Научный «туризм» - Владимир Михайлович Пушкарев

После защиты диплома девушки были зачислены к нам в отдел. Лада ко мне, Леся к Саутину. Помню, меня тогда удивила популярность Лады среди мужского населения г. Киева, а также ее высокая требовательность к означенному населению. Лада обновляла своих кавалеров в среднем раз в месяц (каждый ухажёр считал своим долгом выразить мне свое почтение), так что впоследствии я даже сбился со счета. Бывали и эксцессы. Так, какой-то хахель, раздосадованный отказом Лады, бросил ее в сервант. Физически Лада сильно не пострадала, но с той поры стала еще строже относиться к последующим кандидатам.

Спустя некоторое время, Лада уволилась и махнула с поддельными документами (!) в Америку, где устроилась гувернанткой к богатым евреям. Через год евреи решили съездить на историческую родину, погреть больные кости в грязях Мертвого моря. Там Лада от них сбежала. Без документов, не зная языка… Думаю, мало кто бы на такое решился. Но это еще не все. За месяц (!) Лада выучила иврит (далеко не каждый натуральный еврей на такое способен) и устроилась в ресторан официанткой. Ну, израильская полиция – это не наша милиция и даже не полиция США. Эти люди знают свое дело. Обычно таких путешественниц отлавливают, держат недели две в кутузке, а затем без гроша отправляют в родной Борисполь или Шереметьево. Так вот Лада прожила, меняя адреса, явки и пароли, в Израиле 2 года, после чего с приличной суммой денег вернулась в Киев. Устроилась в хорошую фирму. И вот недавно я узнал, что Лада опять в Америке, в Нью-Джерси, замужем за программистом Славой Беляковым. Миссис Лада Беляков. Так написано в каком-то ее аусвайсе.

В конце октября я послал ей сообщение по электронной почте, и вскоре мы уже беседовали по телефону. В отличие от других моих малоподвижных земляков, Лада сразу же решила меня навестить. Встретились мы в предпоследние выходные перед моим отлетом. Я подробно описал им маршрут движения по городу, и довольно быстро они добрались до Центра. Сначала странную парочку в Центр не пускали (у Лады временная трудовая карточка вместо документов, у Славы просроченный лайсенс), но затем (что значит – наши люди!) они как-то просочились.

Жизнь в Америке явно пошла Ладе на пользу. Она похорошела, поправилась, хотя до настоящей женщины в восточном смысле (от 80 кг) еще не дотягивает. Работает в магазине мужской одежды. Зарплата – невысокая, но работа нравится. Начальство магазина время от времени устраивает продавцам проверочки в виде мелких провокаций. Засылается подставной «покупатель», который способен вымотать у продавца душу. При этом, если продавец его хорошо обслужит, с улыбкой и добрыми (без «кавычек») словами на прощанье – ему (продавцу) дают «звезду». Так у Лады было две «звезды», а недавно я узнал, что она получила третью – золотую.

У Лады со Славой две машины – «хонда» и шикарный «олдсмобиль» с кожаным салоном, на котором они и приехали. У нас на таком мог бы ездить президент солидной фирмы.

В номере распили бутылочку Артемовского розового, а вечером они повезли меня в ресторан. Сначала пытались припарковаться в Дюпонт-сэркл (любимое место вашингтонских гомосексуалистов), а когда это не удалось (очевидно, по причине большого наплыва любителей до однополой любви) – поехали в Джоржтаун. Зашли в уютный итальянский ресторанчик. Сели. На столе провокационно стояла бутылка Кьянти, от которой (человек – слаб) мы не смогли отказаться. Мне заказали креветки, гребешки, устрицы и мидии в красном соусе. Устрицы оказались самыми вкусными. После ресторана немного погуляли по ночному Джоржтауну (один из немногих районов Вашингтона, где можно гулять вечером без «кольта» в кармане). Зашли в большой продуктовый магазин. Цены в нем, в целом, были выше, по сравнению с гастрономами в нашем районе. Для меня была маленьким открытием продажа заготовок «суши» по ценам, существенно ниже (около 5 долларов), чем в суши-баре. Дома «полирнулись» коньячком и полегли спать.

Утром приготовили куриные лапки под пивко и поехали в город – на Мол, смотреть музеи. Я впервые ехал днем наземным транспортом через весь город. Впечатление осталось тяжелое. Во-первых – ни одной (!) белой физиономии. Во-вторых – трущобы (по американским понятиям), возле которых под магазинами, вдоль грязных (по их меркам) улиц группками тыняются уголовно-бомжеватого вида черные субъекты. Я понял, что не зря меня настойчиво отговаривали от пешеходных прогулок по определенным районам города.

Вначале прошлись вокруг Капитолия, посмотрели галерею современного искусства (восточное здание Национальной картинной галереи, выстроенное тоже в современном стиле). Наше внимание привлекли картины Матисса, а также огромная картина неизвестного мне художника, «написанная» отпечатками пальцев! Кажется, это был портрет бабушки «мастера». Не буду говорить о художественной ценности такого произведения, но вложенный в него труд можно уважать. Были еще оригинальные скульптуры какого-то немца и галерея маленьких картин европейских художников, среди которых попадались и известные имена. Затем зашли в западное здание галереи. Я сразу же затащил их на голландцев (левое крыло), затем смотрели испанцев и итальянцев. Изюминкой выставки были картины Боттичелли. На французов и англичан сил уже не осталось.

У Славы была специальная цель – посмотреть выставку драгоценностей, представленных в музее естественной истории (надо же куда-нибудь вкладывать заработанный деньги). Вначале мы гуляли среди динозавров на первом этаже, затем пообедали в музейном кафе в подвале (достаточно дорогом), и с новыми силами поднялись на второй этаж в геологический музей. И не пожалели. Центральным экспонатом выставки было колье с чудным голубым бриллиантом, известным своей кровавой историей – т.н. бриллиант Надежды. Последняя хозяйка бриллианта, чтобы не рисковать головой, по быстрому передарила его музею. Кроме него, выставлялся самый большой в мире сапфир (423 карата), в также серьги Марии-Антуанетты. Думаю, что если бы бедная Маня носила их регулярно, то уши ее доставали бы до плеч, как у некоторых индейцев бассейна реки Амазонки. Еще были: очень красивый рубиновый браслет (31 рубин и 129 бриллиантов); большой (75 карат), исключительной чистоты изумруд; колье из Колумбии с огромным изумрудом (168 карат); изумительное по дизайну колье Испанской Инквизиции, принадлежавшее некогда Мадридскому двору (374 бриллианта и 15 изумрудов); 2 дара Наполеона своей супруге Марии-Луизе – диадема с бирюзой, презентованная ей по случаю бракосочетания, имевшего место в 1810 году, и колье с бриллиантами, общим весом 263 карата, в честь произведения ею на свет наследника в 1811-м. Из других экспонатов мне понравились большие желтые бриллианты и, особенно, бриллиант коньячного цвета, который я даже пытался сфотографировать.

После музеев еще долго гуляли по Молу, мимо Белого дома, окруженного баррикадами и полицейскими машинами, фотографировались. Я еще обратил внимание,