Интим не предлагать, или Новая жизнь бабушки Клавы - Лина Богданова

к новому образу, прошлась по центру города. Нет, кажется, все в порядке. Мужчины замечают. Провожают взглядами. Некоторые оборачиваются вслед. Будто мне не пятьдесят с довеском, а каких-нибудь тридцать!

А может, виновата весна?

Очередное отражение в витрине напомнило о гармонии. Такую прическу следует выгуливать в соответствующем антураже. Мне необходимо срочно купить что-нибудь яркое. Лучше зеленое. Или желтое. Или оранжевое. Летящее. Соблазнительное…

Мы встретились в знакомом с юности кафе. Стас не сразу узнал в яркой огненноволосой женщине, сияющей победной улыбкой, собственную супругу. Опешил, смущенно взял за руку:

— Анна, да ты ли это?

— Ты сомневаешься?

Было ли его изумление восхищением, или до цели еще далеко? Шампанское показалось чересчур кислым. А мороженое…

— Знаешь, мы все-таки поедем на море, — напомнил о себе муж. — У меня отпуск через неделю. Ты свой не догуляла еще. Махнем, а?

— Стас, какое море? Апрель на улице, — я с досадой отодвинула от себя креманку.

— Ну в Египте весь год лето, — улыбнулся муж. — Или ты предпочитаешь Турцию?

Я взглянула на супруга с обожанием: таких подарков он мне еще никогда не делал! Ишь, скромник какой, сидит и ест свое мороженое, будто именно в нем сосредоточены все радости мира. На меня ноль внимания — «мавр сделал свое дело, мавр может» ехать в свои Турции-Египты. А как же восхищение? Я же упорно шла к нему несколько месяцев. Вон, и фигуру в порядок привела, и лицо. Самое время на курорте показаться. И без всяких парео! И пускай чужие мужчины восхищаются, раз свой не может.

— Если ты не против, я предпочту все-таки Египет, — с независимым видом я откинулась на спинку стула, принимая вызов. — Но для этого мне необходим шопинг.

— Не вопрос. Вот только к чему? Ты у меня и без всяких шопингов лучше всех. Да и, судя по новой блузке, ты уже успела пройтись по магазинам.

Чтобы не выглядеть полной дурой (от последнего комплимента я конкретно поплыла), я снова взялась за мороженое, переведя сияющий торжеством взгляд на улицу.

И все-таки апрель — потрясающее время года: каждый день что-то изменяется в природе. Вчера газоны скучали прошлогодней травой. А сегодня на них проклюнулись первые огоньки мать-и-мачехи. Солнечно-желтые глазки первоцветов победоносно утверждали себя среди городской суеты.

Еще день — и на клумбах расцветут мои любимые нарциссы. Чем не повод для восхищения? Собой, весной, жизнью. А там придет очередь экзотических красот. Две недели неожиданного тепла и комфорта! Вернемся — успеем насладиться цветением тюльпанов и сирени. А там и до лета рукой подать.

Я доела мороженое и приняла решение: буду восхищаться сама (раз другим недосуг). А поводов кругом — тысячи. Стоит лишь захотеть, поставить цель, потом ее достигнуть и смаковать маленькими глоточками. Долго и проникновенно.

— Ну что, идем?

— Куда? — удивился муж. Но поднялся первым.

— Готовиться к поездке. Что-что, а новый купальник я куплю именно сегодня. И никакого парео! Лучше шляпу в тон. Как думаешь, где это можно купить? До завтра я не доживу.

Тьфу-тьфу-тьфу, хоть и фигурально не доживать собираюсь, но на всякий случай надо постучать по дереву — жить теперь я собиралась долго и счастливо.

Новая жизнь бабушки Клавы

— Ой, подснежники! Настоящие! Сказка!

