Врачебная тайна - Галина Романова

Если наблюдатель ей мог привидеться, как он уверял ее, то уж слуховыми галлюцинациями она точно не страдала. И детализацию своего счета запросит предварительно. Чтобы уж наверняка доказать, что звонок имел место быть.

– Так что успокойся, Гера, – закончила она вслух, но, кажется, он даже не слышал ее. – Эй, чего притих, Гера? Все в порядке?

– Черт его знает, милая. – Он дернул крутыми плечами под тонкой дорогой курткой. – Сейчас вот сижу и анализирую все, что происходило вокруг меня в последние дни.

– И?

– И знаешь, кажется, что что-то не так.

– Что именно?

Алла закатила глаза. Он на что намекает, засранец? На разлом в их отношениях? Хочет лишить ее романтического свидания с перепугу?

– Мне кажется, что я несколько раз видел около себя одного и того же человека, – закончил он совсем не так, как она ожидала.

– То есть?!

Алла резко повернулась к нему, зацепилась капюшоном за подголовник и снова сделалась злой и неприятной даже самой себе. Может, старость именно так и подкрадется, а?

– Я же говорю, что несколько раз видел возле себя одного и того же человека… мне кажется.

– Так кажется или видел?!

– Не уверен. Но будто мелькало какое-то лицо.

– Какое?!

И она тут же, будто тот человек сидел сейчас перед ней на автомобильной панели, явственно увидала невысокую сутулую фигуру в кепке с козырьком в пол-лица.

– Назови мне приметы этого лица, которое мелькало перед тобой, юноша! – застонала Алла и тряхнула любовника за рукав куртки. – Сколько можно тащить из тебя по слову?! Маленький, худой, сутулый? Кепка, очки, курточка?

Она перечислила именно те приметы, о которых было известно ей, ее Ваньке точно и еще Зайцеву. Если сейчас Геральд утвердительно кивнет, значит, Ванька и за Геральдом отправлял слежку, не только за ней.

Но, удивительно, Геральд не кивнул, он выпучил на нее глазищи в обрамлении густых темных ресниц и замотал отрицательно головой:

– Нет, что ты! Все мимо. Это был… Это была девушка.

– Девушка?!

Алла ахнула и привалилась к спинке сиденья и тут же подумала, что сегодняшней собеседницей ее запросто могла быть девушка. Голос искажен, угадать трудно. Но это не значило, что девушка не могла так изловчиться.

– Да, точно девушка. Лицо не особо отчетливо видел. Она либо наклонялась, либо отворачивалась. Но вот волосы…

– Что – волосы? – ревниво покосилась на него Алла, когда Геральд плавным движением указал, как лежали длинные волосы на плечах его наблюдательницы.

Она длинных волос не носила никогда. Они ее напрягали, да и – если честно – не обладали той густотой и красотой, которая необходима была для шикарных локонов.

– Длинные такие, светлые, – вспоминал между тем Геральд с отсутствующим взглядом.

– Девица худая, жирная? – нарочито небрежно поинтересовалась Алла, пытаясь пододвинуть ее к комплекции того, кто бегал за ней.

– Нет, она не худая и не жирная. Нормально сложена.

– Высокая? Или низкорослая? – дернула последнюю карту Алла.

– Высокая? Да… Скорее да, чем нет. Может, конечно, она и не за мной ходила. Может, мне показалось просто. Или паранойя развилась после случая с этим бугаем.

– Каким бугаем?

– Ну… Помнишь историю с пальцами? Парень попал под ампутацию. И приходил ко мне с разборками. Орал на весь коридор! – пожаловался Геральд, сворачивая в арку к своему дому.

– А ты бы не орал, если бы по чьей-то вине тебе пальцы оттяпали? – поддела Алла, пусть не воображает из себя ничего.

– Ладно тебе, Алусик. Я-то при чем? – Он снова надул губы по-детски и промолчал до самой стоянки. Но потом снова вспомнил про ту девушку, которую несколько раз видел в непосредственной от себя близости. – Знаешь, мне даже как-то показалось, что я видел ее с ним.

– Кого? Где? С кем?

Алла полезла из машины, не дожидаясь, пока молодой любовник обежит машину и подаст ей руку. Ей порядком надоел этот разговор про угрозы, слежки. Она бы сейчас с удовольствием покушала, а потом с не меньшим удовольствием разделась бы догола.

– Мне показалось, что я видел эту девушку с тем бугаем, – бубнил ей в спину Геральд, едва поспевая за ней к подъезду.

– Где, боже мой? Где?! – Она быстро набрала дверной код, потянула на себя тяжелую, но податливую дверь, потом втянула в подъезд любовника за воротник куртки. – Где ты мог их вместе видеть?

– В нашей больничке, Алусик.

– И что с того?

