Хрустальная колыбель - Сергей Юрьев

– Если хочешь увидеть меня, постарайся покрепче заснуть, – сказал кто-то очень знакомый. Олф был уверен, что этот голос он уже слышал где-то, и не раз.

– Кто ты?

– А ты вспомни.

– Ну хватит со мной шутки шутить! – Олф вовсе не верил в реальность происходящего, но вдруг ясно ощутил, что попытки покинуть этот сон ни к чему не приведут. – Кто бы ты ни был, покажись или отстань от меня.

В стене открылась маленькая незаметная калитка, и хотя она выглядела проржавевшей насквозь, петли даже не скрипнули. К тому же Олф мог бы поклясться, что мгновение назад её здесь не было. В тёмном проёме стоял человек в рясе, с тяжёлым мечом в простых кожаных ножнах. Эрл Бранборг, бывший лорд Холм-Дола, передавший корону сыну, чтобы стать Служителем. Как он-то здесь оказался?

– Как вы-то здесь оказались, мой лорд?

– Твой лорд – мой сын, – поправил его Бранборг-старший. – А ты хоть знаешь, где мы находимся?

– Как не знать – во сне, где же ещё! – ответил Олф, хотя и не был уверен в том, что прав. Те редкие сны, которые ему запомнились, лишь возвращали его в гущу какой-нибудь битвы или к тем невообразимо далёким временам, когда он знал о войнах лишь со слов сказителей, из песен лирников.

– Сон – странствие души… – Эрл жестом пригласил Олфа следовать за собой и скрылся в темноте дверного проёма.

– Нет, мой… господин, моя душа не хочет странствовать слишком далеко, потому что её хозяину нужно вовремя проснуться. – Олф был уверен: чем бы там ни было намазано, а в прогулку по сонному миру он не отправится ни за что. Всё это ведовство, ворожба, пусть даже Откровение – не для него…

Он не сделал ни шагу, но спина служителя неожиданно оказалась рядом, а под босыми ступнями – каменный пол длинного тёмного коридора.

– Там, где мы только что были, не лучшее место для бесед, мой славный Олф. – Силуэт Служителя маячил впереди, а голос звучал откуда-то сбоку. – Ясно: ты просто не веришь, что я – это действительно я. Но мне некогда убеждать тебя. Времени до рассвета почти не осталось, а я должен многое тебе сказать.

– А что б вам просто так не появиться, по-человечески… Я же гонца отправлял!

Коридор кончился, и они оказались на краю рва, заполненного небесной голубизной и клочьями облаков. Позади оставалась всё та же стена, только проём, из которого они только что вышли, исчез, как будто его и не было. Служитель Эрл Бранборг, точнее, его дух, находящийся в странствии, молча присел на скальный выступ, висящий над пропастью, заполненной небом.

– Садись рядом, Олф, – предложил он, оглянувшись, но бывший начальник ночной стражи продолжал стоять за его спиной. – Что я должен сделать, чтобы ты поверил, что я – это я?

– Ничего, – отозвался Олф. – Вот когда проснусь, тогда и решу, верить или не верить. У нас тут такое было, что ни глазам, ни ушам своим после этого верить не хочется, а снам – тем более.

– Ну, хорошо… Мне ведь только и надо, чтобы ты меня выслушал… – Бывший лорд уже смотрел на облака, плывущие под ногами. – Помнишь, Олф, как удалось одолеть Мороха возле Узилища Гордых Духов?

– Вы хотели мне что-то рассказать, а сами вопросы задаёте.

– Ответь. Мне будет проще объяснить тебе всё, что надо, если ты сам начнёшь.

– Ну… – Олф помолчал, припоминая события пятилетней давности. – Ну, одолели мы меченосцев, которые были мертвецами ходячими. Сначала. А потом от Святителя Геранта мне передали, что он знает, как попасть в самое логово. Да вы и так всё знаете…

– Дальше?

– А потом мы как-то перенеслись в Цаор, то место на севере, где они мертвяков вроде как оживляли и ковали им мечи. И ещё там была ихняя жертвенная чаша, и она горела холодным пламенем. А Герант сказал, будто пламя то пожирает тепло земли и проникает в самое Несотворённое пространство. Мы его серебром погасили. Всё, что с собой было, перекидали… А потом Святитель Герант ступил на чашу и исчез. Ну, мы все – за ним. Так и свалились прямо на Мороха этого. Только сперва на него наше серебро посыпалось, а нечисть, сами знаете, серебро не любит, вот он и издох.

