На всю жизнь - Хизер Грэм

— Пусти меня, — прошептала она.

— Но что случилось?

— Ты не отвечаешь на мои вопросы, почему я Должна отвечать на твои?

Кэти вырвалась из его рук и пошла к дому. Ей было жутко. Опять повторялась та же история. Словно не прошло десяти лет и ничего не изменилось в их отношениях друг к другу. И это не дает ей покоя.

Кэти вернулась в спальню и подошла к окну, надеясь увидеть Джордана все так же упрямо стоящим на дорожке сада. Но за ее спиной раздался шорох, и она оглянулась. Нет, Джордан не остался в саду. На этот раз он последовал за ней.

Решительно войдя в спальню, Джордан запер дверь на ключ.

— Я хочу с тобой поговорить, Кэтрин, — сумрачно произнес он. — Что-то ненормальное есть во всей этой истории десятилетней давности.

— Что уж может быть ненормальнее?! — выкрикнула она. — Десять лет назад погиб Кейт!

— Нет, не в этом дело. Слишком странные обстоятельства окружают его смерть. Не похоже все это на самоубийство или на несчастный случай.

— Уж не меня ли ты подозреваешь? Для этого ты меня сюда зазвал? — оскорбилась Кэти и ощутила, как от нервного возбуждения дрожат ее руки. — Ты хочешь сказать, что это я виновата в его смерти?

— Нет! — закричал Джордан, взяв ее за плечи. — Я и не думаю обвинять в чем-либо тебя!

— Тогда в чем же дело?

Она нервничала все больше и больше. Все происходящее было похоже на какой-то кошмар. Эти невыносимые повторы одного и того же разговора измучили ее. И Кэти казалось, что она больше не выдержит.

Джордан нежно прикоснулся к ее щеке. Его пальцы, твердые, огрубевшие от ежедневной игры на гитаре, с удивительной лаской скользнули по ее коже. Казалось, он хотел что-то сказать и не решался. И вдруг, тихо наклонившись к бывшей жене, поцеловал ее в губы.

Весь мир закружился у Кэти перед глазами. Пьянящее, обжигающее сердце чувство охватило ее. Где-то в глубине сознания промелькнула далекая смутная мысль, что еще не поздно остановиться, вернуться к своей безопасной независимости. Но, мелькнув только на мгновение, она тут же потонула в горячих густых волнах подступающей страсти. И во всем мире остались только эти околдовывающие, завораживающие, погружающие в какой-то смутный горячечный сон, такие знакомые ей губы.

Кэти хотелось еще и еще наслаждаться его поцелуем, его сильными и нежными руками, которые с такой страстной лаской касались ее дрожащего от любви тела. Это было именно то, о чем она так жарко мечтала в свои одинокие, унылые ночи, когда, оставаясь одна в своей широкой кровати, порою горько плакала, зарываясь лицом в подушку, от темной удушливой тоски и изнуряющей глухой безнадежности.

И теперь она всей душой отдавалась нахлынувшей на нее страсти. Ночная рубашка сползла на пол. И Кэти вновь казалось, что ничто больше не разделяет и не сковывает их.

Да, это был он — все тот же ее Джордан. Кэти знала его крепкие, мускулистые руки, широкую, твердую грудь, маленький ровный шов на пояснице и даже эту крошечную бледную царапину на бедре, которую оставило на нем острое жало рыболовного крючка. Все было знакомо ей. Запах и теплота его тела, его манера двигаться и вести любовную игру, прикосновение его рук и вкус его поцелуев.

И пусть это сумасшествие, пусть потом ей будет еще хуже, чем было до этого. Но она уже не могла остановиться. Сама ее плоть, ее горячая, бунтующая кровь жаждала продолжения, втягивала в эту блаженную, восторженную муку.

И вот они, даже не заметив того, оказались на широкой двуспальной кровати. Кэти все крепче прижималась к горячему сильному телу Джордана, и его жар словно бы пронизывал ее грудь, наполнял ее могучим, полыхающим, страстным огнем. Их сердца бились в такт. В едином любовном ритме двигались их тела. И время, казалось, подчинялось этому мощному волшебному ритму.

И тут Кэти с благодарностью помянула ту темноту, что окутывала в этот момент спальню. Благодаря ей она могла не стыдиться перемен, которые неизбежно приносит с собой неумолимое время. Хорошо, что Джордан не видит ее. Хорошо, что не надо бояться своего уже не юного возраста. И можно, ни о чем не думая, целиком отдаться вернувшейся к ним любви.

Джордан всегда был замечательным любовником. Он полностью погружался в темные глубины страсти и затягивал в их кипящие просторы свою трепещущую подругу. Вот и теперь всем существом Кэти владело терпкое, сладостное опьянение. Нежные стоны вырывались из ее груди. А Джордан то ласково шептал ей страстные слова, прикасаясь губами к мочке ее уха, то горячим кончиком языка обжигал ее дрожащую грудь.

Упруго изгибаясь всем телом, Кэти покрывала поцелуями его плечи, шею, руки, ерошила руками волосы, впивалась ногтями ему в спину. Все ярче и ослепительнее становился их восторг. Им давно не было так хррошо. Обожженные страстью, стонущие от наслаждения, они слились воедино. Губы шептали невнятные слова, тела блаженно вздрагивали в едином порыве. Финальные аккорды страсти властно завладели ими. И оба закричали от упоительного, безумного счастья.

А потом они тихо лежали, нежно обняв друг друга. Их сердца еще трепетали и бились судорогами недавнего блаженства. И Кэти все крепче прижималась к большому и сильному телу Джордана.

Но постепенно возвращалось ощущение времени. А вместе с ним возвращались и неприятные мысли. И Кэти задумалась о будущем. Как она будет жить дальше? Как вернется к своему мирному одиночеству? Не будет ли это теперь для нее непереносимым? Ведь эта ночь с новой силой воскресила давно забытую ею страсть. Слишком ясно вспомнила она, как любила эти их ночные забавы, любила нежность утренних часов, когда просыпалась в объятиях Джордана и ласково целовала его глаза. Как, весело переругиваясь, они кидали друг в друга подушкой, а потом долго хохотали над своей ребячливостью.

А что будет теперь? Ведь он, увы, не свободен. У него роман с красивой тридцатилетней женщиной. И она скоро приедет сюда.

Кэти тяжело вздохнула и попыталась высвободиться из объятий Джордана.

— Постой. Куда ты? — взволнованно прошептал он.

И у Кэти сжалось сердце. А может быть, Джордан все еще ее любит? Может быть, время не изменило его чувства, как не смогло оно изменить ее любви?

— О чем мы только думали?! — слегка разочарованно воскликнула Кэти.

— Боюсь, что мы совсем ни о чем не думали.

— Сколько глупостей наделали мы тогда.

— Да, достаточно.

— Но что же будет теперь?

Он немного помолчал, а затем грустно произнес:

— Я не хочу ломать твою жизнь, но и возвращаться к недавнему прошлому тоже не желаю. Я не знаю, должен ли я остаться или мне лучше уйти. Не знаю этого даже сейчас. Ведь скоро вернется Джереми. Да, у него есть своя комната, и девочки проводят его туда. Но если вы в близких отношениях, он захочет прийти к тебе.