Просто умереть - Питер Джеймс

– Я в гробу, черт побери.

– Да ты гонишь, чувак!

– Блин, я серьезно!

Снова смешок.

– Серьезно, говоришь, да?

– Вот именно! Совершенно серьезно!

– Ладно, мне пора, уже поздно. Спокночи!

– Нет, пожалуйста, подожди… Пожалуйста…

Рация умолкла.

В слабеющем свете фонарика Майкл вдруг увидел, что за последний час воды значительно прибавилось. Он вновь измерил глубину рукой. Всего час назад уровень был по костяшку указательного пальца.

Теперь же в воде полностью скрывалась его кисть.

25

Рой Грейс, в белой рубашке с коротким рукавом и галстуке со строгим рисунком, узел которого он сейчас позволил себе ослабить, уставился на сообщение в телефоне и нахмурился.

Не перестаю думать о тебе! Клодин ХХ

«Клодин? „Целую“? Или ХХ[3] означают женские половые хромосомы?»

Только-только минуло девять, и он сидел в своем кабинете перед экраном компьютера, каждые несколько секунд уведомлявшего позвякиванием о поступлении нового электронного письма. Мало ему было разбитого состояния и мучительной мигрени, так еще и холод донимал. Снаружи стучал дождь, и в комнате тянуло ледяным сквозняком. Рой немного понаблюдал за сбегающими по оконному стеклу каплями, посозерцал унылый вид стены напротив, затем открыл бутылку минералки, которую купил на заправке по пути на работу, порылся в ящике стола и достал упаковку панадола. Выковыряв две капсулы, проглотил их и посмотрел, в какое время было отправлено сообщение: 02:14.

«Что еще за Клодин такая и откуда она взялась?»

О боже! Грейс наконец-то вспомнил.

Это же та веганка-копоненавистница с сайта знакомств, с которой у него было свидание во вторник вечером. Ужасная женщина, прошедшую встречу только и можно уподобить что стихийному бедствию, и вот теперь она шлет ему сообщение. Просто зашибись!

Рой все еще держал мобильник в руке, пытаясь определиться, ответить на послание или же просто удалить его, когда дверь неожиданно распахнулась и в кабинете материализовался Брэнсон, в чистеньком коричневом костюме, галстуке кричащей расцветки и двухцветных коричнево-кремовых туфлях. В одной руке он держал стаканчик с кофе из «Старбакса», а в другой – два бумажных пакета.

– Привет, мужик! – как обычно беззаботно бросил Гленн, плюхнулся на стул перед Грейсом и водрузил на стол стаканчик и один из пакетов. – Как вижу, рубашка у тебя пока еще осталась.

– Очень смешно.

– Выиграл вчера вечером?

– Ни хрена я не выиграл. – Воспоминание о понесенном убытке по-прежнему причиняло Рою душевную боль. Четыреста двадцать фунтов. Деньги для него проблему не составляли, долгов за ним не числилось, однако проигрывать он очень не любил, особенно по-крупному.

– Ох и дерьмовый у тебя видок.

– Спасибо на добром слове.

– Да я на полном серьезе. Выглядишь как полнейшее дерьмо.

– Как мило с твоей стороны проделать столь долгий путь, чтобы сообщить мне об этом.

– Смотрел «Цинциннати Кид»?

– Не помню.

– Со Стивом Маккуином в главной роли. Он там крупно продулся в карты. У фильма шикарная концовка, такую трудно забыть: мальчишка в переулке подбивает его сыграть в пристенок и разводит на последнюю монету.

Брэнсон снял со стаканчика крышку, расплескав при этом кофе на стол, потом вытащил из пакета миндальный круассан, на этот раз оставив рядом с кофейной лужицей дорожку из пудры. Затем протянул рогалик Грейсу:

– Хочешь кусочек?

Тот покачал головой, заметив:

– И вообще, советую завтракать чем-нибудь более полезным.

