Единственная для Севера - Алевтина Шрайнер

Алевтина Шрайнер

Единственная для Севера

Глава 1

В городе сегодня был праздник. Дома украсили разноцветными лентами, шарами, живыми цветами и картинами. Магические фонари и стеклярусы развесили на фасадах домов и магазинчиков, и они искрили золотыми и алыми огнями, а отблески, переливаясь, отражались в городских фонтанах и речушках.

В вышине, над городом, парили стяги всех четырёх сторон Империи, и это придавало городу не только праздничный, но и очень торжественный вид.

Одетые в лучшие одежды, горожане шли на главную площадь, к Ратуше, где сегодня начнётся праздник, который шумной пестрой бурей прокатится по всему городу заглядывая в каждый дом.

— Алесия! Алесия, стой!

Но я, услышав крики, только ускорилась, хохотнув.

Ни толстушка Листа, ни мелкая Ксю, не смогли угнаться за мной.

А нашей одышливой дуэнье Марион и подавно не добраться до площади раньше сумерек.

В туфлю попал камешек, и я, ойкнув, остановилась. Туфли, как и платье, были новыми и очень дорогими. Отец ничего для нас, трех своих дочерей, не жалел.

Последний месяц до праздника мы украшали дом, покупали новые вещи, украшения, игрушки и мебель, делали запасы и составляли праздничное меню.

Сегодня помолвка у старшей дочери лорда Эриуса Ратара, владельца

и властителя наших южных земель.

Помолвка миледи прекрасная возможность найти суженного всем девушкам города и окрестностей. За каждой, кто найдёт в госте Юга истинного, лорд Ратар даст приличное приданое.

С тех пор, как вышел закон, что девушка может вступить в брак только с истинным, возникли большие сложности. Ведь истинным может оказаться как южанин, так и житель восточных земель. Или, того хуже, западных пустошей, и даже недоступного, хмурого и холодного Севера. По этой причине праздник Единства устраивался в нашей столице ежегодно.

В надежде найти истинную, приезжали тысячи гостей, праздники длились всегда по нескольку дней.

В этом году праздник был двойным, дочь Лорда Ратара, Веста, будет помолвлена с владельцем и повелителем северных земель Лордом Дарионом Тиором.

Это был договорной брак, и горожане шептались, что Веста не истинная северному чужаку, но там, где замешаны интересы империи, верноподанным следует помалкивать.

А закон об истинных придумали больше для простолюдинов, чтобы богачи получали своих истинных не вырывая их из рук мужа и детей.

Связь истинных чувствует только мужчина. Для женщины это приходит позднее, или не приходит вообще.

Я тряхнула головой. Надо бежать, а то все лучшие места займут. Не то чтобы я сильно хотела замуж, скорее было любопытно.

И вообще, а вдруг?

Я рисовала его, моего избранного, в воображении как высокого, сильного, и влюблённого просто до умопомрачения. Прям видела, как он столбенеет при виде меня, глаза загораются красным, он хватает меня на руки, и… Мы мчимся к прекрасному будущему, а мои родные машут платочком и вытирают слезы радости.

Я хмыкнула.

— Алесия! — к голосам сестёр добавился мужской, и я стремительно обернулась.

— Генри! — завизжала, бросаясь навстречу, и повисла на шее у брата не заботясь о платье и

не помня себя от радости.

— Генри! Как ты здесь оказался?! Тебе же ещё два месяца учиться! Ты что, сбежал из академии?!

— Тише ты, лисичка, — братец поморщился, — оглушила совсем.

Он отцепил мои руки, разглаживая новый, с иголочки, сюртук.

— Отпросился я у декана. Вдруг найду среди северянок свою истинную.

Я засмеялась в ответ и радостно чмокнула Генри в щеку.

— Ты был дома? Показался родителям?

— Угу. Отец при виде меня решил, что я образумился, бросил академию магии, и займусь наконец, семейным делом.

— Отец опять растроился, да?

— Ничего, он меня простит, — ухмыльнулся брат,

— хотя в его ювелирном деле магия ой как пригодилась бы, но у меня то дар слабоват, не то что

Я быстро закрыла ему рот рукой. Говорить о магическом даре у девушек, было непринято.

Маги, это мужчины. А задача женщин, передать свой дар, если он есть, сыну.

Раздался вопль, и малышка Ксю точно также как я повисла на брате.

Он, смеясь, подхватил её

на руки и закружил.

— Ксю, как ты выросла!

— Да выросла! А платье с птичками отдали Листе, а туфельки на высоком каблучке, купили Алисии! — тут же поведала свои детские горести брату мелкая егоза.

Генри опустил её на землю и серьёзно спросил:

— Сколько тебе лет, Ксю?

— Восемь, — нахохлилась малышка.

— А Листе и Алесии?

— Листе 17, а Алесии 20 скоро, сообщила Ксю.

— Ну вот. У них такие красивые платья и туфли, потому, что им замуж пора, кто же их в старом и некрасивом возьмёт, — серьёзно сказал брат.

Я захохотала.

— Генри, наряд Ксю дороже, чем наши с Листой вместе взятые!

— Неправда, — топнула ножкой обутой в алый башмачок наша вредина.

— Правда в том, вмешалась Листа, — что ты, зайка, просто самая лучшая!

Чмокнув младшую с двух сторон и повиснув на брате, мы гурьбою двинулись к площади.

Глава 2

На площади царила суета.

Мелкие торговцы сновали всюду, крича о своём товаре во все горло, тут и там слышались взрывы смеха, а иногда и звуки начинающейся склоки.

Но городская стража была начеку. И быстро объясняла скандалистам, что на празднике нужно веселиться, а не затевать ссору.

Я заметила, что кроме привычных стражников

по площади курсируют хмурые, вооружённые до зубов, чужаки.

Ну, конечно! Ведь прибудет сам лорд Ратар с дочерью не говоря уже о северянине.

Визит северного гостя это из ряда вон выходящее событие.

Перемирие между югом и севером было очень хрупким.

Война закончилась только десять лет назад, и многие помнят количество погребальных костров, что зажглись по всему

югу после решающей битвы при Тале.

Я тоже помнила, как ночью вдруг стало светло как днём, мы с Листой прибежали из детской к матери в комнату, я видела как дрожали мамины губы, когда она, глядя в окно, шептала молитву, обнимая нас.

В той войне погиб дядя Витор, мамин старший брат.

Не все рады чужаку северянину. Кто знает, сколько крови южан на его руках? Но император, закончил войну севера и юга, заставил обе стороны подписать мирное соглашение. Эта помолвка была, конечно, чисто политическим союзом.

— Так, Алесия, ты у нас на выданье, стой на видном месте, — сказал Генри, — я хочу чтобы все видели, какая красивая у меня сестра.

— А я?! — возмутилась Листа, — и я!

— И ты. Но даже если кто признает в тебе истинную, сидеть тебе в отчем