Не замужем. Секс, любовь и семья за пределами брака - Анна Шадрина

В белорусском парламенте в 2011 году обсуждалась перспектива лишения доступа к вспомогательным репродуктивным технологиям незамужних женщин, а в 2012 году законодательным органам было предложено рассмотреть возможность введения запрета на аборты.

В 2011 году в московском метро был проведен флешмоб: сотни пенсионеров в накидках с надписями «Что-то не так? Рожайте!» заняли все сидячие места в поездах кольцевой ветки.

Целью акции было привлечь внимание к проблеме низкой рождаемости и призвать жителей столицы улучшать демографическую ситуацию в России. Организаторы флешмоба так прокомментировали это событие:

Сегодня мода на детей прошла. Молодежь ориентируется на карьеру, для нее деньги – главная ценность. Но мы, как прожившие целую жизнь люди, уверяем, что самое главное богатство – это дети.

Манипулятивность данного послания состоит в том, что, обвиняя людей репродуктивного возраста в ориентированности на карьеру и «деньги», авторы флешмоба «забывают» о «других деньгах» – на обеспечение жизнедеятельности и воспитание детей.

При этом социологи считают, что с экономической точки зрения дети в современном обществе в большей степени «выгодны» не отдельным людям, а государству[180].

Во-первых, как уже ранее отмечалось, пенсия и социальная поддержка обеспечивают удовлетворение минимальных нужд в пожилом возрасте. Во-вторых, ослабевает норма содержания детьми своих родителей в старости. В-третьих, меры государственной поддержки хотя и облегчают материальное бремя семьи, но заметной роли при решении о приобретении жилья или о рождении ребенка не играют. Суммы пособий не сопоставимы с затратами на воспитание детей[181].

Министерство сельского хозяйства США опубликовало доклад, согласно которому воспитание детей от рождения и до 18 лет в 2012 году подорожало на 3,5 % по сравнению с предыдущим годом. Чтобы вырастить ребенка, родившегося в 2012 году, родителям потребуется в среднем 234 900 долларов. В эту сумму входят расходы на образование (кроме учебы в колледже), медицинское обслуживание, питание и транспорт[182].

Американский исследователь Филип Лонгман в книге «Пустая колыбель: как падающий коэффициент рождаемости угрожает мировому процветанию и что с этим делать» отмечает, что текущий демографический тренд связан с финансами. Люди могут позволить себе заботиться о меньшем количестве детей, чем хотят.

Согласно расчетам Лонгмана, если к постоянно растущей стоимости ухода за ребенком прибавить те деньги, которые не смогут заработать американцы, имеющие семейные обязанности, радость родительства выливается в миллион долларов[183].

По данным исследования, проведенного Медпортал.ру, ежемесячный расход на содержание младенца до года в России составляет от 5000 рублей, не включая крупных приобретений, вроде кроватки или коляски.

Дошкольники обходятся приблизительно во столько же, без учета расходов на развлечения и дополнительное образование. Чтобы заботиться о ребенке младшего школьного возраста, требуется сумма от 9000 рублей.

Приблизительно столько же тратят родители старшеклассников, но подготовка учащихся к поступлению в вуз потребует ежемесячных дополнительных вливаний, вдвое превышающих «базовые» расходы[184].

Забота о ребенке выливается в серьезные затраты и требует стабильного источника доходов. Необходимо учитывать также и расходы на поддержание жизнедеятельности ответственных взрослых и нередко стоимость услуг няни. Таким образом, в отсутствие жизненного партнера или иной поддержки экономический фактор оказывает существенное влияние на репродуктивное решение.

Согласно данным, которые приводит The New York Times, американские семьи с одним родителем имеют значительно меньше средств на внеклассное развитие и хорошее образование для детей[185].

Меньше социальных возможностей и у самих родителей. Несколько лет назад я принимала участие в международном семинаре «Существует ли феминизм в наши дни». Среди участниц была коллега, приехавшая с двухлетней дочерью.

Нанять няню не было возможности, поэтому она приводила ребенка на лекции. Живая и подвижная девочка привлекала к себе много внимания, практически срывая занятия, в результате чего разгорелась дискуссия.

