштекс?

- Пожалуйста, - согласился я.

Он аккуратно нарезал мясо, пододвинул мне тарелку и положил вилку.

- Что еще было на скачках? - спросил я, наколов первый сочный кусочек. - Кого вы там видели еще?

Бифштекс был такой же вкусный, как и красивый на вид, и я сообразил, что, несмотря на все мои травмы, у меня прошло ощущение страшной слабости. И значит, я понемногу прихожу в норму.

- Грина мы там не видели, - ответил Джик. - Парня и Бровастого тоже.

- Зато они не спускали с вас глаз.

- Ты так считаешь? - встревожилась Сара.

- Конечно. Они увидели вас на ипподроме и поехали за вами.

- Боже, - простонал Джик, - а мы их даже не заметили. Движение на шоссе страшное…

- И все двигались черепашьим шагом, - кивнул я. - И если Грин был позади, скажем, машины за три, ты бы его не увидел, а он без труда держал тебя в поле зрения.

- Я подвел тебя, Тодд!