Убийственный аргумент - Андрей Костин

Рассказывает он

Митрофаныч утопал в мягком кожаном сиденьи лимузина. От шофера нас отделяла прозрачная перегородка с раздвижным окошком.

- Я тут кое-что прихватил на дорогу, - он порылся в целлофановом пакете, который стоял у наших ног, выудил бутылку светлого рома "Баккарди" и банку кока-колы.

Открыл банку, сделал несколько глотков, а потом долил туда ром.

- Хочешь побаловаться? - предложил он, - А вот я иногда люблю побаловаться.

Язык у него уже слегка заплетался.

- Как ты раскусил, что эти стирки фартовые будут? - спросил он. - Я ведь когда колоду заряжал, как думал: если сразу на своей игре банк сорву, Шамиль меня живым не выпустит. А так - он сам откажется на четверть лимона рисковать. Какой дурак такие деньги на карты поставит?

- Я оказался этим дураком, - пнул ногой стоявшую на полу сумку с деньгами.

- Ну ничего, - теперь он приложился прямо к горлышку бутылки. - Как с этого американца денежки на мой счет потекут, куплю себе домик на берегу моря. Средиземного, - пояснил Митрофаныч. - Или в Монте-Карло. Маруху такую заведу, чтобы с ней в светском обществе прилично было. К примеру - референтшу, которая у Олега работает. А что - все при ней, культурная, и языки знает. И в постели, наверное... Эти маленькие, знаешь, в постели какие верткие!

Мне не хотелось, чтобы он развивал эту тему.

- Как убили Федоренко? - спросил я. - Чего теперь от меня скрывать?

- Зашли в кабинет, я и выстрелил ему прямо в сердце. Не знаю, в какой желудочек попал - в правый или левый. Может, в оба сразу.

- А что сделали с телом?

- Сначала, Вадим предложил, хотели его прямо в ресторан оттащить. Что, удивлен? Я тоже, когда он сказал, решил, что рехнулся. А на самом деле все просто. Дали одному наркоше пистолет - этот придурок давно у меня на примете был - и послали в зал, чтобы он поблизости от столика, который Федоренко заказал, устроил пальбу. Все бы на пол попадали, кое-кому, скорее всего, не повезло бы. Когда раненых или убитых стали бы выносить, среди них и Федоренко бы оказался. Мы бы его под шумок втащили и где-нибудь там бросили. А наркошу один мой человек пристрелил бы. При самообороне.

- Светлоглазый такой.

- Он, он. Да ты же его знаешь, - Митрофаныч нехорошо ухмыльнулся. - Кстати, он впереди нас едет. Будет там, в пансионате, для подстраховки.

- С бойней в ресторане не получилось. Что же вы тогда предприняли?

- А, не знаю, - он махнул рукой. - Вадим куда-то труп увез.

- Но пальто осталось в гардеробе... Поэтому-то ты и угрожал мне и моей жене по телефону?

- Про пальто в суматохе забыли, а когда ты его обнаружил, я и решил припугнуть. Хотел тебя вообще убрать, но Шамиль сказал, что тебе как-то удалось выкрутиться. А потом и Вадим посоветовал тебя не мочить, так как ты тот самый парень, которого мы могли бы подставить вместо наркомана.

- А почему так надо было - кого-нибудь подставить?

- Тут все дело в контракте. Ну, который с американцем заключили. В случае смерти одного из нас, имущество переходит партнерам. Менты бы сразу просекли, кому выгоднее всего убить Федоренко.

- Подожди. Если он мертв, то...

- Все принадлежит мне... ну, и этому, Стэндапу. Я бы этого американца вообще в расчет не брал бы, но Олег сказал - так надо. Мол, равные права у всех партнеров, а то ихняя полиция и адвокаты подкопаться могут. А так - мы все наши капиталы вроде вместе складываем, и совместно владеем. А догадываешься, кто владеть-то теперь будет на самом деле? Я этому Стэндапу пикнуть не дам. Чуть что - а пожизненного за шпионаж не хочешь?

- Хорошая вещь, из натуральной оленьей шкуры, - он наклонился, ощупал сумку с деньгами, которая стояла у моих ног.

- Дорого стоит.

- Мне ее Шамиль дал, чтоб деньги везти.

- Вот широкая душа, - хохотнул Митрофаныч. - Любит пыль в глаза пустить. Смотри, а тут в боковом кармане какая-то коробочка, - он продолжал ощупывать сумку, словно это была любимая женщина. - А молния сломана. Не достать коробочку... Похожа на пачку сигарет.

- Так, наверное, оно и есть, - согласился я.

- Вот вот, стал бы Шамиль целую сумку отдавать, жди, - он запрокинул бутылку и в свете фар идущей сзади машины я наблюдал, как убывает жидкость, словно воронкой всасывается вода в ванной.

- Эта машина сзади, она тебя не зае... - конкретно выразился будущий завсегдатай светского общества Монте-Карло..

Мы проехали под мостом МКАД.

- Сзади все время едут какие-нибудь машины, - заметил я.

