Три заветных слова - Кэролайн Андерсон

— Потому что никогда не любил или не решался сказать об этом?

— Я никогда никого не любил. Я не способен на это. Мне нравятся женщины, я их обожаю, люблю быть в их компании, но ни с кем из них я не чувствую себя так…

«Как с тобой». — Джио чуть не произнес это вслух.

— Может, ты никогда не позволял себе любить, Джио? Может, ты не дорожил отношениями, потому что они не были важны для тебя? Но ставки не были такими высокими, как сейчас. Самое время попробовать.

Он встретил взгляд Аниты, боясь поверить ей.

— Что, если я не смогу? — напряженно спросил Джио. — Что, если мы возненавидим друг друга? Я снова разобью тебе сердце и не переживу этого.

— Ты не сможешь. Не сильнее, чем прежде. И в любом случае мы не возненавидим друг друга, клянусь. А если ты боишься, что наши отношения станут скучными, я придумаю, как их разнообразить, — сказала Анита с милой, немного озорной улыбкой. Она провела по его щеке тыльной стороной ладони. — Джио, ты не сможешь ранить меня, если не будешь намеренно грубым. Я любила тебя всю жизнь, и ничто этого не изменит. Давай сделаем это ради нас и нашего малыша. Так лучше, чем струсить и даже не попробовать.

— Не знаю, — произнес Джио после длинной паузы. — В моем сердце всегда будет та рана. Возможно, я вообще не способен на отношения. И я боюсь причинить боль невинному ребенку. Ты взрослая, тем не менее я не хочу снова ранить тебя. Но ребенок… На моей совести уже есть один малыш. Я не вынесу второго.

Его слова эхом отдавались в голове Аниты и повторялись снова и снова.

«На моей совести уже есть один малыш. Я не вынесу второго. Не вынесу второго. Уже есть. Не вынесу…»

Она откинулась на спинку дивана и внезапно все осознала.

— Ты поэтому здесь? — поинтересовалась шокированная женщина. — Поэтому ты настаивал на уходе за мной? Боялся, что я совершу глупость и убью ребенка? Джио, никогда! Я ни за что не причиню вред нашему ребенку или себе. Я ужасно сожалею о том, что случилось с Кирстен, но мне было известно, что ты не полюбишь меня так, как я тебя. Так что я не намерена совершать безумные поступки. Я хорошо тебя знаю, Джио, знаю о твоей силе, но и ты должен знать о моей. Мне тяжело, но я справлюсь и сама. Однако если ты сможешь полюбить меня и готов остаться, мы поженимся. Пока я буду жить, как раньше, а ты реши для себя, каких отношений со мной хочешь — коротких или длительных. Я сделаю все, чтобы смириться с твоим решением, ведь мы так или иначе будем вместе. Нам нужно воспитать ребенка. Выбирай, сделаем мы это вместе или раздельно. Но лучший способ выяснить, справимся ли мы — это попробовать.

Джио уставился на Аниту:

— Правда? Ты готова пойти на такой риск ради меня?

Это был самый рискованный шаг в жизни молодой женщины, но выбора не было. Это единственный шанс убедить Джио, что он может ее полюбить.

— Почему нет? — мягко сказала Анита. — Что я теряю? Я люблю тебя. И, если попробуешь — кто знает, — и ты меня полюбишь. Но попытаться нужно.

— Хорошо, — согласился Джио, чувствуя, как земля уходит у него из-под ног. — Мы попробуем. Но я ничего не обещаю. Я никогда с таким не сталкивался, а мне уже тридцать пять. Нам потребуется много времени.

— Мы будем идти шаг за шагом, и я не буду давить, обещаю. Просто посмотрим, что получится.

Ее взгляд был таким нежным, а лицо таким близким, что Джио достаточно было слегка вытянуть шею, чтобы их губы встретились.

Анита издала вздох облегчения, когда он коснулся ее губ. Джио простонал, подхватил ее на руки и начал целовать, как будто она была самым ценным призом в его жизни. А Анита почувствовала, как в сердце ее зарождается надежда.

Она не сомневалась, что Джио любит ее. Все, что теперь нужно, — ждать, пока он сам это поймет.

Обвив руками его шею, Анита отвечала на поцелуи. Джио отнес ее на кровать, нежно опустив на мягкое покрывало.

Он медленно раздевал женщину, снимая вещь за вещью. Ее свитер. Джинсы, уже слишком узкие, так что нужно было расстегивать пуговицу. Бюстгальтер, тоже ставший маленьким…

Анита выглядела потрясающе, и Джио хотел ее так сильно, что боялся умереть. Он снял джинсы, трусы и носки буквально за секунду, вернулся к ней, обнял и накрыл одеялом, чтобы она не замерзла.

Он расцеловал Аниту, уделяя внимание каждому дюйму ее тела. На секунду Джио остановился, прижался губами к ее животу, совсем близко к их ребенку, и мысленно поклялся сделать все, чтобы их отношения сложились.

Анита нежно провела рукой по его волосам:

— Джио…

Джио страстно поцеловал женщину. Он должен взять ее, должен заняться с ней любовью, пока окончательно не сошел с ума. Джио потянулся было за портмоне, но остановился. Это не нужно. Анита носит его ребенка, и это переводит их секс на совершенно иной уровень.

Джио первый раз занимался любовью не пользуясь презервативом и не создавая преград между ним и Анитой. Физические ощущения были невероятными, однако переживаемые им эмоции были сильнее. Потом он лежал, нежно прижимая ее к сердцу, и ожидая, когда дыхание и пульс придут в норму. И Джио понял: все, что он испытывал раньше, не может с этим сравниться.

Была ли это любовь? Он не знал. Что бы то ни было, это самое прекрасное и одновременно пугающее чувство в его жизни. Сейчас он был уверен как никогда, что у них с Анитой все получится.

О другом исходе страшно было подумать.

Следующие несколько недель стали самыми прекрасными и волнующими.

Когда Джио не занимался делами во Флоренции, он ухаживал за Анитой, готовил и следил, чтобы она хорошо питалась, ходил с ней на прогулки. А если он работал, то писал ей сообщения, присылал цветы и оставлял записки на холодильнике.

Джио проводил все больше времени, занимаясь семейным бизнесом вместе с Массимо. Он взял на себя часть административных обязанностей. Это дало его брату возможность заняться тем, чем хотелось, — экспериментировать с новыми сортами винограда и оливок, улучшить и обогатить ассортимент продукции.

Март сменился апрелем, и погода была восхитительная. Джио и Анита достали подушки из кладовки, разложили их на террасе и вечерами лежали, купаясь в лучах заходящего солнца, читали и дремали.

А ночью они занимались любовью.

Но Джио не мог сказать: «Я люблю тебя». Он еще не был уверен, что это действительно так.

Анита ждала, но заветных слов не было слышно.

Ничего. Он ее любит — она не сомневалась в этом. Анита была готова ждать сколько угодно. Пара недель не убьет ее.

Как-то раз, когда Джио был во Флоренции, она отправилась повидать Луку. Анита хотела обсудить с ним кое-какие аспекты беременности.

— Ну, как ты?