На милость победителя - Лиза Пламли

Через несколько минут Маккензи обернулся и посмотрел, как у нее идут дела. Холли трудилась не покладая рук. Рядом с ней возвышалось доказательство ее стараний — аккуратная кучка кусков линолеума, совок с мусором и пакет от чипсов, набитый обрывками. В радиусе полуметра вокруг нее линолеум был содран.

Холли на корточках оттирала губкой поверхность.

— Мы не собираемся есть на полу, — промолвил Сэм, пытаясь спрятать улыбку. — Сначала сдерем линолеум, а потом примемся за уборку.

Она словно и не слышала.

— Чистота на рабочем месте увеличивает производительность, — ответила Холли, чуть запыхавшись от чрезмерных усилий. В следующее мгновение девушка схватила старое полотенце и вытерла пол насухо. Ее спина соблазнительно двигалась в такт движению полотенца.

Шорты открывали больше, чем скрывали, особенно там, где она вытирала о них влажные руки. Под мягкой и тонкой старой тенниской во время работы призывно колыхалась грудь. У Маккензи перехватило дыхание. Он и впрямь был без ума от нее.

Хлопнув в ладоши, Сэм по очереди посмотрел на Дэвида и Холли.

— Как вы насчет обеда?

Когда никто не ответил, у него приподнялись брови.

— Есть хотите?

— Ну, я сыт, — произнес Дэвид, глядя на пакет с чипсами.

Сэм насупился и вскочил на ноги.

— Тогда ты оставайся и доведи дело до конца, а мы с Холли отправляемся обедать. — Он повернулся к ней: — Желаете переодеться?

Та рассердилась:

— Я только переоделась, забыли? Чем плох мой наряд?

— Ничем, — пожал плечами Сэм. — Я просто подумал, что вам захочется нарядиться во что-то более… э… во что-то более подходящее.

Что-то, не притягивающее взоры.

— Вы говорите как Брэд, — заметила девушка, с трудом вставая на ноги на скользком линолеуме. Она помахала пальцем перед лицом Маккензи. — Мне надоели мужчины, которые указывают, что мне делать, что носить и на кого смотреть, ясно?

Сэм отпрянул назад, более испуганный неожиданным проявлением ее темперамента, нежели тыкающим в него пальцем с длинным розовым ногтем. По всей видимости, он затронул больное место, упомянув про подходящий наряд. В будущем ему не хотелось повторять подобного промаха.

— Я буду поступать, как пожелаю, — повысив голос, говорила девушка. — Захочу танцевать голой на собственном полу, в собственной кухне, в собственном доме, и станцую! И вы мне не помеха!

— А может, он тоже захочет? — встрял ухмыляющийся Дэвид. Холли швырнула в него мокрую губку.

Она рвалась в бой. Девушка бросила на Сэма такой взгляд, словно мысленно закатывала рукава: победитель готов к следующему бою.

Маккензи, сдаваясь, поднял руки вверх.

— Ладно. Носите что вам угодно.

— Вот так-то, — заключила Холли.

Ему не удалось заставить ее переодеться. Придется признать собственное поражение. Быть может, если они окажутся в каком-нибудь темном закоулке… Проклятие, он ведь взрослый мужчина! Но, взглянув на нее в шортах, он представил Холли на сеновале и опустил глаза.

В коридоре девушка остановилась, держа в руке ключи.

— Ну что, ребята, едете или нет?

Сэм утвердительно кивнул.

— На моей машине, — сказала она, когда Маккензи и Дэвид направились к входной двери.

Холли гордо выпрямилась, щеки у нее раскраснелись. Девушка явно была довольна собой. Несмотря ни на что, Сэм радовался за нее. Пожалуй, в ее планах на будущее появилась маленькая трещина.

Холли хотелось высечь себя за предложение поехать в ее автомобиле. Обрадовавшись, что взяла верх над Сэмом, она забыла: обедать они отправляются втроем — на одного человека больше, чем могло втиснуться в ее двухместный кабриолет.

К их чести, ни Сэм, ни Дэвид не указали на ее ошибку, а просто забрались в старенький грузовичок Маккензи. Сэм сел за руль, Холли устроилась посередине широкого сиденья, а Дэвида придавили к двери. Чтобы ему было удобнее, девушка чуть подвинулась к Сэму.

Грузовичок походил на своего хозяина — большой, грязный, однако в прекрасном рабочем состоянии. Когда Сэм включил зажигание, мотор заурчал тихо, как у роскошного спортивного автомобиля. Стереосистема же работала лучше, чем та, которой так грубо завладел Брэд после их разрыва.

Сэм вопросительно приподнял брови: устраивает ли ее найденная радиостанция. Холли довольно кивнула, удивляясь, что он счел нужным у нее справиться. Она бы, вероятно, так не поступила. Со дня их встречи Маккензи старался ей угодить, порадовать ее. В последнем он уж точно не походил на Брэда. Вздрогнув, девушка принялась разглядывать грузовичок. Во всяком случае, не стоит думать об их отношениях.

Внезапно прикосновение теплой ладони Сэма к ее обнаженному бедру прервало течение мысли. Она посмотрела вниз. Его рука скользнула дальше вдоль внутренней части бедра к колену, немного задержалась, а затем… он схватил рычаг переключателя скоростей. Он находился прямо у нее между ногами.

Их взгляды встретились.

— Простите, — промолвил Маккензи. — Надеюсь, я не причинил вам излишнего неудобства.

Его поблескивающие глаза говорили, что он не очень-то сожалеет. Пытаясь оставить последнее слово за собой, Холли пожала плечами.

— Если вам удобно, — сказала она, — то я потерплю.

Он погладил ей бедро большим пальцем.

— Я запомню, — подмигнув, пообещал Сэм и тронул машину с места.

«Сэм и список покупок в бакалейном магазине прочтет с эротическим подтекстом», — подумала Холли. Она не понимала, как ему это удается. «Быть может, и ты не прочь овладеть этим искусством, — заметил внутренний голос. — Пожалуй, ты желаешь принадлежать ему».

Девушка прогнала эту мысль и, когда они въехали в город, проявила интерес к местной архитектуре.

Она старалась не вспоминать тот жадный взгляд, который бросил на нее Сэм сегодня утром, когда до него дошло, что под пальто у нее почти ничего нет. Она пыталась забыть, как соприкасались их тела, старалась не оживлять в памяти их страстные поцелуи.

Кого она дурачит?

Холли вздохнула. Больше всего ей хотелось быть рядом с Сэмом. Остальные желания где-то потерялись. Она еще точно помнила, что считала Брэда своей парой и благоразумно хотела выйти за него. Девушка полагала, что он идеальный мужчина и с ним не страшно будет пройти по жизни рука об руку.

И вдруг все ее будущее покрылось густым туманом.

Холли не желала терпеть неудачу, но так случится, если ей не удастся вернуть Брэда. Провал. Она, пожалуй, ускорила его, поставив перед ним конечный срок. Девушка и подумать не могла о ком-то другом. Ей не хотелось повторить судьбу разведенной матери — стать одинокой женщиной. Одинокой… и с привкусом горечи. Холли была уверена, что большая страстная любовь ведет только к разочарованию.