- Нет, эта за нами уже давно, - он покачал головой.

Выехав из города, мы увеличили скорость и теперь летели под сто двадцать. Мне не очень нравилась такая гонка, особенно после недавней аварии. Я оглянулся и посмотрел через заднее стекло.

Фары следовали за нами на том же расстоянии.

Митрофаныч потянулся вперед, отодвинул окошко, отделявшее нас от водителя.

- Оторвись от этих, - сказал он.

- Дорога плохая, - возразил шофер.

- Сколько у меня в месяц получаешь? Вот я тебе еще столько

же заплачу, если оторвешься.

Мы ехали на тяжелой большой машине. Но мне казалось, я чувствую, как отрываются от асфальта шины и автомобиль становится неуправляемым. Оглянулся. Расстояние между нами и преследовавшей машиной сократилось. Теперь я понимал, что нас "ведут". Иначе какому сумасшедшему придет в голову так гнать по ночной зимней дороге?

* * *

- Кто-то из наших партнеров по картам решил, что нам повезло больше, чем мы заслуживаем, - хмуро произнес Митрофаныч. - Но только ничего у них не выйдет...

- Они и так нам ничего не сделают, - по голосу чувствовалось, водитель напуган. - У нас большая машина. Не так-то просто будет столкнуть ее в кювет.

- А если не прибавишь, я тебе башку снесу, - возразил Митрофаныч.

Фары неожиданно вильнули влево и машина поравнялась с нами.

Это была черная иномарка. И я знал ее владельца.

- Держи, - я достал пистолет и протянул его за ствол Митрофанычу, - они заходят с твоей стороны...

В идущей вровень с нами машине опустилось боковое стекло, и я увидел ствол автомата. И еще мне показалось, я вижу глаза, ищущие точку прицела...

- Ложись! - крикнул я, резко наклонившись вниз.

Сразу же раздались выстрелы, и я слышал, как стучат,

наталкиваясь на твердое, пули. Что-то бухнуло, словно взорвалось, в салоне. Машину рвануло влево, заскрипели, как ногтем по стеклу, бока прижавшихся друг к другу автомобилей.

Мгновением позже - яркая вспышка фар где-то уже позади.

- Я в него попал, я в него попал! - возбужденно закричал Митрофаныч.

Остро пахло порохам. Боковое стекло сплошь покрылось паутиной трещинок, сквозь которое зияли аккуратные пулевые отверстия. Поднимаясь с пола, я оперся рукой и почувствовал под ладонью что-то твердое. Это была пуля из пистолета. Так и не пробив бронированное стекло, она только пометалась, рикошетируя, по салону.

- Надо было окно опустить, - сказал я. - А то бы угробил нас всех.

- Но ведь они прошили машину навылет? - Митрофаныч ткнул пальцем в сквозные отверстия.

- Они стреляли из "калашника" - сказал водитель. Голос его был по-мальчишески звонкий, - Мне удалось столкнуть их в кювет. Это задержит, но ненадолго.

- Может, съехать в сторону, погасить огни? Они проедут мимо, нас не заметят, - предложил Митрофаныч.

- Снег глубокий, увязнем, - возразил парень. - Держитесь, минут через пятнадцать будем на месте. Может, успеем раньше их.

Мне не очень понравилось это "может". Следующие четверть часа напоминали аттракцион "американские горки". Дорога то проваливалась где-то под нами, то взмывала вверх. Резких поворотов не было, и водила в общем неплохо справлялся с управлением, однако начинало казаться, что эта безумная гонка окончится только когда мы сорвемся с трассы и закрутимся где-то по откосу.

- Сзади, - сказал Митрофаныч, оглядываясь через плечо. - Их машина метрах в ста позади. Я только что видел их фары за поворотом...

- Мы уже приехали, - сказал парень почти весело. - Видите ворота?

Он засигналил, и охранник поспешил опустить натянутую цепь. Мы медленно въехали во двор и остановились у освещенного подъезда.

- Поставлю свечку, - хмыкнул Митрофаныч. - А то, может, и часовенку какую построю... А пистолет я тебе, парень, пока не отдам, - он лукаво посмотрел на меня, потом на стоявшую у ног сумку с деньгами.

Я повел плечами до хруста и выпрямил нывшую спину. Хотелось глубоко вздохнуть и вытереть пот со лба. Полез за платком и машинально оглянулся, чтобы проверить, надежно ли отгородили нас ворота от преследователей...

Это произошло в одно мгновение. Только увидел знакомые фары, еще увидел, как отскочил, уворачиваясь от бампера охранник, лопнула, щелкнув бичом, перегораживающая въезд цепь. Черная машина влетела во двор, поливая из окон автоматным огнем.

Наверное, это мгновение меня и спасло. Я повалился на пол, слыша выстрелы и как осыпаются разбитые бронированные стекла.

Выстрелы звучали, казалось, отовсюду. В треск автоматных очередей вплеталось глухое буханье дробовиков. Я понял, что завязалась перестрелка, и охранники отвечают огнем на очереди из лимузина.