Мне всегда будет 44 - Ляйсан Юнусова

маслом) и поставить для расстойки. Затем выпекать при температуре двести тридцать градусов в течение 45 минут. Готовую губадию подать в горячем виде.

Поставив пирог в духовку, Флора пошла в душ, чтобы неспешно насладиться утренним моционом. Полчаса спустя она вышла из ванной, благоухая запахами шампуня, молочка для тела и крема для лица. Высушив феном волосы, она оделась понаряднее и пошла будить детей.

– Как вкусно пахнет!», – потянулся к ней с поцелуем младший, имея в виду то ли аромат пирога, то ли Флоры.

– Флора – значит цветок, а цветы должны вкусно пахнуть, – деловито просветил его старший сын. – и когда мама дома, у нас всегда вкусные запахи.

Флора улыбнулась своим маленьким мужчинам. «Надеюсь, они выберут себе хороших жен», – пожелала она в душе.

«Интересно, чем занята сегодня та, другая, – уже привычно подумала Флора, накрывая праздничный стол для своей семьи. – А может, она замужем и сейчас печет блины для своего нелюбимого мужа? А, может опять ждет ее, Флориного, мужа?» Она его сегодня от себя не отпустит.

– Как красиво стало в Казани! Наш белокаменный Кремль как будто расправил плечи, – говорит Самат, и все на минуту останавливаются, чтобы полюбоваться древней башней.

Часы на ней только что пробили шесть вечера, и друзья прошли внутрь, протискиваясь сквозь празднично настроенную толпу горожан. Играла музыка, выступали артисты – «народные гуляния» были в самом разгаре. Казань стремилась показать весь свой культурный потенциал, сверкнуть самыми гранями, выплескивая на улицы лучшую музыку, лучшие танцы, лучшие стихи. На каждой площадке происходит что-то свое, и Альфия комментирует происходящее, называя им имена незнакомых певцов и представляя их своим многочисленным знакомым. «Это мой муж Самат, а это мои друзья Флора и Альфред с детьми», – благоразумно не упоминая должности, гордо говорит журналистка, беря мужа покрепче под руку. Она здесь в своей стихии – новая работа в отделе литературы и искусства окрылила ее, раскрыв ее творческую натуру. Она уже готовила к изданию свою книгу очерков о героях ее публикаций. Флора гордится подругой, а муж, кажется, немного ревнует к работе, поглощающей все время его жены.

Возле мэрии полным ходом шло свое шоу – здесь награждали победителей творческого конкурса на лучшее произведение о Казани, в котором принимала участие и Альфия, и друзья поспешили вернуться туда к финалу. «Говорила же, что ты победишь!», – радостно воскликнула Флора, радуясь за подругу и тепло обнимая ее. Та смущенно прижимала к себе диплом и букет цветов. Самат же – теперь тоже с гордостью – прижал румяную от возбуждения жену к себе и поцеловал в ее разгоряченную щеку.

– Ты у нас сегодня героиня дня! Давай, проставляйся, – улыбнулся Альфред и предложил всем отправиться в ресторан гостиницы «Татарстан».

– Сегодня день Татарстана, и это будет символично, – замечает Альфия. Весело переговариваясь, они спускаются по улице Баумана – Казанскому Арбату к Кольцу, всей грудью вдыхая ароматы праздника, успеха, благополучия. Там тоже вовсю звучит музыка, гуляет народ, царит праздник. «Странно, что пьяных не видно», – замечают женщины, а мужчины, давно уже мечтавшие о рюмочке коньяка, переглядываются.

Гостиница «Татарстан», знававшая и лучшие времена, все еще остается центральным отелем Казани, принимающим туристов отовсюду. И ресторан его, рассчитанный на гостей столицы, отличается хорошей национальной кухней. Любят сюда заглядывать и казанцы. Заняв столик и первым делом заказав напитки, друзья начинают выбирать блюда из тех, что обычно не готовят дома. Таких оказывается очень мало. Они выбирают уху и шашлыки – Флора не любительница готовить рыбу, а мясо на шампурах они обычно едят только на природе. Приложившись к заветному графинчику, мужчины становятся оживленнее и говорливее. Беседа течет в праздничном русле – о делах сегодня ни разу не заговаривают. Флора с Альфией радуются вниманию мужей, с готовностью принимая их комплименты и оттаивая душой, постоянно пребывающей в напряжении. «Наверное, мужчины любят успешных женщин, – размышляет Флора. – Больные и убогие никому не интересны. Хотя есть же мужчины, годами ухаживающие за больными женами, есть сильные мужчины, для которых защищать слабых – святое. Ведь, как говорится в афоризме, сильный человек не тот, кто побеждает слабого, а тот, кто помогает слабому стать сильнее. Или это не их случай?»

– Ты все равно готовишь вкуснее, – говорит Альфред счастливой жене, как будто подводя итог каким-то своим размышлениям, и Флора внутренне торжествует: «Он к ней не поехал!»

Она благославляет мать с ее рецептами, благославляет подругу с ее успехом – все то, что помогло ей удержать этим вечером мужа в семье. «Мы победили», – думает она, ложась спать, и внутри у нее все поет от счастья. И праздничный салют, как ей кажется, сегодня дают в их честь.

Праздничное настроение не покидает ее и на следующий день. «Как отметили праздник, Флора Хасановна?» – встречают ее девочки на работе, и она с широкой улыбкой отвечает «Празднично и успешно!» Она легко и бодро берется за дела, не откладывая даже самые нудные, легко и бодро их переделывает за день, и, окрыленная счастьем, возвращается домой, где ее ждет семья – хорошая и дружная. Ее ценят, ее уважают, ее любят. Что еще нужно для счастья? Она наскоро готовит кыстыбый, кормит своих мужчин, выбирает одежду на завтра и ложится спать, стараясь не смотреть в сторону тумбочки, на которой лежит примолкший пейджер. Завтра ее ждет новый рабочий день. Новый день успеха.

Глава 26. После. 2000

И вот он – день моего триумфа! Я возвращаюсь на работу! Пока не на своих двоих, но на свое же место, в свой кабинет, к своим девочкам и делам. Меня пригласили неожиданно, но долго готовили к этому, в течение месяца осторожно выспрашивая, интересует ли меня еще деятельность компании, не утратила ли я свои навыки и знания, есть ли у меня силы и желание снова трудиться в своей сфере! Конечно, есть! Конечно, я готова! Не зря же я просиживала часы в интернете, изучая все новое! Мне хочется петь от радости, я же просто счастливо улыбаюсь. Я возвращаюсь в свой мир, в свою прежнюю жизнь! Я нужна! Я ценима и уважаема!

Первым я позвонила Амиру.

– Вот это да, сестренка! Вот это новсть! – обрадовался брат.

Вечером он заехал к нам, чтобы вместе обсудить подробности. Родители, Альфред и дети тоже обрадовались за меня, и в доме царило праздничное настроение. Мы с Галией испекли торт, накрыли по-праздничносу стол и принарядили меня. Примчалась, бросив все свои дела, и Альфия.

– Итак, за нашу героиню! – провозгласил тост