Прощай, Алиса! - Маша Ловыгина

Она видела, что Дмитрий очень устал. Иногда он вздрагивал, словно опомнившись, и большой мощный автомобиль чуть уводило в сторону. Липкая волна страха моментально пронизывала тело и приподнимала волосы на ее затылке.

Вот и сейчас, выезжая со стоянки, он чуть резче вывернул руль, и громкий предупреждающий гудок встречного автомобиля заставил его ударить по тормозам.

Алиса прижала пакет к груди и порывисто сказала:

— Нужно поспать… Хотя бы час, иначе мы просто разобьемся.

— Боишься? — криво усмехнулся Дмитрий и откинулся на спинку кресла.

— Боюсь, — выдохнула Алиса и заметила, как сузились его глаза. Каждое ее движение, вздох или слово вызывали в нем вполне понятную для нее реакцию раздражения. Она трактовала ее именно так, вполне осознавая, во что его втянула.

Некоторое время Дмитрий разглядывал неослабевающий поток машин, а затем решительно развернул и направил автомобиль к двухэтажному строению — мотелю, стилизованному под деревенский домик. При ближайшем рассмотрении становилось понятно, что весь он отделан пластиком. Дмитрий поставил машину таким образом, чтобы оказаться в тени огромной фуры с залепленными фольгой стеклами, но полностью скрыть внедорожник, разумеется, не удалось бы при всем желании. Алиса было решила, что сейчас молодой человек просто закроет глаза, чтобы подремать, и поэтому отстегнула ремень, намереваясь сторожить его сон и следить за происходящим вокруг, но он заявил:

— Пойдем. Если уж отдыхать, то в нормальных условиях. — Оглядев Алису пристально-насмешливым взглядом, Дмитрий взял с заднего сидения сумку. — Кто знает, может это единственная возможность решить все наши проблемы раз и навсегда. Или… — он поморщился и покачал головой. — Видишь остановку?

Алиса растерянно кивнула.

— Здесь останавливается много транспорта. Маршрутки, автобусы. Через километр есть развилка, то есть, выбрать направление тоже можно. Понимаешь меня?

Она неопределенно пожала плечами, смутно догадываясь, что он имеет в виду.

— Небольшая фора у нас есть, потому что удалось проскочить посты ГАИ, но… — Дмитрий умолк, подбирая слова. — Я не знаю, как поступит твой отец и какие у него возможности. В общем, надо что-то решать. Куда ты хочешь, и вообще… Я дам тебе денег, чтобы…

Алиса задержала дыхание и уставилась на бившуюся жилку на его шее, а затем медленно скользнула взглядом по его голой груди, видневшейся из пиджака. Вид у Дмитрия был, конечно, странный, но она не могла не признать, что даже так он продолжал выглядеть привлекательно не только в ее глазах. Когда до нее дошел наконец смысл его фразы, глаза защипало.

— Я не… — облизала она сухие губы, — я не смогу…

— Что не сможешь?

Стоять на солнцепеке становилось невмоготу. Пакет с пирогами оттягивал руки, будто был наполнен кирпичами.

Неподалеку раздался женский смех. Алиса повернула голову и увидела двух девиц в коротких шортах и блестящих майках. Раскачиваясь на высоченных платформах, они курили и переговаривались с сидящими в красной «Ниве-Шевроле» парнями. Одна из девушек наклонилась к пассажирскому окну, и мужчина демонстративно оттянул вырез ее майки.

— Или как-то так… — тихий голос Дмитрия застал ее врасплох.

Она с секунду пристально смотрела в его глаза, а потом быстро пошла прочь к остановке. Но через несколько шагов остановилась и обернулась. Мысли ее пришли в такой беспорядок, что она не могла ничего сообразить, кроме одного — уйти значило пропасть, потому что как бы она ни пыталась придумать, куда и зачем ехать, сейчас она была к этому совершенно не готова. И дело заключалось даже не в деньгах, хотя они имели огромное значение, что-то внутри нее отчаянно сопротивлялось тому, чтобы заставить себя сделать еще один шаг.

Дмитрий нарочито медленно развернулся и направился к мотелю. Раздался автомобильный сигнал, отчетливо прозвучавший среди дорожного шума. Стоило ей обернуться, как фары красной «Нивы» мигнули. Девицы наблюдали за ней с таким выражением, что Алиса шарахнулась в сторону, а затем торопливо зашагала вслед за Дмитрием. Отчаяние захлестнуло ее с головой — сейчас она отчетливо осознала, что одна ни за что не справится. И даже если это было не так, единственный, с кем она почему-то чувствовала себя в безопасности, был именно Дмитрий.

21 Андрей

Дорога вымотала и физически, и душевно. Черт, когда я думаю о душе, становится еще поганее. Совесть, что ли, мать ее, никак не может смириться с доводами разума? Все мои попытки примирить их сводятся к нулю. Нет, даже не так, все они сводятся к Алисе. Будь мне шестнадцать, уверовал бы в чистую любовь, но… я и тогда не особо верил в нее, а уж теперь и подавно.

Все время тянет сделать что-то эдакое — пошлое, грязное и обидное, чтобы Алиса узрела меня другими глазами. Видит бог, я стараюсь! А получается все с точностью наоборот — она продолжает излучать какой-то невероятный свет, в лучах которого я совершенно размокаю и плыву, как сопливый подросток. Мне хочется крикнуть ей в лицо: смотри, жизнь груба и черства, как засохшая корка! Тебе и самой она не по нраву. Ты бежишь, но куда? Разуй глаза, Алиса! Я не тот, кто тебе нужен…

В моменты, когда наши взгляды пересекаются, выражение ее лица неуловимо меняется, и на ее губах я вижу робкую улыбку. Да, я смешон, и мне хочется хохотать во все горло, попутно изрыгая проклятья. Какая же ты, Алиса, прости за честность, еще глупая… Впрочем, по моему самоощущению, я и сам не далеко ушел от этого определения.

Несмотря на то, что произошло между нами там, на реке, Алиса продолжает быть рядом. А я продолжаю выискивать возможность расстаться с ней. Умом понимаю, что без меня она пропадет, но самое поганое в том, что с ней пропадаю и я сам. Сказать ей правду? Несколько раз я был близок к этому, но останавливался в самый последний момент. Несколько раз специально пугаю ее, выезжая на встречку. Мои чувства оголены, как провода под током. Не знаю, кому из нас важнее сейчас выплеснуть все наружу.

Мы вместе. Дышим