– Да что ты? И тогда я буду выглядеть как ты? Что там у тебя нынче было на завтрак? Органические ростки пшеницы?

Рой сунул ему под нос упаковку панадола:

– Вот вся пища, что мне требуется. А что тебя привело в нашу глухомань?

– Через десять минут должен предстать перед главным констеблем. Меня направляют в комиссию по борьбе с наркотиками.

– Везет тебе.

– Все дело в репутации – не этому ли ты меня учил? Почаще маячить перед начальством.

– Какой молодец, запомнил. Я впечатлен.

– Но заявился я к тебе вовсе не затем, чтобы похвастаться, старикан. – Брэнсон извлек из второго бумажного пакета поздравительную открытку и положил ее перед Грейсом. – Собираю подписи для Мэнди.

Мэнди Уокер служила в брайтонском подразделении по работе с несовершеннолетними. Оба они хорошо ее знали.

– Мэнди увольняется? – спросил Рой.

Гленн кивнул и жестом изобразил большой живот, давая понять, что сотрудница беременна. И добавил:

– Вообще-то, я думал, что ты сегодня будешь в суде.

– Перенесли заседание на понедельник. – Грейс поставил свою роспись среди десятка других.

Внезапно аромат кофе и выпечки показался ему очень соблазнительным. А уж когда Брэнсон впился зубами в круассан, Рой окончательно сдался, достал из пакета второй рогалик и сразу же откусил приличный кусок, смакуя взрыв сладости во рту. Медленно пережевывая, он созерцал галстук товарища, от четкого геометрического узора которого у него чуть ли не кружилась голова. Затем протянул открытку обратно.

– Слушай, Рой, а помнишь ту квартиру, где мы были в среду?

– Которая на шоссе? И что с ней?

– Да тут кое-что не стыкуется, и мне требуется мудрость твоих седин. Не уделишь пару минут?

– Можно подумать, у меня есть выбор.

Брэнсон пропустил его сетования мимо ушей.

– Дело вот в чем. – Он снова откусил круассан, усыпав сахарной пудрой и крошками пиджак и галстук. – Пятеро молодых мужиков отправляются на мальчишник, так? А…

В дверь вдруг постучали, и в кабинет вошла Эленор Ходжсон, помощник Грейса по вопросам административной поддержки, нагруженная пачкой бумаг и папок. Несколько чопорная, деловитая женщина средних лет с аккуратно убранными в пучок черными волосами и невыразительным лицом, с которого не сходило укоризненное выражение, как будто она вечно нервничала, абсолютно по любому поводу. В данный момент ее, похоже, обеспокоил галстук Гленна.

– Доброе утро, Рой, – произнесла Эленор. – Доброе утро, детектив-сержант Брэнсон.

– Привет, – отозвался Гленн.

Женщина положила документы на стол.

– Из Хантингдона прислали пару заключений судмедэкспертов. Одно из них вы очень ждали.

– По делу Томми Литла?

– Да. Еще я принесла список вопросов и справочный материал для совещания по бюджету, которое назначено в одиннадцать.

– Спасибо.

Стоило Эленор развернуться обратно к двери, Грейс быстро перебрал стопку бумаг и переложил вожделенный отчет на самый верх. Лаборатория в Хантингдоне, графство Кембриджшир, являлась одним из центров судмедэкспертизы, услугами которого пользовалась полиция Суссекса. Дело же Томми Литла значилось старейшим «глухарем» Роя. Одним февральским днем, двадцать семь лет тому назад, одиннадцатилетний Томми вышел из школы и отправился домой. Больше его не видели. Единственной зацепкой на тот момент оказался фургон «моррис-минор», номер которого записал нерастерявшийся свидетель. Однако с его владельцем, неадекватным нелюдимом, за которым числились сексуальные преступления против несовершеннолетних, связать исчезновение мальчика так и не удалось. И вот