Научный «туризм» - Владимир Михайлович Пушкарев

что гуси, сотнями (если не тысячами) плававшие в прошлом году в пруду-отражателе между мемориалом Линкольна и монументом Вашингтону – исчезли. Видимо, разделили печальную судьбу рыбок из пруда перед моей гостиницей. Остались только крикливые, малосъедобные чайки.

Другие земляки

Володя Кобыляков где-то раздобыл мне адрес Петренок. Я послал сообщение по Интернету, и вечером состоялся разговор с Ирой и Лешей, которые обретаются где-то под Нью-Йорком. Я сообщил им радостную новость о выходе в свет 3-го издания своего бессмертного труда, пообещав выслать экземплярчик. Ира рассказала мне о своей нелегкой жизни в Америке. С Лешей мы в основном обсуждали сравнительные достоинства различных видов пива. Я выразил недоумение по поводу его пристрастия к бренди, (или, как выразилась Ира, к одеколону), которому он отдавал предпочтение даже перед традиционной водкой. Ехать в Вашингтон Леша отказался категорически – он испытывал чувство глубокого отвращения при самой мысли об этом городе. Как выразился известный киногерой – «Он испитивает такой нэприязнь, что даже кушить нэ можит». Из его слов я понял, что если бы моей резиденцией были Лос-Анджелес или Гонолулу, то шансов на Лешин визит у меня было бы на два порядка больше. Я же, в свою очередь, пояснил ему, что привык жить только в столицах (Киев, Вашингтон, Алма-Ата…) и ездить по американским задворкам тоже не собираюсь.

Кроме того, имел продолжительные беседы по телефону с Юрой, Сергеем и Юрой Сушко. Ира Обросова, с которой мы интенсивно общались в прошлом году – начисто пропала. Наверное, поменяла место работы.

Чаще других звонила Женя Броуде, которую я нашел через Интернет, имея в виду расспросить ее о пропавшем бывшем муже (Яковченко). У меня на этот счет возникали нехорошие предчувствия. У Жени новая семья, муж (Игорь Ронинсон) – завлаб и трое пацанов самого боевого возраста. Я себе представляю, что там у них делается дома. Работает Женя в лаборатории мужа. Работает много, часто до 10 вечера! С детьми сидит гувернантка, выписанная из Киева. С деньгами, по-видимому, особых проблем нет.

Выпивка и закуска

Прошлогоднего достатка не было. Как я уже говорил – пропал Яковченко, да и Лукиновы не баловали меня своим вниманием. Хотелось и подэкономить. Однако, сильно не голодал. Сначала посетил родной «Сейфвей», затем меня завезли в гастроном «Шопперс», только недавно открытый в «селе» Роквилл под Вашингтоном, и потому очень дешевый. Многие цены были на уровне военного магазина в Форест Гленн. В частности, я закупил ящик тостерных сырков по смешной цене – 60 центов за пачку из 20 пластинок! Завтрак у меня иногда выглядел так: пластинку сыра на кусок белого «итальянского» хлеба – и на полминуты в микроволновку. В это же время в кофеварке уже поспевает кофе. Получается достаточно плотная еда. Эти сырки мы еще в течение месяца доедали в Киеве. Кстати, пару раз нам в гостинице клали очень качественный кофе. Вначале его попробовала Вера. В результате, у нее «сделалось сердцебиение», и она не спала всю ночь, а на следующий день не вышла на работу – сидела на валидоле. Потом и я приобщился. Сердечных приступов у меня не было, но весь день дрожали ноги и руки, так что я не мог ничего делать «с этими руками». Затем я подсовывал этот кофе сотрудникам лаборатории, но повторные предложения угостить их колониальным продуктом, вызывали у них резко отрицательную реакцию.

Елена завозила нас пару раз в военный магазин. Но если в прошлом году нам не разрешали покупать продукты, то в этом – нельзя было даже войти внутрь. Поэтому Елена, вооруженная нашими списками, полтора часа гуляла по залам магазина, а мы с нетерпением ждали ее у входа. Закупил партию (40 банок) копченых устриц-бэби и пасты из анчоусов (30 тюбиков).

Фаст (фэст)-фуд. На этот раз я оценил американскую «быструю еду» по достоинству. У нас термин фаст-фуд ассоциируется в основном с гамбургерами и хот-догами. На самом деле это целая продуктовая индустрия. Во-первых, это различные пиццы – на одного, на двоих, семейные… Кладете такую пиццочку в тарелку – и на 3 минуты в микроволновку. Да под красное сухонькое из солнечной Калифорнии (7 долларов за галлон)… Затем – такие аппетитно разрисованные коробочки. В коробочке замороженные: рис, мясо в соусе, овощи. Вариантов масса – говядина по-восточному, китайские рулончики с мясом и овощами, курятина, шведские котлеты, тефтельки в грибном соусе, что-то итальянское с сыром… Отдельный список коробочек – фет-фри, то есть без жира. Берете тую коробочку, открываете с одного угла для вентиляции и помещаете в печку. Через 2–3 минуты вынимаете и перемешиваете рис. Еще через полминуты можно есть. Быстро и вкусно. Так вот, такой коробочки (1,65–1,95$) как раз хватало мне на обед. Кроме того, продаются замороженные кусочки мяса или птицы, уже панированные в специях и сухарях. Рядом в отдельных емкостях – гарнир – картофельное пюре и кукурузка. Этим можно уже хорошо наесться. Изнутри на коробке иногда нарисован купон со скидкой. Вырезаете этот купон и покупаете 2 упаковки уже не за 4 доллара, а за 3.

С выпивкой в этом году было значительно хуже. Из вин – итальянское «Монтепульчиано» (1.5 л) да еще четырехлитровая бадья калифорнийского «кьянти». На этикетке этого вина содержалась неимоверная концентрация брехни. Вино обозначалось как столовое сухое, хотя содержало минимум полкило сахара, из декларируемых 12% алкоголя – дай бог чтобы в ём была половина этой цифры, ну а что касается самого названия («кьянти») – то у меня просто нет слов. Думаю, что такое вино нельзя использовать даже для споласкивания посуды перед тем, как налить в нее самое дешевое итальянское «кьянти».

Базовым, рабочим, напитком у меня было канадское баночное пиво. На третий день после приезда, я нанял военнослужащего Брайана из нашей лаборатории, и он вынес мне из местного магазинчика столько того пива, сколько может вынести за один раз человек с нормальными физическими данными. Чтобы компенсировать ущерб, нанесенный его репутации (у продавщиц при виде доставленных Брайаном на кассу пивных припасов, сделался вид пациентов нашей клиники с крайней формой базедовой болезни), я отсыпал ему украинской валюты в виде монет, на общую сумму 20 копеек, чем совершенно его осчастливил. По цене (2.80/6 штук) – это было самое дешевое пиво из всех пив, виденных мною в Америке. Чтобы почувствовать градус в этом пиве – надо было выпить не меньше упаковки, причем натощак. Но мне надо было экономить, поэтому в сторону «Хайнекена», «Короны» или