С одной стороны, участницы и лекторы ехали издалека и рассчитывали на серьезную работу, которая не складывалась из-за непоседливого ребенка. С другой – феминистский семинар и затевался с целью привлечения внимания к социальным проблемам, таким, например, как возможность участия в общественной жизни матерей маленьких детей.

Эта ситуация, которую удалось урегулировать однократно – был найден доброволец, согласившийся «посидеть» с ребенком на время лекций, – красноречиво показала, что проблема совмещения родительства и других жизненных приоритетов полностью находится в зоне ответственности матери.

Еще несколько десятилетий назад деторождение являлось бесспорной целью для абсолютного большинства советских женщин. В наши дни в связи с изменившимися экономическими условиями даже первого ребенка не рожают автоматически[186].

Однако новые социальные обстоятельства не учитываются при формировании демографической политики.

В наши дни демографы присматриваются к новому социальному феномену – добровольной бездетности. Специалисты считают, что это явление стало возможным и широко распространилось на основе «контрацептивной революции»[187].

Постсоветская пресса оценивает однозначно негативно опыт людей, чьи жизненные планы не включают родительство:

Чайлдфри, кто не в курсе, – это люди, которые не желают размножаться. В принципе. Наотрез. Это такая новомодная «философия». Программа за программой, статья за статьей «свободные от детей» поступательно наращивают экспансию на информационное пространство.

И даже одерживают первые победы, лишая публику и самообладания, и дара речи. Вот-вот зашевелится червячок сомнения: есть ли вообще материнский инстинкт? Итак, материнский инстинкт, как и гравитацию, мы не можем отменить. Почему тогда от него открещиваются? Психиатры знают, что искажение инстинктов говорит о глубине поражения психики и ухудшает прогноз заболевания.

Мы это наблюдаем у больных шизофренией или психопатией. Так что настроения чайлдфри – сигнал очень тревожный, прежде всего для самих идеологов движения[188].

Мотивы добровольной бездетности могут быть разные – от страха перед физическими аспектами воспроизводства и нелюбви к детям до финансовой неуверенности и реализации жизненных ценностей в других сферах жизни[189].

Но массовая печать, ориентируясь на достижение драматического эффекта при обращении к теме чайлдфри, не принимает во внимание ни многообразия персональных факторов, ни социальных условий, влияющих на принятие репродуктивного решения.

Отказ от родительства описывается в терминах психопатологии, но у бездетной женщины нет и права «хотеть ребенка слишком сильно».

Российский социолог Ольга Исупова, исследуя, как в популярном воображении конструируется отношение к «искусственным» способам зачатия, отмечает, что «слишком сильное желание» родить паталогизируется, как и отсутствие желания рожать.

С точки зрения «здравого смысла» аномальными считаются добровольно бездетные, многодетные и те, у которых не получается зачать легко и естественно, но они все равно хотят «размножиться».

Исупова показывает, что в массовом сознании степень враждебности к людям, которые прибегают ко вспомогательным репродуктивным технологиям, с годами становится меньше, но ее место занимает настороженность[190].

Если описание бездетности граничит с «заболеванием» и обозначается в терминах психиатрии, то «одиночному» материнству приписывается такой антиобщественный порок, как эгоизм:

Была одинока? Всю жизнь мечтала о ребенке? Возможно. Но мне почему-то кажется, что движущая сила всей этой истории – эгоизм. Причем явление под названием «родить ребенка для себя» сегодня обретает массовый характер.

Тенденция, конечно, не новая. Такие мысли были и у советских женщин. Помните фильм «Ребенок к ноябрю», в котором героиня подыскивала кандидатуру отца для будущего ребенка среди незнакомцев? Но в последние годы желание родить для себя возводится в культ. Мол, мужчин для создания семьи на всех не хватает.

Моя знакомая, отчаявшись выйти замуж, когда ей перевалило за 30, поставила себе цель – во что бы то ни стало родить ребенка. Кто будет отцом, для нее было неважно. Главный критерий – здоровый и внешне более-менее терпимый. Женатый или холостой – не имеет значения, ведь семью с ним создавать она не собиралась.