Она подтолкнула его к лифту, нажала кнопку вызова, двери как по волшебству распахнулись, они вошли внутрь. Геральд посмотрел на нее заискивающе, она его взгляд не угадала, да и не старалась. То ли поддержки ищет, то ли ее понимания. Что, впрочем, одно другого не исключало.

– И что с того? – Алла приподняла низ его куртки, положила руку на ширинку. – И что, Гера?

– Ну… – Его взгляд заметался, дыхание участилось. Но руку ее он вдруг убрал и куртку опустил. – Знаешь, как-то не по себе стало. Сначала этот бугай орет на меня, угрожает. Потом я вижу его с девушкой, они, кстати, весьма мирно беседовали у окна в вестибюле. Потом я вижу эту девушку неоднократно за своей спиной. Скажи, странно?

– Не скажу, – грудным голосом пропела Алла, поймав себя на том, что ей очень хочется сейчас дотронуться до его наготы, но при условии, что он замолчит и перестанет канючить. Не за тем она здесь, не за тем. – Они могли просто разговаривать, могли просто случайно наводить справки какие-нибудь. И вот как они случайно столкнулись в нашем вестибюле, так и ты с ней сталкивался несколько раз. Тоже случайно. Может, она живет где-то неподалеку. Господи, Геральд, знаешь этих «может» сколько может быть?

– Хорошо, если так. – Он шагнул на лестничную клетку из остановившегося лифта, вытащил ключи из куртки, начал отпирать дверь. Оглянулся на нетерпеливо притопывающую Аллу. – А если нет?

– А если нет, то пускай этим делом занимается кто-то еще! – Алла втолкнула его в открытую дверь, заперла ее за собой, включила свет в прихожей, огляделась. – Миленько, знаешь! Весьма и весьма…

– А если нет, то кому нужно этим заниматься? – снова заныл Геральд, медленно стягивая с себя куртку, зимние ботинки, шарф.

– Зайцеву, – буркнула Алла, снимая с себя короткую шубку и бросая ее на руки Геральду. – Это частный детектив, я его наняла, чтобы проверить слежку за собой прежде всего.

– И что он?

– Сказал, что никого не обнаружил.

– Врет?

– С какой стати ему врать? Я ему деньги заплатила. Он бы, наоборот, чтобы меня на крючке держать, наврал с три короба. А так сказал, что никого нет. Ездил за мной, наблюдал. Может, правда у нас с тобой паранойя, а? Неверные супруги этим, говорят, страдают.

– Но я никому не изменял, Алусик. – Геральд ахнул от холода ее ладони, забравшейся под его джемпер и поползшей от ремня к лопаткам. – Это ты.

– Да, но ты дружил с Ванькой. И спал с его женой. Разве это не развивало в тебе комплекс вины? – Алла перешагнула через брюки, которые виртуозно сбросила с себя.

– Наверное. – Он послушно поднял руки вверх, позволив ей снять с себя джемпер.

– И это, между прочим, может сделать тебя одним из подозреваемых в его гибели, – промурлыкала она, впиваясь зубами в его напрягшийся сосок. Рассмеялась, когда он испуганно дернулся, и шепнула, прежде чем увлечь его к первому стоявшему на пути дивану: – Шучу! Шучу, милый! Если уж и станут подозревать, то не тебя одного. Вместе мы поделим эту участь, вместе…

Глава 10

Ой, как в его жизни все поменялось! Ой, как все перевернулось с ног на голову!

Сначала судьба подкинула ему собаку, которая вытворяла черт знает что. Улыбалась ему, хмурилась, обижалась, понимала человеческую речь и даже пару раз сама пыталась говорить с ним. Она, правда, тявкала, с головой-то у него по-прежнему порядок, но он-то понял все до последнего поскуливания. Все перевел.

Чудеса какие-то просто собачачьи!

Потом судьба забрала у него Любочку…

А, нет! Все не так. Он все напутал.

Сначала была Любочка, вероломно покинувшая и мужа своего, и его, Зайцева, безо всяких объяснений и телефонных звонков. А потом уже случилась в его жизни говорящая собака. То есть не говорящая, а улыбающаяся то нахально, то ехидно, то с превосходством.

Следом является в его подремывающее до теплого распутного времени года агентство красивая женщина из серии: кому слегка за сорок, но признавать это мы не собираемся. Она кокетничает с ним, авансирует намеками, просит вычислить того, кто за ней следит. Он пытается. Никого нет. Женщина больше не приходит. И даже когда погибает ее муж, не делает попыток узнать правду о причинах его смерти.

А параллельно с этим в его налаженную сытую жизнь нагло влезает его дружище Толик Каверин со своими ментовскими проблемами. Путает все в его голове, рассказывая о каких-то неправильно повесившихся женщинах, о больнице, где этих женщин будто бы жутко обидели. Еще рассказывает о больничном беспределе, который творится в той же самой больнице, в результате которого один пациент умер от пустяшной проблемы, второй остался без пальцев из-за пустяшной царапины.