9 1/2 недель - Мерри

 – Ловлю тебя на... слове.

 Я тоже смеюсь и целую его снова.

Из дневника Гарри Поттера (15 августа, 21:40)

Я так и знал, что с этим паршивцем не все чисто. Недаром он упорно звал меня «Га» и «По» с самого начала!

 Сегодня днем, уложив его спать после обеда, я отправился в библиотеку – поговорить со Снейпом насчет планов на конец лета. Я хотел узнать, не удастся ли мне попасть на Диагон-аллею и хоть разок пересечься с Роном и Гермионой, но Снейп, шурша пергаментами, словно еж, только отмахнулся от меня.

 – Я все равно ничего не решаю, – объяснил он. – Дней через десять мы вернемся в школу, спросишь сам у Альбуса. А теперь брысь, пока я не нашел тебе какое-нибудь занятие.

 Я счел за лучшее ретироваться и пошел к себе, собираясь просто поваляться и что-нибудь почитать: на улице было не по-летнему сыро и неуютно. Тихонько проскользнув в комнату, я бесшумно прикрыл за собой дверь и на цыпочках попытался дойти до кровати, чтобы не разбудить наше местное стихийное бедствие.

 Можете себе представить мою отвисшую до пола челюсть, когда я развернулся и увидел, что Малфой не только не спит, но лежит на животе, подперев подбородок кулачками, и ЧИТАЕТ! Причем не что-нибудь, а мой учебник про трансфигурации.

 Я тихо застонал и сполз на пол. Драко подскочил на месте, обернулся и уставился на меня. Некоторое время мы молча сидели и смотрели друг на друга.

 – Так ты все понимаешь, гад, – тихо сказал я, чувствуя, что закипаю.

 Малфой тихо пискнул и как-то весь сжался в комочек. Меня как холодной водой окатило: неужели этот кретин думает, что я собираюсь его бить?

 – Так, а говорить ты тоже нормально можешь?

 Он сумрачно помотал головой.

 – М-да, положеньице у тебя... – я нервно хихикнул, и он наградил меня сердитым взглядом. Теперь, зная, как на самом деле обстоят дела, я вдруг осознал, какая у него взрослая мимика, – и удивился, что не заметил этого раньше. И тут мне пришла в голову еще одна мысль. – А с какой стати, интересно знать, ты тогда ведешь себя как полный идиот?

 Он посмотрел на меня так, как будто идиотом из нас двоих был я.

 – Конспиратор хренов, – проворчал я. – Или ты нарочно надо мной издеваешься?

 На его лице появилась настолько малфойская ухмылка, что мне даже стало не по себе: дико видеть такое на физиономии двухлетнего младенца.

 – Я бы на твоем месте помнил про телесные наказания, – ядовито прошипел я и удовлетворенно отметил отразившийся в серых глазах ужас.

 «Ага, – подумалось мне, – и на Малфоя найдется управа».

 – Сознайся, это ты Снейпа заложил?

 Он отчаянно помотал головой и умоляюще посмотрел на меня.

 – Я не... наю... – было видно, что он изо всех сил пытается заговорить, но безуспешно. Вообще странно: не то чтобы он не знал, как это делается... Может, пресловутое зелье как-то повлияло? Мы ведь так и не знаем, с чем именно он там экспериментировал.

 – Ладно, не мучайся. Уж кивать-то и мотать головой ты точно умеешь.

 Он вздохнул и кивнул.

 – Значит, не ты. А почему? Ты не знал?

 Он опять посмотрел на меня как на ненормального. И в самом деле, как можно ответить «да» или «нет» на такой вопрос?

 – Ты знал, что Снейп поддерживает Дамлбдора?

 Малфой уверенно кивнул.

 – И никому ничего не сказал? – кажется, я давно столько не удивлялся. – Почему?

 Он смерил меня возмущенным взглядом и начертил в воздухе крест. Я удивленно сморгнул. Он начертил крест еще раз. И вдруг до меня дошло.

 – Потому что он твой крестный?!

 Малфой устало кивнул. Я и не думал, что он может руководствоваться такими соображениями... хотя для слизеринцев семья, похоже, важнее всего.

 – А ты не знаешь, кто его выдал?

 Он опять сердито на меня зыркнул. Ну конечно: если бы он знал, то, наверное, как-нибудь, да предупредил бы...

 – Извини, – я и сам не понимал, за что извиняюсь, но мне это почему-то показалось правильным. – Я, наверное, пойду скажу Северусу...

 Малфой вдруг отчаянно замотал головой.

 – Что? – в который раз за полчаса удивился я. – Не говорить? С какой стати?

 Не успел я оглянуться, как он сполз с кровати, подошел ко мне и мертвой хваткой вцепился в мои руки, тряхнул как следует, потом еще раз помотал головой.

 – Ты что, чего-то боишься?

 Малфой кивнул и на мгновение задумался, потом лицо его просветлело, он кивнул еще раз, показал пальцем на себя и как-то странно махнул рукой. Я почувствовал, что у меня голова начинает кружиться от всей этой жестикуляции. Что он имеет в виду?

 А потом меня осенило.

 – Малфой, мы оба придурки. Ты писать умеешь?

 Он просиял и даже улыбнулся, однако тут же снова помрачнел и пожал плечами – ну или попытался пожать. Н-да, координация-то у него так себе.

 – Ладно, давай попробуем. Попытка не пытка.

 Я разыскал карандаш и лист бумаги, положил их на стол и поставил Малфоя на стул так, чтобы он мог писать. Первые же тридцать секунд показали, что лист я должен придерживать. В результате пяти минут мучений выяснилось, что худо-бедно объясняться мы сможем, но мастера эпистолярного жанра из него в ближайшее время не выйдет.

 «ОН МЕНЯ ОТДАСТ В МИНИСТЕРСТВО», – вывел Драко большими корявыми печатными буквами.

 «А ведь может, – растерянно подумал я. – Снейп тот еще параноик. А что там сделают с Малфоем, одному Мерлину известно, и то еще не факт».

 – Ладно, – согласился я, – я ему пока не скажу. Но у меня есть условия.

 «ВАЛЯЙ», – написал Малфой.

 – Во-первых, ты перестаешь хулиганить. Во-вторых, не смей брать без спроса мои вещи...

 «ПОТТЕР, Я СДОХНУ ОТ СКУКИ!» – не поленился написать он.

 – Ладно, черт с тобой, можешь брать книги, только не вздумай их жевать.

 Малфой отчего-то покраснел, но опять кивнул.

 – И в-третьих, ты больше не будешь донимать меня и моих друзей. Я имею в виду потом, в Хогвартсе. Мне не до этих глупостей.

 Он надулся и замолчал.

 – Не хочешь? Тогда я, во-первых, немедленно обо всем расскажу Снейпу, а во-вторых, непременно поделюсь с приятелями особенностями твоего летнего отдыха.

 Как ни странно, на его лице промелькнуло что-то вроде уважения. Он еще немного подумал, вздохнул и написал:

 «ИДЕТ».

 Я кивнул и – честное слово, машинально! – протянул ему руку. Он обалдело посмотрел на меня, потом на руку, схватился за нее и вдруг начал хохотать – да так, что чуть не свалился со стула, я его еле поймал. Мне понадобилось целых полминуты, чтобы понять, почему он ржет. В самом деле, нужно же было шесть лет междоусобной войны, чтобы в конце концов придти к тому же, с чего начали!