Когда эмоции немного улеглись (а на большее Клава рассчитывать не собиралась), на ум пришли строки, очень соответствующие моменту:

— Как с чистого листа… — прошептала Клава. И поняла, что все сделала правильно. И вовремя. Первый шаг. Первое решение.

Она сделала это! Оставалось настроиться:

— То ли дальше будет! Никаких разборок. Никаких уборок. Никаких стирок. Никаких пеленок. Никаких…

Мимо прошла женщина. Оглянулась.

— Вы меня осуждаете? Имеете право…

Старая жизнь не сдавала позиций. Следовало поднапрячься. И не поддаваться. Клава выпрямила спину. Выдавила улыбку. Женщина улыбнулась в ответ.

— Пускай осуждают! Что они знают обо мне?

Действительно. В новой жизни никто не догадывался о ее жертве. Вернее, жертвах. Ни к чему посторонним хлопотное скучное прошлое. Вечно недовольный муж. Измотанная двойным материнством дочь. Капризный зять. Неугомонные внуки.

Стоп! К чему перечислять нависшие непосильным грузом переживания и обязанности? Да еще в новой жизни! Нет, теперь она станет жить исключительно для себя. Утром пробежка. Потом массаж. И еще что-нибудь приятное. Быть может, жемчужные ванны. Потом СПА.

Обед по заказу. Никакой готовки! Тихий час — любимая музыка, ароматная маска, орто-матрас. Потом прогулка в старой березовой роще. Бассейн с джакузи. Легкий ужин. Вечером — концерт, спектакль или танцевальная программа. На выбор! Можно отважиться на экскурсию. Салон красоты. Или шопинг.

— Ничего не готовлю. Не стираю. Не убираю. Позволяю за собой ухаживать. Немного флиртую. Я ж молодая еще. Хочу почувствовать себя красивой и свободной женщиной.

Легкомысленную жену, мать и бабушку Клаву обогнала группа сверстников. Оглянулись. Ускорили шаг.

— Вы меня осуждаете? Имеете право.

Клава расправила плечи. Улыбнулась. Чувство вины постепенно отпускало. Новая жизнь требовала к себе уважения. И понимания.

Клава тряхнула выбившейся из-под берета прядкой:

— Все! Обратной дороги нет. Надо ловить момент, пока он не закончился. Я должна восстановиться. Набраться сил. Снять стресс. Переключиться на позитивное восприятие жизни. Кому нужна уставшая, нервная домохозяйка? Ни мужу, ни детям, ни внукам.

А они… они как-нибудь справятся. Не пропадут за две недели. Продукты закупила. За квартиру заплатила. Сочинение Сережке на месяц вперед написала.

Если все неплохо пройдет, в следующий раз путевку в санаторий на восемнадцать дней закажу. Одна новая жизнь — хорошо, а много, кажется, вообще великолепно!

Снегурочка на пенсии

— Да уж, — пробормотала я, рассматривая в зеркале свое отражение.

А что бы сказали вы, когда на лице отразились во всей красе и бессонная ночь, и позднее вчерашнее чаепитие, и все прожитые годы? Особенно если чаепитие случилось вынужденное, а прожитых лет насчитывалось за спиной ни больше, ни меньше, а круглых пятьдесят пять.

Красота та еще! Неудивительно, дама вся вышла. Вот так взяла и вышла. На пенсию.

Вчера.

Подруги посочувствовали. Начальство намекнуло на сокращение нагрузки (благо, что до полного сокращения дело не дойдет — стране нужны педагоги, не требующие особого вознаграждения). Муж отделался невнятным поздравлением и букетом. Дети в складчину купили новоиспеченной пенсионерке новый мобильник.

А мне-то что со всем этим делать теперь? Я жить хочу. Работать. Быть здоровой, любимой. Молодо выглядеть. Видеть радужные жизненные перспективы. Получать кофе в постель по утрам. И не испытывать никаких комплексов по поводу своего возраста. Скажете, многого хочу? Да как все! С годами хотений не убавляется,