– А теперь слушай меня, – прервал Эрл Бранборг его рассказ. – Не серебро тогда убило Мороха. Не серебро… Морох – это не оборотень, с ним так легко не справиться. Просто тогда вы внезапно появились в его владениях, и у каждого из вас было одно желание – чтобы он сгинул. Серебряный дождь лишь оглушил его, рассеял его плоть, но ему ничего не стоило взять себе другое тело или собрать из ошмётков прежнее. Вы хотели, чтобы он сгинул, а вокруг было Несотворённое пространство, место, где любая воля, любое желание мгновенно становится реальностью. Морох был оглушён серебряным дождём, и он не смог, не успел противопоставить свою волю вашей. И запомни ещё одно: Морох не убит. Смерти вообще не существует, есть лишь странствие по бесчисленным мирам. Есть миры любви и миры страха, миры счастья и миры страданий… Мироздание безбрежно, путь ввысь может быть бесконечен, но у него есть дно, то место, куда низвергнуты Гордые Духи. Но всем оставлена надежда на лучшее.

– Зачем вы мне это говорите? – Теперь Олф почему-то почти поверил, что перед ним его бывший господин.

– Затем, мой славный Олф, что скоро нам предстоит новая битва. Возможно, дело и не дойдёт до столкновений огромных армий. Может быть, большинство людей и не заметит, что в мире что-то произошло. А если и заметит, то не сразу… Важно одно: каким бы мерзким, подлым и страшным ни казался тебе враг, постарайся усмирить свой гнев, свой страх, своё отчаянье и свою ненависть. Всё это – лишь пища для тех, кто нам сейчас противостоит.

– Когда это я чего-то боялся? – искренне изумился Олф.

– Я говорю не только о страхе и не только о тебе.

Олф посмотрел на облака, клубящиеся под ногами бывшего лорда, потом оглянулся на стену, которая высилась за спиной, надеясь, что вот-вот откроется выход, путь к пробуждению.

– Чтобы вернуться, не обязательно оглядываться назад, – сообщил Служитель Эрл. – Скоро тебя разбудят. Если хочешь о чём-то спросить…

– Куда Юм подевался? Что с ним? – Этот вопрос давно вертелся у Олфа на языке, но он не решался перебить своего лорда, пусть даже бывшего.

– Единственное, что я знаю – он жив. Если бы его не стало, я бы почувствовал.

– Почему до сих пор не вернулись мои гонцы? Почему Служители не идут мне на помощь? Почему нет ответа от лорда Фертина?

– Дружина Храма сейчас идёт к границам владений Тарла, но туда, где нас не ждут. А Фертин погряз в войне с прибрежными варварами. Он сможет прийти на помощь, только если заключит с ними скверное перемирие, которое они обязательно нарушат.

– Что же мне делать?

– Ты уже поверил, что я – это я?

– Когда проснусь – может быть.

– Вот когда проснёшься, и решишь, что тебе делать. Я верю, что не ошибёшься.

Облака начали подниматься из бездонного рва, постепенно сгущаясь. Вот уже пропал из виду Служитель Эрл, и стена начала медленно таять в серебристой дымке.

Что это было? А может, и не было ничего? Сны они и есть сны, лучше бы их не видеть… Значит, не поддаваться гневу, не испытывать ненависти… Когда разрубаешь врага напополам, возлюби обе его половинки! Они нуждаются в утешении и покаянии… Странно всё это. Если придётся свидеться, надо будет спросить… Хотя, может, и сам Служитель Бранборг не ведает, чем занят дух его, пока сам он спит. Ясности не прибавилось, сомнений не убавилось, только облака превратились в туман, от которого становилось всё холоднее.

– Олф! Да проснись же ты! – Герольд тряс его за плечо, держа свободной рукой горящий светильник.

– Что? Началось? – Олф уже схватился за рукоять меча, лежавшего рядом.

– Да нет. Тут к нам гости явились. Выходи, встречай. – Тоом почему-то загадочно улыбался. Видимо, впервые за долгое время произошло нечто такое, чему можно и порадоваться.

– Да кто там?

– Сольвей пришла, ведунья…

– Ей же нельзя.

– Ей нельзя туда, где лорд. А его здесь пока нет.

Олф засунул ноги в сапоги, плеснул на лицо водой из глиняной плошки и торопливо вышел из-под навеса.

Она стояла в окружении нескольких воинов, сжимающих в руках горящие факелы. За те пять лет, что прошли с того дня, как Сольвей покинула Холм-Дол, она совсем не изменилась – то же юное нежное лицо, стройная фигура, которую не мог скрыть даже дорожный балахон ведуньи… Только в глазах пляшут отблески пылающих факелов, и от этого кажется, что вот-вот из-под век выкатится пара огненных слезинок.

– Я подумала, что сумею чем-то помочь. – Голос её прозвучал одновременно виновато и решительно. – Когда он вернётся, я уйду.

– Да, Сольвей, ты уйдёшь… – Олф направился к ведунье, остановился в полушаге от неё и добавил шёпотом: – Но сначала пусть он вернётся.

Глава 2

Многие события кажутся нам чудовищными лишь потому, что мы не понимаем их сути, истинных причин и последствий. По тем же причинам нас порой не страшит то, что действительно чудовищно.