Талисман моей любви - Нора Робертс

—Не волнуйся. Я не предложу.

Она поставила чайник на огонь — чай поможет ей успокоиться и сосредоточиться, когда они приступят к делу.

8

Гейдж плохо спал, но бессонница не имела никакого отношения к снам или видениям. Он не привык совершать серьезные ошибки или — что еще унизительнее — неловкие промахи. Особенно с женщинами. Он зарабатывал на жизнь не только умением играть в карты и просчитывать шансы, но и умением разбираться в людях, понимать, что прячется за их взглядами, словами, жестами.

Неприятно сознавать — в три часа утра, — что он неправильно понял Сибил. Она была не меньше его заинтригована и заинтересована и, возможно, точно так же остерегалась этих пресловутых сексуальных вибраций.

Нет, он не ошибался насчет взаимного влечения.

Главной ошибкой стало то, что он показал свою растерянность, свое смятение. Вторая ошибка — перестраховка. Он очень хотел, чтобы Сибил согласилась с ним, сказала, что беспокоиться не о чем. Ей не больше, чем ему, хотелось слепо подчиняться судьбе.

Тогда бы они работали вместе, спали вместе, сражались вместе и, возможно, даже умерли вместе — и никаких проблем.

Но рассуждения об эмоциях и эмоциональной связи подлили масла в огонь, уже разгоревшийся у него в душе. Разве он не видел, как влюблялись его лучшие друзья, его братья? Разве они оба уже не шли к алтарю? Человек в здравом уме просто обязан внимательно изучить карты, которые ему сданы, прежде чем делать ход.

Оглядываясь назад, пришлось признать, что ему следовало держать свои мысли и суждения при себе. А вместо этого он все выложил, поставив себя в невыгодное положение. И обвинил Сибил в том, что она загоняет его в ловушку. И вполне заслуженно получил отпор. Без вопросов. Вопрос в том, как вновь выйти на твердую почву, не увязнув в болоте извинений. Можно прибегнуть к хитрости, но вряд ли поможет.

В конечном итоге Гейдж решил действовать по обстоятельствам. Когда он вошел в городской дом, Куин спускалась по лестнице. Увидев его, она остановилось, но после секундного колебания продолжила путь.

—Ты пришел работать, да?

—Вообще-то...

Она ошеломила его напором энергии и слов.

—Потому что у нас не хватает рук. Фокс и Кэл на работе, а у отца Фокса выдалась пара свободных часов, так что они с Лейлой в бутике, составляют план ремонта. Остались мы с Сиб, но мне нужно ненадолго отлучиться. Кое зачем сбегать. Я спустилась за кофе для Сибил — на кухне есть свежий. Принесешь, ладно? Вернусь через двадцать минут.

Не дав ему возразить, она прошмыгнула к двери. По крайней мере половина из сказанного ею было полной чушью, придуманной только что. Разумеется, Гейдж сразу все понял. Но это его устраивало, и он прошел на кухню, налил две чашки кофе и понес наверх.

Масса вьющихся волос выбивалась из-под заколок, которыми Сибил прихватила волосы на затылке. Новый — во всяком случае, для него — облик, подумал Гейдж. И чертовски сексуальный. Она стояла спиной к нему у большой доски. Еще одна таблица, заметил он, и прочел названия карт, которые они открывали вчера вечером. А музыка, наверное, доносилась из одного из ноутбуков, расставленных по комнате. Мелисса Этеридж[5].

—А на компьютере не быстрее?

Гейдж заметил, как она вздрогнула. Потом быстро взяла себя в руки и повернулась. Ее взгляд он оценил как спокойный. Абсолютно безразличный.

—В компьютере все есть, но так нагляднее и вдобавок видно всем. Одна чашка моя, или ты собираешься выпить обе?

Гейдж шагнул к ней, протянул кофе.

—Куин сказала, ей нужно куда-то отлучиться. Вернется через двадцать минут.

На лице Сибил мелькнула тень раздражения, и она снова отвернулась.

—В таком случае тебе лучше спуститься вниз или выйти из дома, пока не появится дуэнья, которая защитит тебя от моих уловок.

—Сам справлюсь.

Она оглянулась. Взгляд уже не безразличный, отметил Гейдж. В нем проступила ярость.

—Другие тоже так думали. И ошиблись.

Будь что будет, решил он, наблюдая, как она выписывает аккуратные буквы. Проиграв, мужчина обязан признать поражение.

—Я был не прав.

—Мы это уже выяснили.

—Значит, никаких проблем.

—Я не представляла, что они у тебя бывают.

Гейдж отхлебнул кофе. Пытался понять, почему холодное безразличие Сибил так его разозлило. Гейдж поставил чашку и взял Сибил за руку, пытаясь привлечь внимание.

—Послушай...

—Осторожнее. — Предупреждение было произнесено сладким, как патока, голосом. — В последний раз ты наговорил с три короба глупостей. Думаю, повторять эту ошибку тебе было бы так же скучно, как мне.

—Я же признал, что ошибся.

Ответом на его слова стало молчание и долгий презрительный взгляд. Гейдж заключил, что в покере она была бы просто великолепна.

—Ладно. Хорошо. Вчера был не самый лучший день. А поскольку я не считаю тебя приставалой, совершенно очевидно, что рано или поздно мы окажемся в одной постели.

Смешок, сорвавшийся с ее губ, напоминал скорее оскорбление.

—Я бы не стала биться об заклад.

—Люблю рисковать. Но, как мне кажется, дело в том, что мы оба хотим сначала установить правила. Та часть, что была нарушением договора, свидетельствует, что ты хочешь чего-то большего.

—Это было нарушение договора?

—Тут ты можешь поверить мне на слово, Сибил.

—На самом деле уже поверила. — Вспомнив о Наказании, она улыбнулась. — Просто ты об этом не знаешь. Ответь мне на один вопрос. Неужели ты считаешь себя таким неотразимым и привлекательным, что я обязательно в тебя влюблюсь и начну мечтать о белом загоне, в который тебя нужно поставить?

—Нет. Это тоже нарушение договора. Хочешь откровенно?

—Да, конечно.

—Все эти отношения, связи, пары, как ты их называешь, — сказал он, указывая на доску, — начинают меня раздражать. Кроме того, чем глубже мы погружаемся во все это, тем сильнее меня к тебе тянет — и я прекрасно знаю, что влечение взаимно, — и я слишком остро на все реагирую.

А вот это, подумала Сибил, очень похоже на извинение. Большего от него не дождешься, разве что с помощью палки. В конце концов, не так уж плохо.

—Ладно, — сказала она, подражая его интонации. — Хорошо. Я поверю тебе еще больше. И также учту факт, что мы с тобой достаточно взрослые и разумные люди, чтобы сопротивляться своим желаниям, если есть опасность, что их удовлетворение ввергнет другую сторону в пучину безумной и безнадежной любви. Это тебя устраивает?

—Да, устраивает.

—В таком случае можешь идти и заняться своими делами или остаться и включиться в работу.