Единственная для Севера - Алевтина Шрайнер

спал, и слезы бежали по её осунувшемуся за сегодняшний вечер, лицу, — спасибо, миледи..

Я кивнула, накинула капюшон плаща, но выйти не успела. Арон появился в дверях, бросил тревожный взгляд на сына, и тотчас облегчённо выдохнул.

— Мит он..

— С ним все хорошо, — я оттеснила Арона к двери, — мне нужно спросить у тебя кое что. Не хочу ещё больше тревожить Сати.

— Да, миледи, спрашивайте, — Арон посмотрел с изумлением, но, отступив к двери, остановился.

— Мой сын он… Он все ещё в опасности?

— Сколько в клане магов?

Спросила я, пристально разглядывая мужчину.

Арон удивился.

— Один. Помогает..

— Да, конечно, — перебила я, — помогает. Я целитель, Арон. Я видела, что выходило из твоего сына. Это не просто недуг. Малыша прокляли. Темные чары насылающие болезнь. Мальчика пытались извести. Это сделал маг.

Даже в неверном и скудном освещении, я увидела, какой бледностью покрылось его лицо.

— Рита… Моя истинная. Но она не могла… Это же мой сын…

На лице Арона было такое потрясение, что я облегчённо вздохнула. Он ничего не знал.

На улице вдруг раздался шум, послышался вой собак, оборвавшийся на самой высокой ноте, дверь покрылась изморозью и даже в комнате ощутимо похолодало.

— Отдай ребёнка матери, — шепнула я Арону, отворяя дверь.

Кутаясь во влажный плащ, вышла в колючую серую темень, уже зная, кого я там увижу.

— Мой Лорд, — сказала я тихо, глядя под ноги чёрному виру и не решаясь поднять глаза на всадника, — я не…

Слова вдруг застряли в горле, я увидела, что охотники все лежат на снегу ничком, а их псы тихо поскуливают, сбившись в кучу, глядя на виров Лорда и его людей. Почему-то стало светло как днём, и только в глазах Дариона Тиора, в которые я заглянула в испуге, клубилась непроглядная тьма.

— Взять её, — сказал холодный ровный голос и эхо, которого не должно быть в лесу, трижды тягуче повторило приказ владетельного Северного Лорда.

Глава 32

Меня доставили в Серый замок как куль с мукой, спеленав темной магией и не давая сказать и слова. Лучники Северного Лорда просто передали меня на руки Лису и тере Клати и я, стоя на нижней галерее замка у лестницы, долго разминала руки и ноги, не в силах идти сама.

Лис смотрел изумленно, но не вымолвил и слова, пока хмурые войны, бряцая оружием, не закрыли за собой двери.

Мы поднялись по лестнице в башню и я, с трудом выговаривая слова, рассказала Лису и тере Клати всю правду.

Возле моей комнаты никого не было, мы вошли и я упала в кресло, стуча зубами.

— Миледи, — Туя подбежала ко мне, испуганно и изумленно заглядывая в глаза, — что случилось? Как вы? Где Сати?

— Туя, принеси тере Алесии тёплого эля, — власно сказала тера Клати, — иначе она заболеет. И нужно переодеться в сухую одежду…

— Сейчас, — сказал Лис и коснулся меня, слегка проведя рукой по волосам.

Я почувствовала как по всему телу прошла горячая волна, одежда тотчас высохла, а от волос посыпались синие искры чужой магии. Меня резко замутило, тошнота поднялась к губам, я схватилась за горло и побежала, чуть пошатываясь, в уборную.

— Идиот! Ей нельзя столько чужеродной магии! Она ещё после тёмного воздействия не отошла, а тут ты, — я слышала, как тера Клати отчитывает Лиса, а он неуверенно и испуганно оправдывается.

Но после того, как меня вывернуло наизнанку, как ни странно, мне полегчало.

Вернувшись в комнату, я снова уселась в кресло, взяла предложенную Туей чашку и стала пить мелкими глотками терпкий лиловый эль.

— Миледи, — Лис виновато топтался рядом, — вам лучше?

— Да Лис, спасибо, — я слабо улыбнулась, — все хорошо.

— А Сати, миледи? Где она? Что с ней? — Туя присела на пол, вопросительно глядя на меня снизу вверх.

— Она с сыном. Мы с ней..

И я повторила Туе то же, что рассказывала Лису и тере Клати.

— Это было очень… легкомысленно с вашей стороны, — тера Клати покачала головой, — Лорд был в бешенстве. Я никогда не видела, чтобы он так…

— У меня не было времени, — перебила я теру, — сын Сати не дожил бы до утра.

— Бута арестовали, — хмуро сказал Лис, — за ваш побег.

— Бута? — я вскочила, чуть не опрокинув чашку на пол, — как так? Я исчезла из своей комнаты! Дарион сам дал мне артефакт переноса!

Я полезла во внутренний карман за Вдохом, но нащупала лишь пустоту.

— Я думаю, милорд поторопился. Он не учёл, что вашей силы хватит на перенос за стену. Вероятно, он отозвал артефакт, — сказала тера Клати, хмурясь.

— Я должна его увидеть, — я лихорадочно шарила рукой по полу в поисках сброшенной обуви, — Бут не виноват, мне нужно…

— Северного Лорда нет в замке. Южный гарнизон, несущий службу у Тёмных пустошей, просит помощи. Там прорыв.

— Прорыв?

Я почувствовала, как сердце упало и вдруг резко стало холодно и жутко.

— К нам проник кто-то из… Пустошей? Но… разве это возможно?

— Да, миледи. К сожалению. Братья Тиоры уже в пути к месту прорыва. С ними лучшая сотня. Маги.

— Но… как же…

Почему я вдруг почувствовала, как заболело в груди, защемило, перехватило дыхание и страх, липкой тягучей стужей разлился по телу подбираясь к сердцу колючим холодом? Страх. Я вдруг поняла, что боюсь за… Дариона Тиора?

Я тряхнула волосами и подошла к окну, вглядываясь в ночь. Нет, это не так, глупости. Просто твари из Тёмных Пустошей всегда вызывали у жителей Империи какой-то первобытный ужас. Как они могли пробить магический заслон? Как?

Лис и тера Клати ушли, Туя принесла мне ужин на подносе и постелила постель.

— Хотите принять ванну, миледи?

— Нет Туя. Утром. Поздно уже, — я устало вздохнула, — как только Лорд вернётся, сообщи мне, я пойду к нему.

— Миледи… — Туя замялась, — вы не…

— Что? Говори толком.

— Вы не можете выходить из своих покоев. Вам запрещено.

— Запрещено? — Я почувствовала как кровь прилила к щекам, — Северный Лорд запретил мне выходить?

— Да, миледи, — Туя потупилась, — приказ. Возле ваших дверей охрана. И это не Лис.

Я обессилено опустилась на постель и, не раздеваясь, откинулась на подушки.

— Туя, ты можешь идти. Позно уже.

— Миледи, — девушка замялась, глядя на меня умоляюще, — можно, я останусь? Я боюсь. Я тут, на полу…

— Оставайся, — я поморщилась, — прошу тебя, поднимись с пола. Здесь достаточно места.

Туя кивнула и с облегчённым вздохом уютно устроилась в кресле.

Ночь была такой темной и вьюжной, что не видно было даже сигнальных охранных огней и зачарованных нитей, оплетающих по периметру