Пропавшие. Тайна школьного фотоальбома - Сергей Александрович Милушкин

я работаю на его мать. Мы дружили очень давно, но… в последнее время как-то охладели друг к другу. По крайней мере — он. Он стал скрытным, невыносимым, похоже он не доверял никому, даже мне.

— Мать знает, что ты сейчас здесь?

— Нет. Если узнает, мне конец.

— Тебе и так конец.

Света застыла, повернулась ко мне.

— Что ты имеешь ввиду?

— Я был в школьном подвале и подслушал разговор Дианы… ее ведь здесь так же зовут? — дождавшись кивка Светы, я продолжил: — Наверное, тебе будет неприятно узнать, но тебя хотят отправить вслед за Антоном-2. Они знают, что ты мне помогаешь, знают, что у тебя связь с этим пропавшим Антоном и похоже его матери это очень сильно не нравится. Настолько сильно, что она готова на все, лишь бы убрать тебя подальше.

— Понятно, — тихо сказал Света.

В коридоре вдруг послышался сдавленный стон.

— Он очнулся. Тот который пытал тебя. Двое других сбежали через балкон. Тут второй этаж. Одному я прострелила ногу. А этого, который в коридоре, просто вырубила.

— Просто вырубила?

— Ага, рукояткой пистолета, — Света продемонстрировала мне черный пистолет с глушителем. — Спецоружие для «Чайки», — сказала она. — У нас высший приоритет. Нас не имеют право останавливать и досматривать. Мы можем заходить куда угодно и делать что угодно в рамках задания. А на задании мы всегда.

— Ни фига себе, — присвистнул я. — Вы что, президента охраняете?

Она покачала головой.

— Все гораздо серьезнее, чем ты думаешь.

Пришла пора расширяться моим глазам — хотя куда уж шире.

Я с трудом поднялся, доковылял до прихожей. Там, на животе с перетянутыми стяжками руками шевелился один из моих истязателей. Тот самый, что лил воду на лицо. Хотя я никогда не страдал садистскими наклонности, при его виде меня буквально парализовало от ненависти, и я с размаху всадил ему мыском кроссовка по кости голени.

Мужик взвыл как подбитая собака.

— Ты меня чуть не убил, — прохрипел я, наклонившись. — А сейчас я переломаю тебе все до единой кости по очереди, начиная с пальцев, пока ты не скажешь, какого хрена?! Какого хрена вам от меня было надо?!

Света стояла в сторонке. Я думал, она будет меня оттаскивать, но, кажется, она действительно была на моей стороне.

— Поверь, друг, он свое дело знает, — сказал она. — Без наркоза будет очень, очень больно. Да и с наркозом тоже.

Мужик замотал головой.

— Я не могу! Они меня убьют!

Я нащупал его мизинец. Он был маленький и потный, с каким-то тонким птичьим колечком.

— Считаю до трех… раз… два…

Мне не хотелось этого делать. Совсем. Я не сторонник насилия. Я не люблю крики и слезы. Ни женские, ни мужские.

— Три…

Мужик замотал головой, потом оскалился, выгнулся и попытался меня укусить.

Я сжал зубы. Его палец хрустнул как сухая еловая ветка.

Он заорал во весь голос.

— Надеюсь, прежде чем вы меня сюда приперли, то позаботились чтобы моих криков никто не слышал… — сказал я и перехватил безымянный палец.

Парень вздрогнул.

— Стой! Пожалуйста… погоди! Ладно, ладно, слышишь, не надо, только не ломай!!! — запричитал он, размазывая сопли по полу прихожей. — Я все скажу… мы выслеживали тебя несколько месяцев, ждали удобного момента…

— Для чего?

— Часы. Только часы, нам нужны были часы.

— Для чего? — повторил я вопрос.

— Спроси… у нее… — сдавленно прохрипел парень.

— Говори! — рявкнул я и начал выгибать палец.

— «Чайка» — это секретная программа. Я не знаю подробностей, я только знаю, что они нашли способ перемещать людей в другую… параллельную реальность. Я не знаю, как именно это происходит, знаю только, что нужны часы, чтобы синхронизировать что-то.

Я сильнее выгнул палец.

Парень заплакал.

— Пожалуйста, они меня убьют! Это все ЦИБ, наш мир заражен, мы просто хотели свалить отсюда, пока не поздно… люди исчезают и неизвестно куда, посмотрите статистику! — запричитал он, — с начала этого года пропало уже больше ста тысяч человек и с каждым месяцем людей исчезает все больше! Они скрывают это, но слухи просачиваются и люди боятся выходить на улицы — сидят дома и караулят друг друга! Не спускают глаз со своих близких, потому что каждый может исчезнуть в любую секунду и… и… — он захлебнулся в словах, а я ошарашенно посмотрел на Свету, — …и никто не знает, что делать! Но если у вас есть часы, вы можете переместиться в стабильный мир, где нет ЦИБ и где никто не пропадает! У меня исчезли все, все! — он бессильно стукнул кулаком по полу. Жена, дети, родители, даже теща с собакой… все пропали.

— Господи… — прошептал я, холодея.

Света выглядела не лучше меня. Она, кажется, услышала все это впервые.

— Нам… нам говорили совсем другое, — тихо сказала она. Часы блеснули на ее тонком запястье. — Да, люди исчезают, но это единичные случаи и после того, как была найдена вакцина, этот процесс почти прекратился и…

— Каждый сам за себя, — сказал парень. — Никто ничего не знает. Если откроешь рот, тебя тут же забирают. Вы же этим и занимаетесь. А вакцина… она нужна не для того, чтобы люди не заражались, как вы думаете…

— А для чего? — спросил я, отпустив руку парня. Я перевернул его на спину. Его глаза дико вращались. Он был напуган так, что казалось, вообще не соображает, где находится. И паника его усиливалась.

— Вас там вообще за баранов держат… — сказал он, не уточнив, кого именно и кто держит, — вакцины от цифровой болезни не существует. Эпидемия разрастается. Спасения ждать неоткуда. А поголовная вакцинация это просто способ следить — сколько исчезает людей. По сути, это обычная RFID-метка, которую в магазинах наносят на товары, чтобы определить их перемещение и предотвратить кражу. Только для людей они придумали жидкую метку. Они знают число пропавших и могут определить местоположение каждого человека, его перемещения и наверное, много чего еще. Все это дело рук «Чайки».

Я посмотрел на Свету.

— Ты вакцинирована?

Она покачала головой:

— Да, это обязательно для всех.

Парень кивнул.

— Ну вот, видишь, — сказал он мне. — Есть временное противоядие от этой вакцины. Чтобы сбить слежку. Оно действует сутки. Продается на черном рынке. Если вы меня отпустите… я дам одну дозу для… — он посмотрел на Свету.

— Я могу выбить из тебя эту дозу, — сказал я медленно.

Он покачал головой.

— Пока будешь выбивать, приедут ее дружки. И нам всем хана. С этими ребятами шутки плохи. С ними никто не связывается.

Я покачал головой. Света выглядела не очень — слова парня произвели на нее сильное впечатление.

— Так что, получается, если ничего не