Мне всегда будет 44 - Ляйсан Юнусова

Мы долго смаковали подробности этого предложения, ззабыв даже о вкусе еды. «А кто тебе позвонил? Сам генеральный? Что именно он сказал? – выспрашивала подруга, как всегда, вникая во все детали. – А кто приезжал до этого?». Я долго и обстоятельно рассказывала о предварительных визитах коллег, которые теперь обрели новый смысл, с энтузиазмом отвечала на вопросы близких, счастливо торжествуя момент своего триумфа. Праздничные пузырьки шампанского приятно щекотали и бодрили, растворяясь во мне волнительным теплом, хрустальные фужеры перемигивались искорками веселья, радостные лица близких озаряли комнату светом радости.

Предстояло обсудить еще массу мелких деталей. «Кто будет тебя отвозить по утрам и привозить по вечерам? Если Альфред не сможет, я могу поработать твоим шофером» – интересовался брат. Я объяснила, что у меня будет свой водитель, машину выбрали такую, чтобы в нее умещалось мое кресло. «А кто будет тебя в него пересаживать?» «А как ты будешь ходить в туалет?» «А как будешь перемещаться по офису, добираться до комнаты совещаний?» Вопросов было много, и мы старались предусмотреть все. Я отвечала, что в офисе хорошие просторные лифты, я могу оставаться весь день в своем кресле и спокойно в нем перемещаться. У меня будет помощница – все та же Гульнара, которая не откажется помогать в таких мелочах, как посещение дамской комнаты. Девушка мне часто звонила, чувствуя себя очень виноватой передо мной – ведь именно она подобрала мне ту роковую поездку, и теперь не знала, как мне помочь.

«Работаешь с восьми, как и раньше?» – подытожил брат. Мы решаем, что по утрам меня до машины будут провожать Альфред, который на пару с водителем будут усаживать меня с креслом в машину, а по вечерам эту роль возьмут на себя сыновья. От услуг Галии мы решили не отказываться, девушка не желала расставаться с нами, а мы – с ней. Утром она будет готовить меня к рабочему дню, а по вечерам – к отдыху. Днем она будет оставаться за хозяйку в доме, ходить за продуктами, готовить ужин к нашему возвращению – благо, я успела научить ее многому. А уж по выходным я буду заниматься любимым делом сама. Завтраки я тоже оставила за собой – люблю по утрам кормить моих мальчиков и провожать их из дома.

– А как же твои тренировки и массажи? – вдруг встревожился Амир.

– Я буду этим заниматься по вечерам, – успокаиваю я его, и мы приступаем к торту.

– В чем ты будешь ходить на работу? – деловито спрашивает Альфия, когда мы остаемся с ней вдвоем.

Это актуальный вопрос, потому что все мои деловые костюмы – с юбкой, а теперь я ношу только брюки.

– Может мне продолжать носить юбки и платья, а на ноги надевать лодочки? – предполагаю я.

– Тебе так будет некомфортно, – возражает подруга. – Да и каждое утро надевать чулки для того, чтобы сидеть в кресле, бессмысленно. Я лучше накуплю тебе новых брючек в каком-нибудь модном бутике. Ты теперь у нас будешь дамой состоятельной, надо обновить тебе гардероб.

Я соглашаюсь, и мы еще пару часов весело болтаем о разных женских мелочах.

– Вот видишь, все твои мечты потихоньку сбываются, – уже серьезно говорит она под конец. – Главное, не опускай руки! Они у тебя, слава Аллаху, крепкие!

У меня в запасе – еще два дня выходных, и мы с подругой проводим эти дни в приготовлениях к моему триумфальному понедельнику – подкрашиваем мне волосы, посещаем магазины, гладим блузки, перебираем обувь, выбирая подходящую к моему новому имиджу. По словам Альфии, я за эти несколько дней посвежела и помолодела лет на пять, да и ей оживление к лицу! Наконец, наступает мой первый рабочий день. Ночью я почти не спала, волнуясь, как школьница перед экзаменом, и сейчас стараюсь под тонким слоем макияжа скрыть следы недосыпания. Я долго выбираю блузку и останавливаюсь на шелке кремового цвета. Сегодня я должна выглядеть элегантно и строго. На шею я надеваю любимый жемчуг – мой талисман на удачу, на непослушные ноги – новые стильные ботинки. И вот, я готова! Альфред приносит мне чашку кофе вместо привычного чая, и долго любуется мной. «Ты выглядишь, как раньше, хотя, нет – еще лучше!» – выносит он свой вердикт и осторожно целует меня в щеку. «Не забудь надушиться! – напоминает он мне. – Ты должна пахнуть ароматом успеха». Я, как прежде, брызгаю пару капель любимого парфюма за уши, и улыбаюсь мужу светлой улыбкой.

За завтраком все оживлены, как будто сегодня по-настоящему праздничный день, и желают мне очень успешного дня. В честь этого праздника Камиль сам приготовил омлет с ветчиной и сыром, и теперь с гордостью принимает мои комплименты. «Теперь и ты с нами завтракаешь на равных, – говорят весело сыновья. – Тебе теперь тоже есть, куда спешить по утрам! Не опоздай на работу». Сегодня они решили проводить меня до машины все вместе – и я, как королева со своей свитой, встречаю подъехавший за мной автомобиль. Я вплываю в салон и вдыхаю аромат кожаных сидений – для меня это запах новой жизни. Водитель внимателен и приветлив, он развлекает меня беседой всю дорогу до офиса и с помощью охранников вносит мое кресло в здание.

В холле меня приветствует целая толпа улыбающихся коллег с плакатом: «С возвращением!» И у меня на глаза наворачиваются слезы. Слезы благодарности. Так я вкатываюсь в первый день своей новой полноценной жизни.

Глава 27. До. 1990–1995 годы

В привычных делах и хлопотах пролетела еще одна неделя. Флора Хасановна уверенно руководила своим отделом, подсказывала руководству холдинга более успешные решения, выстраивала и вела бюджет компании и своей семьи. Домашняя Флора готовила, утешала и поддерживала, заботилась и контролировала. «Ее мальчики» ходили сытые и ухоженные, ее дом сиял чистотой и порядком. Каждый день звонили мама и брат, забегала полная жизненной энергии Альфия, муж возвращался домой усталый, но довольный – жизнь текла своим чередом. «Белка в колесе» – так бы оценили такую жизнь многие женщины, но Флора не жаловалась. Ей нравились ее мирные будни. «В наше время отсутствие новостей – самая лучшая новость», – шутил Альфред, и она внутренне с ним соглашалась, под бодрый перестук своих каблуков и клавиш клавиатуры переходя из одного трудового дня в другой. И вот наступили очередные выходные – время домашнего покоя и еженедельных хозяйственных забот. «С чего бы начать?», – лениво думает Флора, не спеша